Лучшее завтра. Книга 1 - Ппан Ким

– Жуть какая…

Я стояла перед воротами и ждала, когда выйдет Сонджэ. Какое-то время я пинала лежащие на земле камни, затем перевесила рюкзак на живот, расстегнула молнию и достала послание. Я написала его, боясь, что не смогу выразить словами все, что хочу. Я и раньше много раз писала Сонджэ, но впервые собиралась вручить ему записку лично. Сердце колотилось так сильно, словно отбивало ритм на барабане.

И бумагу, и конверт я выбирала с особой тщательностью. Мне хотелось, чтобы и там, и там было изображено огромное сердце. Я погладила конверт, а затем вынула из него письмо. Развернув аккуратно сложенную в три раза бумагу, я увидела тщательно выведенные буквы – мне хотелось, чтобы все было идеально. Я пробежалась глазами по тексту, начинающемуся с имени «Сонджэ».

– Что? – поразилась я.

Я потерла глаза тыльной стороной ладони и снова посмотрела на письмо. Потом я выпучила глаза, затем несколько раз моргнула, но, несмотря на все мои манипуляции, факт оставался фактом: самое важное предложение стерлось.

Я помнила, как написала следующее: «ХХ/ХХ/ХХ ты простудишься. У тебя будет бессонница, поэтому ты захочешь принять снотворное, но прошу, день потерпи, даже если будет тяжело. Не принимай никаких лекарств и даже витаминов. Иначе тебе грозит опасность».

Однако сейчас вместо этого предупреждения был лишь белый лист.

Может, я просто подумала об этом, но не записала? Это вряд ли – чистой была только середина листа, а подпись «твоя фанатка» осталась на месте.

– Н-но как…

Я не верила своим глазам. Ведь я писала ручкой, а не карандашом! Да еще и закончить смогла только с третьего раза, потому что слезы размывали буквы.

– Как такое возможно?..

Я не могла заставить себя прямо сказать Сонджэ, что в будущем он умрет, поэтому с трудом сочинила это письмо.

Впереди раздались голоса. Я подняла голову, так и не закрыв открытый от удивления рот. В сторону ворот бок о бок шли Пэк Инхёк и Сонджэ. Я быстро смяла письмо и сунула его в карман.

– Ты пришла увидеть Сонджэ? – спросил Пэк Инхёк, попеременно глядя то на меня, то на друга.

До того как я увидела, что стало с письмом, все именно так и было. Я хотела встретиться с Сонджэ, чтобы вручить ему конверт. Но почему, черт возьми, мое послание исчезло?

– В-вот и нет. Пришла встретиться с другом.

– С другом? У тебя есть друзья в нашей школе?

– Есть. Его зовут Докбэ.

– До-о-окбэ-э-э? – противно переспросил Пэк Инхёк, словно не верил, что в их школе есть ученик с таким именем.

Громко кашлянув, я перевела взгляд на стадион, будто потеряв интерес к стоявшим передо мной парням.

– Что ждешь? Идем, – пробормотал Сонджэ и вышел за ворота.

Пэк Инхёк, еще пару раз пробубнив названное мной имя, последовал за другом. На его лице я по-прежнему видела сомнение.

Я внимательно смотрела на стадион, вытягивая шею, как будто Докбэ действительно должен был вот-вот появиться. В этот момент мне в голову вдруг пришла кое-какая мысль. Я достала письмо из кармана и сразу же развернула его.

– Может, мне нельзя рассказывать о будущем?

Иначе почему пропали именно эти строки?

– Хм…

Голова наклонилась сама собой. Меня охватило предчувствие, что все пойдет не так гладко, как я рассчитывала.

Как только закончились уроки, я снова отправилась в старшую школу Чагам. Там уже началась продленка, поэтому стояла тишина. Я огляделась по сторонам, а затем достала из рюкзака записную книжку и маркер. Присев на корточки, я положила блокнот на колени и начала писать.

Лекарство от простуды и снотворное нельзя принимать вместе

«66 Энтертейнмент» – отстой.

Никакого лекарства от простуды

Никакого снотворного

Никакого «Камчжачжона»

Я вырвала листы и приклеила их к столбу, уличному фонарю и стене, чтобы Сонджэ увидел их сразу, едва выйдя за ворота школы. Если нельзя прямо говорить о будущем, я могу писать объективные факты. Информацию, которую можно найти в интернете и которую может узнать любой желающий.

Дома я провела несколько экспериментов и убедилась, что не могу рассказывать о событиях, которые пока не случились. Едва я пыталась что-то написать, слова исчезали, а если говорила вслух – изо рта вырывалось что-то совсем другое. Действительно странно. Каждый раз, заходя в ванную, я пыталась выкрикнуть свое предостережение, но у меня тут же начинало першить в горле, а из душа лилась вода. Это показалось мне даже более жутким, чем само возвращение в прошлое. Похоже, у путешествий во времени существовали правила и кто-то ревностно следил за их исполнением.

Я приклеила три записки, немного помедлила, затем написала и вырвала еще одну: «Дружба между Рю Сонджэ и Пэк Инхёком должна прекратиться».

Когда я принялась клеить лист за уголки к стене, позади раздался знакомый голос:

– Кончена? Что кончена?

– О-о-ой! – Я думала, у меня сердце из груди выскочит!

Я так испугалась, что вздрогнула всем телом, а затем медленно повернула голову. Глаза Пэк Инхёка сузились, а его острый взгляд сосредоточился на записке, которая бессильно болталась на стене – я не успела доклеить последний уголок. Я быстро оторвала и скомкала ее. В этот же миг юноша подлетел ко мне и протянул руку.

– Дай сюда. Я видел там свое имя.

Я попятилась – он приблизился. Вряд ли ему бы понравилось написанное. Как же быть? Взгляд забегал. Я увидела, что позади Пэк Инхёка с безразличным видом стоит Сонджэ. Эта записка должна исчезнуть.

Я сунула скомканную бумагу в рот и начала ее жевать. Пэк Инхёк растерянно посмотрел на меня, и его челюсть отвисла от изумления.

– Ого… Ладно, я не буду смотреть. Выплевывай. Разве можно это есть?

Как я могу тебе доверять? Наблюдая, как двигаются мои губы, молодой человек прикрыл рот рукой. Кажется, он не на шутку удивился. Я почувствовала, как мокрая бумага прилипла к нёбу. Мне хотелось ее выплюнуть. На лице сама собой возникла плаксивая гримаса.

Еще пару минут назад здесь никого не было, так откуда же взялись эти двое? Вчера от удивления у меня помутился рассудок, но сегодня стоило им обратить на себя внимание, как я потеряла дар речи.

В выложенных агентством профилях был указан рост Рю Сонджэ – 184 сантиметра – и Пэк Инхёка – 186 сантиметров. К старшей школе мальчики уже перестают расти, но юноши были довольно высокими, и мне, само собой, приходилось задирать голову, чтобы посмотреть на них. У Сонджэ были темно-русые волосы с черным отливом, а у Пэк Инхёка – светло-русые. Если первый по типажу больше походил на милого щеночка, то второй – на кота. Однако с какой стороны ни посмотри, оба потрясающе красивы. Наблюдая за ними с такого близкого расстояния, я чувствовала себя подавленной и морально, и физически.

Сонджэ стоял, сунув руки в карманы, и безразлично смотрел на меня. Я и подумать не