Архитектор света. Том 1 - Евгений Николаев

* * *

На работе я и правда с трудом кирку поднимал, а сил на то, чтобы незаметно добывать для бизнеса куски кристаллов, и вовсе не осталось. Благо, смена прошла, как в тумане. «Очнувшись» в конце рабочего дня, я вновь побрёл в библиотеку. Эх, найти бы круглосуточную библиотеку и спать там, может, и высыпаться тогда начну. Еще сэкономлю на аренде, а значит заработаю. Думая так, быстро добрел до уже известного мне здания.

Сегодня в библиотеке ничего интересного вычитать не удалось, закрытия я не дожидался и ушел сегодня раньше, чтобы не идти по темноте. Вернувшись в свой квартал, я перестал встречать прохожих.

Никакого комендантского часа не было, но без дела, в тёмное время суток, в этом месте редко выходили на улицу. Темно, грязно, опасно.

А завтра всем вновь на тяжёлую, нелюбимую работу. В самом деле, зачем куда-то выходить? Пили медовуху у себя или в питейных заведениях, гуляли в так называемом старом городе — в центре. Там, где и была библиотека. Собственно, там было всё. Правда жителям окрестных районов всё равно были не особо рады.

И вообще, где принцессы, радужные поля и сокровища? Почему мне достались трущобы, тяжелая работа и антисанитария? На земле я жил куда лучше…

В постоялом доме, пока поднимался к себе, я с интересом осматривался, но свое творение не увидел, хотя чего это я, вероятно, у себя в комнате повесил, сам наслаждается. Зачем простых смертных радовать.

Дома дела пошли не лучше, видимо, отсутствие полноценного сна сказалось на восстановлении, потому что процесс создания энергоканалов между кристаллами и непосредственно запитка одного из них сегодня давались намного труднее, чем обычно. Времени было нужно тоже больше, поэтому когда в дверь постучали, я ещё продолжал тонкую работу и не стал сразу реагировать. В первую очередь нужно завершить работу. Ассоциативно это всё напоминало работу хирурга. Я делал очень аккуратные манипуляции пальцами, стараясь проводить энергию к ним по энергоканалам через всё тело, аккумулируя все крохи, которые у меня есть. Изменения происходили не на тех же кончиках пальцев, а на расстоянии от них, словно я орудовал длинными ножницами, или вовсе — китайскими палочками.

Вскоре второй образец я завершил и вытер тыльной стороной ладони испарину со лба. Вся эта работа моему носителю давалась очень тяжело.

За входной дверью уже никого не было. Образец в обмен на квартплату, как мы договорились ночью, я должен был хозяину дома, к нему сразу и пошёл. Память услужливо предоставила, в какую дверь нужно постучаться. Он жил в этом же доме на первом этаже. По сути весь первый этаж был его, постояльцам был доступен лишь небольшой корридор до лестницы на второй этаж. Прохор Игнатьевич к себе никого не пускал, поэтому я даже не представлял сколько там комнат.

Какого было моё удивление, что стоило мне постучать, как Прохор радушно отворил дверь, буквально втолкнул меня внутрь. Всё это произошло в мгновение ока. Широко он улыбнувшись заговорил.

— Дорогой мой! Ты принёс?

За два дня скачек от Тимофея к Олегу и дорогому. Изменения в общении, конечно, координальные. Очень не люблю таких людей, которые меняют своё отношение к другим в зависимости от нужды к ним, но сейчас придётся терпеть и работать, ведь это наоборот было мне на руку.

— Да, я принёс ещё один образец.

Но старик тут же растерял всю свою напускную улыбку.

— Ещё один? Олег, дорогой, нужно больше! Нужно несколько десятков!

Я осторожно, стараясь не показывая этого, осмотрелся, но своей лампочки нигде не увидел, везде стояли свечки.

— Я принесу ещё, но мне нужно время.

— Нужно быстрее, — уже жёстче сказал тот.

Раз радушность диалога растерялась я решил спросить прямо.

— Скажите, и по чём вы продали моё изобретение?

— В каком смысле продал? Всё для себя, всё для себя, — развёл он руками.

— Я вот всё высматриваю вчерашний образец, но в доме его нет, здесь тоже. Может в одной из закрытых комнат? Тогда вы сможете мне показать ее? — всё это время я смотрел старику в глаза и понял, что был прав, каждое предложение попало в цель. — Так кому, и главное за сколько, вы продали? И какой объём пообещали поставить ещё?

Глаза старика начали откровенно бегать, думал говорить или нет? Или оценивал риски? После чего он, закрыл глаза и сел в кресло. Видимо решился.

— Местному барону, сказал, что я выменял их у торговцев из-за моря, а отдал за серебряную монету.

Я невольно присвистнул. С финансами тут было просто. Есть одна бронзовая монета, сотня бронзовых монет стоила, как одна серебряная. А сотня серебряных, как одна золотая. Мой долг перед Прохором исчислялся в бронзовых. То есть на таких лампочках и правда можно было очень хорошо заработать. Легенда про то, что их привезли торговцы, тоже была хороша. Первое время может прикрыть мою шкуру и хоть немного, но подстраховывала самого Прохора от того, чтобы у него отобрали всё бесплатно.

⁃Ты понимаешь, что ты сделал? — спросил я, отметив, что получилось очень тихо, голос сел сам.

Я даже сам не заметил, как перешел на «ты».

Он напрягся.

— Я дал тебе шанс.

— Ты дал мне обязательство, — поправил я.

Я посмотрел на него внимательно.

И впервые увидел не просто старого жадного хозяина.

А человека, который случайно оказался между мной и кем-то, у кого есть власть.

И которому теперь придётся отвечать, если всё пойдёт не так. Вроде бы ничего страшного, отвечать за свою работу нужно всегда, но вряд ли барон будет ждать лампочки на моих условиях.

Он сглотнул.

— Слушай… барон — это не тот, с кем можно тянуть. Он спросил, откуда вещь. Я сказал — торговцы. Он поверил.

Кристаллы. Мои кристаллы. Моя теория. Мой p-n-переход, если совсем по-земному.

И вдруг стало очевидно, что я больше не исследователь. Я — источник товара. А это уже другая игра.

— Сколько времени он дал? — спросил я.

Прохор замялся.

— Немного. Пару дней.

Я тихо усмехнулся.

Пару дней. Я думал, что счетчик обнулился и я могу спокойно жить и работать как минимум еще месяц, но получается, что счетчик: «четыре дня», из которых осталось два — не выключился, разве что условие стало работать еще жестче, как и ставка.

Я повернулся к выходу.

— Сделаю ещё.

— Когда?

Я остановился в дверях.

— Сегодня.

И сам удивился, как легко это сказал совершенно при этом не понимая, как я смогу