Ворошиловский стрелок. Книга 1 - Дмитрий Найденов

руки и сдадимся, мы будем бить врага там, где его встретим, мы, комсомольцы, возьмём в руки оружие и, пока армия собирает резервы, чтобы дать достойный отпор, сделаем всё возможное, чтобы это время у неё появилось. Поэтому, дорогие женщины, не паниковать, составьте чёткий план, как спрятаться среди населения, запастись продуктами, чтобы пережить зиму, война может затянуться, это я вам говорю правду не для того, чтобы вы опустили руки, а чтобы знали, что победа будет за нами. Да, не сразу и не лёгкая, но враг будет разбит, и мы, комсомольцы, сделаем для этого всё возможное, — уверенно и очень эмоционально произнёс я речь, а оглянувшись, увидел девчонок, стоявших с оружием за моей спиной, с уверенным взглядом.

— Ещё будет просьба, убрать с дороги тела и спрятать, а потом договориться с местными и похоронить, как будет возможность, у нас времени на это не будет.

— Конечно, милок, всё сделаем, не переживайте, я из местных, договорюсь с председателем, он выдаст подводу, похороним по-людски, как положено, — произнесла пожилая женщина с девочкой лет девяти, которая жалась к ней, испугано смотря на меня.

Ещё десять минут ушло на то, чтобы оттащить тела, а я уже завёл оба мотоцикла, проверил их и, подойдя к своим бойцам, спросил:

— Кто из вас умеет ездить на мотоцикле?

Они переглянулись, а потом помотали головой, отчего я расстроился, а ведь думал про трофеи, забыв, что в это время водить умели далеко не все.

— Хорошо, сейчас отгоню один мотоцикл и спрячу, оружие всё заберём, кроме пулемёта и пары магазинов. При случае заберём, а вам стоять, охранять имущество, если увидите немцев, в бой не вступать, а отступить к лесу, — ответил я и переложил вещи в один мотоцикл, практически забив коляску до отказа.

Перегнал мотоцикл за 200 метров, дальше по дороге в сторону Барановичей небольшая лесополоса с еле заметной дорогой вдоль поля, по которой вывозили сено, поэтому проехал ещё метров сто и загнал в кусты, быстро забросав ветками. Теперь не зная, где он спрятан, найти не выйдет. Помимо этого, сорвал ещё одну ветку и при съезде замёл все следы шин, а после такого даже опытный следопыт не найдёт мотоцикл. Бегом вернулся обратно, увидев толпу удаляющихся по дороге женщин, которые решили возвращаться в посёлок, расположенный рядом.

— Ну, что, готовы? — спросил я.

— Всегда готовы! — ответила Валентина.

Сам уселся за руль мотоцикла, Акулину усадил в коляску, а Валуева села за мной, крепко обняв. Тронуться с первого раза не получилось, мотоцикл заглох, так как я резко бросил сцепление, но завёлся сразу и второй раз удалось тронуться, после чего поехали вперёд по дороге. Лучшим вариантом было мне сидеть в коляске за пулемётом, так как никто им пользоваться не умеет, но я вроде разобрался, только без тренировки проверять не хотелось. Нужно тихое место, где разобраться с ним, а ещё бы и отстрелять пару очередей, но времени как раз и нет.

Неожиданно перед нами показались дома небольшого посёлка, надпись на въезде гласила, что это Борки, надпись просто вырезана на стволе дерева, но останавливаться я не стал, людей на улице не было, хотя в окнах кто-то мелькал. Через километр дорога делала поворот у самого леса, удобное место, чтобы устроить засаду для немцев, дорога простреливается на всю длину, а мы сразу сможем уехать на мотоцикле. Нас не будет видно, если не обойдут, а значит, дам несколько очередей, остановим технику, и бежать, точечный укус, а дальше, искать другое место засады.

У поворота останавливаюсь, не глуша двигатель, и осматриваюсь, место мне нравится, хотя оно и не без изъяна, я бы предпочёл возвышенность побольше, но и так сойдёт. Главное, чтобы первыми шли не танки.

— Что встали? — спросила Валуева, перекрикивая работу двигателя.

— Здесь дадим первый бой, но, если пойдут танки, придётся пропустить, поэтому маскируемся хорошо и оборудуем стрелковые ячейки, — произнёс я, осторожно направив мотоцикл чуть дальше, а потом заехал задом, в кусты, под углом, чтобы сразу ехать, не разворачиваясь. Себе я взял винтовку, повесил на пояс ещё один тройной подсумок с другого немца с магазинами. Затем выдал такие же подсумки девушкам, показав на себе, как закрепить, и начал снимать пулемёт.

Весил он прилично, больше десяти килограмм, ещё и сменные стволы имел в металлических тубусах и толстые рукавицы для замены во время боя. Вот только длительный бой давать не буду, иначе нас окружат, зажмут и быстро уничтожат. Позицию выбрал быстро, взяв с собой ещё одну улитку с патронами и прикрыв позицию ветками, отошёл, распределять роди моих подчинённых.

— Акула, твоя фамилия какая, а то так и не вспомнил, — смутившись спросил, подойдя к родственнице, которая стояла рядом, ожидая от меня команды.

— Смирнова я, Акулина Семёновна, что совсем ничего не помнишь?

— Здесь помню, здесь не помню, — фразой из фильма ответил я, но девушка восприняла слова не в шутку, а серьёзно.

— Может, вначале в больницу? — спросила девушка, уже не привязывая белорусские слова и говоря достаточно чисто по-русски.

— Некогда нам, так, слушаем боевую задачу, Валуева, берёшь сектор слева от меня, вот у этого дерева, вторую позицию ищешь сама, покажешь мне, я буду утверждать. Приучайся сразу это делать.

— А зачем вторая позиция, отсюда и так хорошо видно, — спросила она.

— Немец быстро пристреляется по тебе, и, чтобы сразу не убили, ты переползёшь на вторую позицию, и выбери ту, где лучше видно левую сторону дороги, они попробуют нас обойти сбоку, — произнёс я и, посмотрев на родственницу, сказал.

— Ты устраивайся здесь, посмотри, в коляске было что-то подложить, но учтите обе, будут муравьи ползать и жуки разные, терпеть и не дёргаться, что бы ни случилось. Будем лежать и ждать удобной цели, мы не просто пострелять сюда пришли. Каждая ляжет, а другая посмотрит с разных сторон, главное, с дороги чтобы вас не видно было, замечание устраните сами, ветки вам в помощь.

Сам я улёгся на траву у дерева, умял её вокруг себя, осторожно, чтобы было не видно с