Диагноз - Анюта Соколова

— Я помню. Но вы же шутили!

— Ни в коей мере, — он распахнул дверь. — Тут смежные спальня и гостиная, а гардеробная, ванная и уборная — отдельные. Вам нравится?

Комнаты меня интересовали в последнюю очередь.

— Господин Риден, чтобы удовлетворить ваш каприз, я готова работать по восемнадцать часов в день. Хотя с большим трудом представляю, чем буду заниматься всё это время. Но требовать, чтобы я оставалась ещё и на ночь, просто дико!

— На ночь, утро, день, вечер, — тряхнул косой чёлкой некромант. — Всегда. Я отправляюсь на взморье — вы со мной, я лечу в Лодáн — вы тоже.

— Вас посадят в тюрьму, а меня в соседнюю камеру? — продолжила я насмешливо.

— Всё-таки у вас странная фантазия.

— Это у вас — странная фантазия, — парировала я. — И ищете вы не помощницу, а… Даже не знаю кого. Помесь жены и сиделки.

— Мне не нужна сиделка и тем более жена, — скривился некромант. — Мне нужен ответственный человек, которому я смогу доверять. Вы подходите.

— Зато мне не подходят ваши условия, — отрезала я. — Двадцать четыре часа неотлучно исключают личную жизнь. И я вовсе не о романтике: мне же придётся отпрашиваться для того, чтобы сходить к парикмахеру или в аптеку, не говоря уже о покупках! Или вы намерены вместе со мной посещать магазины дамского белья?

— Почему бы и нет? — вздёрнул бровь некромант. — Вряд ли я увижу там что-нибудь новое.

— Извините, господин Риден, — я развернулась и направилась к лестнице. — Искренне сожалею, простите великодушно…

— Вы не поинтересовались своей зарплатой, — бросил мне в спину некромант.

— Ваши требования не перекроешь никакой зарплатой! Заплати вы хоть тысячу…

— Пять, — вкрадчиво произнёс Риден.

Мои ноги приросли к полу сами, честное слово. Я обернулась:

— Пять тысяч? Вы опять шутите?

— Пять тысяч, и я не шучу, — усмехнулся Риден. — Я прекрасно понимаю, что выдвигаю не совсем обычные условия. Лишаю вас свободы, личной жизни и так далее. Поэтому собираюсь платить вам пять тысяч в месяц, начиная с сегодняшнего дня.

Я вернулась и внимательно оглядела некроманта с ног до головы.

— А вы точно в добром здравии?

— Более чем, — усмешка некроманта стала ехидной. — Могу показать справку от психиатра, по закону я ежемесячно прохожу освидетельствование. И, предупреждая ваш следующий вопрос, услуг интимного характера я от вас не потребую.

Мои щёки вспыхнули: именно об этом я и собиралась спросить. Но тогда за что он столько платит?! Пять тысяч валáров! В месяц! Святой Спаситель, за такие деньжищи я готова не отходить от него ни на шаг! Даже с ложечки кормить, если потребует. Хотя всё это более чем странно!

— Можно взглянуть на договор, который я должна подписать?

— Разумеется, — Риден кивнул на дверь кабинета. — Прошу.

В течение следующей четверти часа — или больше, мне было не до часов — я внимательнейшим образом изучала подробный договор на восемнадцати листах. Из него я узнала, что мне гарантированы бесплатные проживание, обслуживание, питание, медицинская помощь и страховка на все случаи жизни. Взамен я обещала… Ох, сколько же всего я обещала!

Не разглашать конфиденциальные сведения. Не обсуждать личность работодателя даже с близкими людьми. Не разговаривать с журналистами, а если те меня побеспокоят — сообщить об этом Ридену. Не покидать дом без предупреждения и называть точный адрес, где я собираюсь находиться. Не оставлять Ридена одного более чем на два часа, за исключением ночного отдыха. Не скрывать даже лёгкую головную боль. Не обращаться к посторонним докторам…

Пункты казались бесконечными. Я прилежно читала, Риден сидел в кресле напротив и нетерпеливо покачивал ногой. Жизнь научила меня тому, что самые заманчивые предложения на поверку оказываются надувательством. Однако самоуверенный некромант походил на кого угодно, только не на мошенника.

— Хорошо, сдаюсь, — выдохнула я на последнем, сто девятнадцатом пункте. — В чём подвох?

Он улыбнулся:

— Статья «Обязательства сторон», последний абзац.

— «Договор может быть расторгнут только по желанию работодателя или по взаимному согласию сторон», — громко зачитала я. — То есть я даже уволиться не могу?

— Почему же? Можете — с моего согласия.

Похоже, Ридена вся эта ситуация порядком забавляла. Мне же стало интересно… Нет, не так: во мне проснулся жгучий интерес! В столице три миллиона жителей, невесть сколько потенциальных помощниц. Средняя зарплата — от четырёх до шести сотен. Почему пять тысяч?!

— Чёрт вас побери! — не выдержала я. — Прежде чем я подпишу, признайтесь наконец! Вы людоед? Питаетесь кровью младенцев или девственниц? Ставите в подвале незаконные эксперименты? Напиваетесь и танцуете нагишом в людных местах? Оборачиваетесь чудовищем и воете на луну? За что вы столько платите личной помощнице, если вы с ней даже не спите?!

— Подпишите и узнаете, — вкрадчиво предложил Риден. — И я вам уже говорил про вашу богатую фантазию?

— Три раза, считая этот, — в порыве чувств я схватила со стола ручку и поставила свою подпись на двух экземплярах. — Отвечайте!

Риден подался вперёд:

— Двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю и триста шестьдесят пять дней в году, — он выдержал паузу и коварно добавил: — А в високосный год — триста шестьдесят шесть.

— И всё?

— Этого мало?

— Ладно, — я ему не поверила, но поняла, что настаивать бесполезно. — Вы победили, что дальше?

— Жиль отвезёт вас на вашу квартиру, вы возьмёте необходимые вещи и переедете в этот дом. Постарайтесь уложиться до обеда: жульен у Агнес — объеденье! — Риден облизнулся.

— А если не успею, останусь голодной?

Некромант посмотрел на меня в упор: в прозрачных голубых глазах мелькнуло лукавое выражение. Лучше всего ему подходило слово «чертовщинка».

— Почему-то мне кажется, что мы сработаемся, госпожа Эрлан.

Я не была в этом так уверена, но любопытство губит не только представителей семейства кошачьих. Риден подписал оба экземпляра договора, один протянул мне:

— Рекомендую держать под рукой.

— Чтобы периодически освежать в