Секретарь мрачного графа. Ошибки не прощаются - Наталия Ники

— Кроме добавления самой волшебной капли, конечно, — господин Вофе улыбнулся и продолжил. – Мы используем новейшее оборудование - по последнему слову техники! Жалование будет положено в десять аров. Стол и жильё в замке. Но и требования высокие!

Управляющий назидательно поднял палец кверху.

Насладившись вдоволь моим восхищением, он деловито продолжил:

— Если у вас не осталось больше вопросов, то перейдем к вашим документам. А потом я с удовольствием послушаю, почему же вы выбрали именно наше предприятие.

Улыбка погасла на изможденном лице, словно кто-то выключил фонарь. Вофе замер, паучьими пальцами отдирая воротничок от горла.

— Воды? — сдавленно спросил он, пробежав языком по тонким губам.

— Нет, благодарю, — отказалась я, наблюдая, как управляющий пытается добраться до маленького столика с высоким графином. Его качало, как матроса во время шторма, но он справился, и дрожащими руками налил себе воды.

Я слегка прикоснулась к вискам. От всего этого — странных перемен управляющего, духоты и сладковатого запаха микстур — сильно болела голова. А мы даже не добрались еще и до половины беседы.

Вынырнув из мыслей, я заметила, что управляющий все еще стоял на том же месте, возле столика с водой, в неестественной позе спиной ко мне. Слегка покачиваясь и безотрывно глядя в тяжелую черную штору, словно перед ним раскрывался прелюбопытнейший вид из окна.

— Господин Вофе, — подала я голос.

— Да, — глухо отозвался он. — Так про что мы говорили, мисс …?

— Гроуэл. Марта Гроуэл. Мы говорили про документы, – ответила я, с трудом преодолевая сильное искушение сообщить ему, что он уже взял меня на работу.

— Давайте их сюда, — послышалось сдавленное над ухом.

Сердце тревожно стукнуло. Я не заметила, как он подошел! От страха мне показалось, что глаза странного управляющего вновь на мгновение стали красными. Но когда я моргнула, наваждение прошло.

Быстро достала письмо и свидетельство, и, закрываясь ими, как щитом, протянула управляющему.

Вофе, хвала Четырем, вернулся на свое место, но перед этим он… обнюхал меня.

Я возмущенно оправила юбку и в упор уставилась на него. Пусть только попробует повторить! Но тот, как ни в чем не бывало, склонился над письмами.

«Решил приударить? — мысль холодной змейкой пробежала по спине – Или хуже… Оценивает, как будущую жертву?»

Если уж управляющий такой, то каков же сам хозяин?

— Я окончила курсы в Пратской академии, — бодро затараторила, пытаясь перекричать мысли, панически прыгающие у меня в голове. – С отличием! Изучала травоведение, минералогию, фармацию, химию, устройство паромашин. – На этом месте голос немного дрогнул. О последней дисциплине я знала только то, что ее преподают в Академии. — Ну, ускоренный теоретический курс.

Вофе молчал, но, судя по шевелению ушей, все же слышал меня.

— Получила отличные рекомендательные письма. А после выпуска около года проработала в семейном, кхм, бизнесе. Знаете ли, средства для красоты, «волшебные» минералы. Мне удалось изобрести и даже запатентовать некоторые составы!

По правде говоря, запатентовать получилось только один — масло для тела, которое делало кожу нежной и бархатистой. Через месяц у жены начальника Патентного бюро округа Войе возникла аллергия якобы на то масло. Тыкая в толстые щеки, испещренными красной сыпью, она грохотала на весь квартал, грозясь закрыть лавку.

Тамилле удалось ее утихомирить, пообещав несколько лет бесплатно снабжать тем же самым маслом.

Впервые за прошедшие три дня я задумалась о некоторых недостатках своего плана. Может, это была плохая идея: явиться в замок возможного убийцы Черити под своим именем и с поддельными документами? Вдруг похожий на вурлака управляющий все же проверит меня?

«Нет, все будет хорошо! – мысленно приободрила я себя, смотря на замершего с письмом в руке господина Вофе, – они не будут прилагать такие усилия, чтобы разоблачить столь мелкую сошку, как я. Здесь, за тысячи миль от Праты».

— Кхе-кхе. Они пользовались определенным успехом среди клиентов. Потом мне пришлось по некоторым причинам поработать управляющей гостиницы «Рачительный пони». И…

— В Прате? – проявил признаки жизни Вофе.

— Да, там.

— Так, вы из Праты, — спросил он, вертя в руках злосчастное рекомендательное письмо. – И правда, я не помню, чтобы видел вас раньше в Вилемсе. Почему вы решили переехать сюда?

— Здоровье. Доктор посоветовал мне сменить климат. Горный воздух очень хорош для моих легких. Но на работе это никак не отразиться!

— Боюсь, на фабрике ваша болезнь вновь даст о себе знать. Мы стараемся сделать труд наших работников безопасным, но сами понимаете, — Вофе развел руками, — пыль, духота, большие нагрузки…

Я поерзала на стуле.

— Нет, нет. Работе это совсем не помешает, у меня аллергия только на выхлопы от паромобилей. Знаете ли, в Прате их так много! И этот пар, смешанный с каким-то маслом. Сразу же начинаю задыхаться, — я отодвинула воротничок с горла и демонстративно кашлянула в платок.

Господин Вофе скептически посмотрел на меня.

— Никакой работы не боюсь, — продолжила я. – В лавке моей матери я каждый день занимала минералами и травами. И я … очень добросовестная.

Почему Вофе передумал меня нанимать, когда узнал, что я приехала из Праты? Прикидывает, гожусь ли для роли жертвы? А вдруг это из-за Черити?

— А ваши родные? Они не возражают?

— Мои родные... — глупо повторила я.

— Вы же говорили про семейный бизнес.

— У меня была только мать, но она умерла. И лавка закрылась!

В мгновение ока Вофе переменился. На неприятных, похожих на полоски вяленого мяса, губах у него сверкнула кровожадная улыбка.

— Вы приняты! – объявил он, поднося руку к медному звонку. – Можете приступить к обязанностям уже сегодня. Все наши работники живут здесь же, на территории замка. Фрэнк проводит вас к госпоже Хельне.

— Но… — теперь уже чрезмерная прыть управляющего смущала меня.

Вофе впился в меня глазами, в которых сверкнул красный огонь. Если в предыдущие разы я списывала на разыгравшееся воображение, то теперь все сомнения отпали. А потом достопочтенный управляющий вновь ... принюхался, пошевелив узким длинным носом. Верхняя губа его медленно приподнялась, обнажив желтоватые зубы. Мое сердце провалилось куда-то вниз, и я вскочила с кресла.

Дверь резко распахнулась.

— Господин Вофе, — прозвучал мягкий голос. – Простите, что прерываю.

В комнату вошел молодой человек приятной наружности со светлыми волосами, уложенными под прямой пробор.

— Что здесь происходит? – проговорил он, беспокойно оглядывая обстановку.