Бешеный. Перезагрузка - Александр Сухов

очереди — Альбус Дамблдор. Чем, похоже, Дамблдор и воспользовался. На правах моего опекуна он отдал меня в семью Дурслей. Вроде как спрятал меня от сторонников Волан-де-Морта. Всё законно и даже правильно.

Я посмотрел на гоблина, и спросил:

— Значит, Дамблдор мой опекун?

— Да сэр.

— Но Дамблдор не занимался моим воспитанием. Он сразу отдал меня на воспитание к маглам.

— Согласно нашим законам, опекун имеет право решать, где будет жить его подопечный, и кто именно будет заниматься его воспитанием и обучением.

— Да. Но семья, которой Дамблдор отдал меня, они законченные садисты, и ненавидят магов. Если Дамблдор потребует, что бы я вернулся жить к Дурслям, должен ли я буду подчинится?

— Да, сэр. У него есть такое право. И Вы должны будете подчинятся его решениям. Но лишь до момента Вашего магического совершеннолетия. Однако, если Вашей жизни или здоровью будет грозить опасность, Вы в праве вызвать авроров.

— Имеет ли право Дамблдор заключать от моего имени магический брачный контракт?

— И да, и нет, сэр. Заключение брачного контракта, это привилегия принадлежит Сириусу Блэку. Но Дамблдор, как директор школы, имеет право заключить магический брак, если двое влюблённых его об этом попросят.

— Позвольте мне объяснить мою ситуацию. Я — молодой необученный волшебник. Моих родителей — убили. Родственники меня боятся и ненавидят. Я один в магическом мире. Я уверен, что кто-то из моих предков понимал, что может произойти такая ситуация. А потому он вполне мог оставить для меня что-то вроде палатки или переносного дома. Но главное — защитные артефакты, которые я смогу установить вокруг своего жилища, активировать, и тем самым защитить себя от непрошенных гостей.

— Должен признать, что Ваши слова звучат весьма разумно и интересно. Но мне нужно время, чтобы это проверить.

— Я не хочу возвращаться в семью садистов, у которых жил. Что Вы мне посоветуете?

— Вы можете снять номер в «Дырявом котле». А я, когда найду нужные записи, пришлю к Вам сову.

— Хорошо. Так я и сделаю.

— У Вас есть ещё вопросы, мистер Поттер?

— Да. Скажите, Дамблдор имеет доступ к деньгам моего детского сейфа?

— Да, сэр. Как Ваш опекун, Даблдор имеет право брать любое количество золота из Вашего детского сейфа, да бы оплатить Ваше содержание и обучение.

— Он брал деньги?

— Нет, сэр.

— Он будет получать отчёт о моих тратах.

— Да, сэр. Он Ваш опекун.

— Как опекун, он имеет право забрать у меня ключ от моего детского сейфа, и перекрыть доступ к этим деньгам?

— Да, сэр. Так же, как имеет право выдать Вам столько денег, сколько сочтёт нужным.

«Дамби-гуд или Дамби-гад? Вот в чём вопрос», — подумал я.

— Ещё вопрос. Как я уже говорил, все эти годы я жил у маглов, которые ненавидели меня. Фактически, я был у них на положении бесправного раба, и питался объедками с их стола. На мне сейчас даже обноски моего кузена, ибо своей одежды у меня никогда не было. В результате у меня теперь сильная недостача веса. Лишь сегодня мне сказали, что я — волшебник. Скажите, у волшебников есть больница, где меня могут обследовать, и порекомендовать витамины или зелья, чтобы восстановить моё здоровье?

— Больница Святого Мунго. Там Вам смогут помочь.

— Как туда попасть?

— Через каминную сеть. Либо, через главный вход. Слушайте, как это нужно делать…

Хоть я и задавал самые важные вопросы, но всё же я провёл в банке довольно много времени. В результате Хагрид был страшно недоволен. Ведь у него жутко секретное задание, и ему ещё нужно успеть… в общем, его будет ждать Дамблдор. А заставлять жать это великого человека — не есть хорошо.

В результате, встреча с Драко Малфоем в магазине мадам Малкин так и не состоялась. Не знаю, как было у Гарри Поттера в каноне, но я не ограничился исключительно школьной формой. Ведь мне ещё по магазинам ходить нужно. А я, между прочим, до сих пор в обносках Дадли. Я уже не говорю о том, что на мне его нижнее бельё. Так что из магазина я вышел уже в нормальной новой одежде. Кстати, одежду Дадли я выкидывать не стал, а забрал с собой. Мало ли. Вдруг волшебники через неё смогут навести проклятие. Так что одежду Дадли я либо сожгу, либо пущу на эксперименты. Буду отрабатывать на ней заклинания из трансфигурации.

Стоило мне выйти из магазина, как Хагрид протянул мне клетку с совой, и сказал:

— С днём рождения, Гарри. Это тебе. Придумай ей имя. Она будет носить тебе письма.

Я посмотрел на сову, и должен признать, что она мне понравилась.

— Это — девочка? — Спросил я Хагрида.

— Да.

Я вновь посмотрел на сову, и сказал ей:

— Однажды Зевсу напророчили, что его ребёнок будет достаточно силён, чтобы свергнуть его, возглавить Олимп и богов. Спустя время у Зевса родилась дочь, которую назвали Афиной. И вот наступил момент, когда боги взбунтовались, и решили свергнуть Зевса. Вот они пришли к нему с кандалами, и что же они видят? Абсолютно спокойный Зевс сидит на своём троне и посмеивается. А рядом с ним, в полном вооружении, стоит его дочь, Афина. И очень недобро смотрит на богов. Она единственная среди богов не только не поддержала бунт, но и встала на защиту своего отца. Она была готова в одиночку выйти против всех богов Олимпа. А потому, я назову тебя Афиной.

Сова ухнула и, судя по виду, ей понравилась моя история и новое имя. Далее, был забег по магазинам. Ведь Хагрид очень опаздывал.

В магазине, торгующем чемоданы, у меня возник вопрос:

— Хагрид. Зачем мне чемодан, если можно купить сумку с расширенным пространством и чарами, облегчающий вес?

— Во-первых, это традиция, — ответил он. — А во-вторых, твою сумку могут случайно или умышленно повредить. И тогда всё твои вещи вывалятся в коридоре или в классе. Тебе это нужно?

— Логично, — сказал я. — Но сумку, с расширенным пространством я всё же куплю.

Сумку я купил не только для того, чтобы таскать в ней учебники. Пришлось напомнить Хагриду, что я вчера за весь день съел лишь сосиски, которые он же и приготовил. Сегодня я ещё не завтракал. А время уже обеденное. Мороженное? Это дело хорошее. Но я бы хотел забросить в желудок что-то более существенное. Заодно заказать еду на вынос и сложить её в мою волшебную сумку. Чтобы вечером мне было что поесть. Ведь к Дурслям я возвращаться не собираюсь. А из номера в «Дырявом котле», я буду стараться лишний