Медведев. Книга 9. Сила - Гоблин MeXXanik

часть этой реки находилась неизвестно где под землей, и мне совсем не хотелось выяснять, насколько близко к сердцу хозяин местных водоемов способен принять подобные изменения в принадлежащем ему хозяйстве.

Иволгин тихо хмыкнул в чашку. Я сделал вид, что не услышал.

В этот момент через двор стремительно пронесся Аргумент. Пес еще мгновение назад мирно лежал возле крыльца, но теперь вдруг сорвался с места, добежал до калитки и застыл неподалеку. Шерсть на его загривке слегка поднялась, уши настороженно встали торчком. Он внимательно смотрел в сторону дороги, но не рычал, а значит, непосредственной угрозы пока не чувствовал.

Морозов проследил за ним взглядом и одобрительно хмыкнул.

— Ну хоть кто-то у нас не просто так харчи ест, — пробурчал он. — Дружина совсем распоясалась. Пес раньше всех гостей замечает.

Я поднялся с кресла, собираясь встретить Илью.

Почему-то мне представлялось, что водяной появится со стороны леса или просто пройдет по дороге. В крайнем случае я ожидал увидеть знакомую фигуру возле калитки. Однако уже через несколько секунд из-за поворота донесся странный нарастающий грохот.

Аргумент настороженно повел ушами. Морозов нахмурился. Иволгин перестал пить.

Звук быстро приближался, становясь все громче. А потом моему взору открылось зрелище, к которому я совершенно точно не был готов.

По дороге ехал мотоцикл. Красный, громкий, с люлькой.

Машина бодро подпрыгивала на неровностях, поднимая за собой легкое облако дорожной пыли. Но удивил меня вовсе не мотоцикл. В конце концов, после последних событий красным мотоциклом меня было трудно поразить.

В люльке сидел Илья.

Хозяин местных рек устроился там с таким достоинством, с каким иной князь восседает в парадной карете. На голове водяного красовался шлем со звездой на уровне лба.

Я молча смотрел на это великолепие. Морозов рядом со мной тоже молчал. Иволгин медленно поставил чашку на колено. Но настоящее потрясение ждало нас впереди.

За рулем мотоцикла сидела высокая фигура в красном брючном костюме. Я прищурился. Мотоцикл приблизился еще немного. Морозов вдруг судорожно вдохнул.

— Мать моя… — прохрипел он.

— Это точно не она, — просипел Иволгин.

Молодой леший умудрился подавиться отваром и теперь кашлял, прикрыв рот ладонью. При этом взгляд его не отрывался от приближающегося мотоцикла.

Я же наконец узнал водительницу. И почему-то совершенно перестал удивляться.

Мотоцикл лихо подкатил к дому и остановился возле крыльца. Двигатель еще несколько мгновений громко тарахтел, потом затих, оставив после себя почти оглушительную тишину.

Аргумент осторожно подошел ближе, понюхал переднее колесо и отступил на пару шагов, очевидно решив, что связываться с этим чудом техники без крайней необходимости не стоит.

Водительница легко перекинула ногу через сиденье и спрыгнула на землю. Потом стянула шлем и энергично тряхнула головой. По плечам рассыпались яркие фиолетовые волосы.

— Доброе утро, мальчики, — жизнерадостно произнесла Альбина Васильевна и приветственно махнула нам рукой.

Я машинально поднял руку в ответ. Морозов не пошевелился. Он смотрел на женщину так, словно только сейчас окончательно убедился, что недавняя схватка все-таки нанесла ему какую-то незаметную травму головы.

Альбина Васильевна совершенно не обратила внимания на произведенный эффект. Она повернулась к люльке и посмотрела на Илью.

— Ты там застрял, мой хороший? — проворковала женщина.

Водяной быстро мотнул головой. Похоже, сама мысль о посторонней помощи глубоко задевала его достоинство.

Он уперся ладонями в края люльки, медленно поднялся и на мгновение даже выпрямился. А потом ноги его предательски подогнулись. Илья тяжело рухнул обратно на сиденье.

Улыбка исчезла с моего лица. Я машинально подался вперед, собираясь спуститься с веранды и помочь ему, но Морозов остановил меня всего одним словом:

— Стоять.

Я замер и вопросительно посмотрел на воеводу. Тот едва заметно качнул головой. И тогда я понял. Илья не хотел помощи. Не сейчас, не перед нами.

Хозяин рек сидел в нелепом красном шлеме, в люльке старого мотоцикла, бледный настолько, что это было заметно со стороны. Однако подбородок он упрямо держал поднятым, а пальцы крепко сжимали край люльки.

Я оставался на месте. Помочь человеку иногда гораздо проще, чем сделать вид, будто не заметил его слабости. Особенно если он привык быть сильным. А Илья, судя по всему, привык.

Альбина Васильевна тоже все поняла. Она не бросилась поддерживать его и не стала повторять предложение. Просто встала рядом с люлькой, будто случайно оказавшись достаточно близко, чтобы в нужный момент подставить плечо.

Илья несколько секунд сидел неподвижно. Потом глубоко вдохнул. Снова взялся за края люльки.

— Не торопись, — негромко сказала Альбина Васильевна.

Водяной бросил на нее недовольный взгляд.

— Я и не тороплюсь.

— Конечно.

Иволгин рядом со мной тихо фыркнул. Я покосился на него. Леший поспешно спрятал улыбку за чашкой. Морозов тяжело вздохнул и негромко пробормотал:

— Чувствую, завтрак сегодня будет долгим.

Я посмотрел на Илью, который готовился предпринять вторую попытку выбраться из люльки, потом на Альбину Васильевну с фиолетовыми волосами, на красный мотоцикл и наконец на Иволгина, мирно попивающего лечебный отвар под клетчатым пледом.

Утро в княжеском доме определенно начиналось как обычно. То есть совершенно непредсказуемо.

Глава 3

Явление Ильи народу

Илья тем временем предпринял еще одну попытку выбраться из люльки. Водяной крепко ухватился за край люльки, подтянулся и осторожно поднялся. Затем перекинул наружу одну ногу, немного помедлил, словно проверяя, не откажет ли она в самый неподходящий момент, после чего столь же неторопливо перенёс вторую.

На землю Илья ступил с таким достоинством, будто только что покинул не тесную мотоциклетную люльку, а личный экипаж возле императорского дворца.

Выпрямился. Поправил куртку. Одернул полы, насколько это позволял шлем, всё ещё сидевший на голове, и направился к веранде.

Правда, походка у него при этом была несколько странной. Первые два шага гость сделал, широко расставляя ноги. Водяной чуть качнулся в сторону, замер, восстановил равновесие