Адский гений, или "Амбрелла" по-русски - Анастасия Феникс

Жонр, что был в балаклаве, присвистнул, а Михайлов усмехнулся:

- Люблю Россию. Только у нас богачи живут так, будто монархия ещё не упразднена. Интересно, а он налоги в полном объеме платил? - из Вадима вырвался смешок, который он еле подавил в себе. В этом мрачном готическом замке стояла почти что мертвая тишина, которая давила на каждого из присутствующих тут.

- Так, Горан - налево, - начал командовать Альберт, - не забудь про рацию, Чио - направо, - китаец кивнул и отошёл немного в сторону, готовый в любой момент зайти в коридор. По воспоминаниям Вадима там был длинный проход с многочисленными окнами и картинами, который вел к лестнице на второй этаж, в северное крыло. Слева, соответственно, все было так же, разве только крыло было южное. А вот самое интересное, судя по планировке дома, предоставленной Кроу, было за левой дверью под лестницей. Справа так, ничем непримечательная каморка, а вот за первой вход в западное крыло, где разместилась основная часть помещений: кухня, столовая, три гостиных и выход в сад. А, ещё комната с роялем. Видимо, кто-то из их семьи очень любил поиграть.

Между тем Альберт, повернувшись лицом к остальным, указал кивком головы на правую дверь.

- Марк, туда, - тип в кепке кивнул, а после пошел туда, держа наготове автомат, - так, Алекс, мы с тобой и с русским - туда, - он дулом указал на дверь, а инженер, что тепер держал Михайлова, кивнул.

Вдруг, словно в довершение ко всем бедам, в до сих пор открытую дверь особняка заскочила одна из собак-переростков, рыча, скалясь и брызгая слюной направо и налево. Яростно метаясь туда-сюда по комнате, она то и дело уходила из-под прицелов автоматов и пули, выпускаемые из них, проходили мимо нее. В конце концов Минчжду удалось попасть ей в голову и та, заскулив, упала на пол, где и издохла.

- Так, - коротко бросил Мраче, а после пошел к двери и от души захлопнул ее, после чего послышался писк, означавший, что дверь заблокирована. Изнутри устройства, призванного ее открыть, не было. Мраче глухо заматерился, а Михайлов усмехнулся.

Кроу ведь предупреждал, что ее нельзя закрывать, если хочешь потом выйти. Окна-то в доме не открываются!

...- А зачем это? Неужели никто не входит и не выходит из особняка? - спросил Михайлов по видеосвязи, - Это же непрактично.

- В сам дом никто не заходит кроме тех, кто там проживает. Выходят оттуда только в случае крайней опасности, - поджав губы, бросил Джон…

"Надо же, как мило! Он обезопасил своих подпольных работников от своих волкодавов… Только вот, обезопасились ли они сами от себя?" - вздохнул вдруг Михайлов, глянув на сдохшего пару минут назад, мутанта. "Даже страшно представить, чем конкретно они тут занимались!" - мелькнуло в его голове, но он быстро отбросил эти мысли. Потом подумает, на досуге. Сейчас же была совершенно другая задача: выжить и свалить отсюда к чертовой матери!

Главный вопрос: как?

Глава 8

В доме началась суматоха. Конечно же, все были просто невероятно шокированы тем ужасающим фактом, что они все теперь тут заперты. Без еды, без воды, лишь с одними рациями, которые бьют на расстояние максимум километра! Им попросту неоткуда было ждать помощь в ближайшее время. Конечно же потом, дня через три, о них обязательно кто-то вспомнит, но, опять же, бюрократия! Никто не полезет в особняк Кроу без его ведома, а ему откровенно начхать на то, что туту кто-то сдохнет.

Впрочем, паника прошла довольно быстро, уступив месту слаженности и холодности... Нет, не спецов, но и не новичков, каждый из которых отправился выполнять поставленную ему задачу. И кто бы мог подумать, что интереснее всего она окажется у Горана Мраче.

Свободно повесив автомат, он вышел в коридор, нарочно шоркая не самыми чистыми ботинками по красному ковру, который его невероятно бесил, как и сам дом, впрочем. Справа были красивые панорамные окна, за которыми стояла кромешная тьма и изредка по ним ударяли капли вновь начавшегося дождя, вернее, ливня.

Яркая вспышка молнии озарила небо и пространство за стеклом, что заставило Мраче отшатнуться от него прочь, так как за ним стояли около восьми псов, рыча и скалясь, капая на землю перед собой своей слюной. Кое-как взяв себя в руки, он посмотрел на стекло и, понадеявшись, что оно бронированное, повернулся к противоположной стене, что была украшена картинами разных художников. Горан никогда не разбирался в искусстве, однако даже он смог распознать тут картину Айвазовского "Девятый вал", которая ну никак не вписывалась в нуарный интерьер дома. Скривившись, он пошел дальше, изредка поглядывая на стекло, за которым притаилась смертельная опасность, которую вновь перестало быть видно. Просто чернота.

- Просто темно, ночь, - прохладно сказал Мраче и двинулся дальше, достав из кобуры пистолет и едва не выронив ключи от наручников русского. От чего-то ему казалось, что если с ключом случится хоть что-то, тот его на куски порвет. Всё-таки какое-никакое профессиональное чутье, но у Мраче было, - а ведь если так подумать, то мы вовремя в дом заскочили, пока эти волкодавы на нас все скопом не кинулись. Выходить как будем - вот вопрос. Причем крайне актуальный!

Покачав головой, Мраче толкнул массивную деревянную двустворчатую дверь из какого-то темного дерева и, выставив пистолет, вошёл в парадную южного крыла.

Там было... Великолепно. Поистине. Все тот же нуарный интерьер, только разбавленный элементами из темного дерева и электроникой, такой как телевизор, мини-холодильник, проводной телефон и прочее, что могло пригодиться для проживания и работы. На столе были раскиданы какие-то документы с совершенно непонятным Мраче содержанием, перевёрнутая ваза с искусственными алыми розами, что, покрывшись пылью, теперь были наполовину серыми, а так же пара перевёрнутых бутылок с водой, вернее, уже без, так как она просто высохла за такой промежуток времени.

В дальней части помещения была широкая лестница из темного дерева и перил из черного мрамора, покрытая алой ковровой дорожкой. В целом, вся комната была застелена алым ковром.

- Что же так... - покачал головой Горан, высказывая свое мнение по поводу стоимости интерьера. Которое, конечно же, никого не интересовало. Вздохнув, в мертвой тишине невероятно дорогого особняка, он взял пульт и включил телевизор, желая посмотреть, что тут обсуждали.

Там проецировалась презентация. Пролистав ее в