Бункер - Александр Н. Александров

- Не совсем. Актер вживается в сценический образ лишь на короткое время. И при этом больше всего его заботит правильная подача роли, голос, позы, текст... В «Последнем Бункере» роли играют аматоры. Именно поэтому у них получается настолько естественно, настолько непосредственно. Коллективная вера игроков, поддерживая и стимулируя саму себя, становится «реальностью».

- А можно как-нибудь попроще? - жалобно попросила Саманта.- Ну, там, на примере?

- Проще... - доктор задумался. - Ну вот представьте себе: Вы общаетесь с человеком, а он вдруг заявляет Вам, что Вы жутко заикаетесь. Вы знаете, что это не так, поэтому просто покрутите пальцем у виска. Но вот Вы выходите из дома и уже другой человек, возможно даже, Ваш близкий друг, говорит, что у Вас ужасное заикание. Вы задумаетесь, правильно? И если все, кого Вы встретите в этот день, станут в один голос называть Вас заикой, то, в конце концов, вы начнете заикаться уже по-настоящему. Такие эксперименты проводились. Срабатывает тот же инстинкт, что заставлял наших хвостатых предков не задумываясь бежать за другими членами группы, если те вдруг с криками бросались прочь. Действовать иначе было небезопасно... да и сейчас, откровенно говоря, ничего не поменялось. Вспомните, что Вы в школе делали с «белыми воронами», Теодор.

Теодор Смит ничего не сказал, но судя по краске, густо залившей его щеки, жизнь отбившихся от коллектива в его школе была не сахар, и, похоже, что Теодор принимал в уничтожении «инакомыслия» самое непосредственное участие.

- ...Пара обезьян увидели что-то похожее на тигра в кустах, завопили, и вот уже все стадо, сломя голову, несется сквозь чащу, не замечая ничего на своем пути. Это тот самый инстинкт, который определил в дальнейшем всю человеческую историю. Вынужденная коллективная вера - сама по себе страшная штука, а будучи помноженной на сенсорную депривацию - вспомните: большую часть времени они проводят в полной темноте - и экстремальные условия жизни так и вовсе становится альфой и омегой, определяющей бытие. Ну и, конечно, важны детали: все эти «аптечки», «счетчики Гейгера», бинты, запахи... Кстати, вы знаете, что в Сети цена на «Бункер-комплект» уже достигает четырехсот долларов? Туда входит счетчик, индивидуальные аптечки с меловыми таблетками, аэраторы-одорофоны и... и... Черт, забыл. Но там больше сотни наименований.

- С ума сойти можно, - Теодор Смит сокрушенно покачал головой. - Каким-то малолеткам пришло в голову запираться в подвале...

- Ну почему сразу «малолеткам»? Не стоит забывать, что «Последний Бункер» придумал дипломированный психолог, а разрабатывала целая команда психиатров и невропатологов. Там, по-моему, были даже дизайнеры с военными.

- Вы в этом тоже поучаствовали?

- Нет, - вздохнул Генри Финк, - меня не пригласили. А жаль, очень жаль... В таком увлекательном эксперименте я готов стать не только разработчиком, но и подопытным, поверьте, Теодор. Меня до сих пор не покидает чувство, что мы, наконец-то, открыли нечто... невероятное, фантастическое. Такое, что раз и навсегда изменит мир... или объяснит нам о нем что-то самое главное. Это как полеты в космос, только еще увлекательнее...

- Ну ладно, - фыркнула Саманта, - Вы психолог, с Вас взятки гладки. Научные открытия, новые горизонты, то да се... Вы лучше объясните, зачем они это делают? Только не говорите, что для развлечения - ни за что не поверю! По-моему, это какая-то форма безумия...

- Вы будете смеяться, Саманта, но именно для развлечения они это и делают, - кивнул доктор. - Просто Вы, как и большинство людей, используете этот термин - да и многие другие термины - не до конца понимая, что же именно он означает. Любое «развлечение», как Вы это называете, просто попытка выдавить из собственного мозга хоть немного биохимических стимуляторов. Вы всю жизнь ищите способ дотянуться до кнопки включающей допаминовую форсунку. Вот только получается это у вас вон из рук плохо, потому что зашитые в сознание социально-медийные шаблоны превращают этот процесс в ползанье по раскаленным углям. Вы можете купить новую машину, но только если влезете в кредит, а мысль об этом приводит вас в содрогание. Вы можете обновить гардероб, но тогда можно забыть про поездку на Гавайи этим летом. Причем, заметьте, какая подлость: новая машина радует вас, от силы, день-два, а кредит сделает несчастным на много месяцев. А потом в генератор боли превратится и машина - когда сосед купит себе «тачку» покруче. Это сделано для того чтобы общество продолжало вертеть свои шестеренки и дальше; ведь если для счастья вам будет достаточно просто слопать бутерброд с маслом, мировая экономика обрушится как карточный домик... И не только экономика.

- Но им не нужно думать о таких вещах! - Теодор возмущенно потряс головой. - Они же дети! У них есть масса развлечений: телевизор, компьютерные игры, спорт...

- ...клубы, дискотеки, социальные сети. Да, да, я знаю. Но если вы думаете, что все перечисленное вами делает их счастливыми, то вы глубоко заблуждаетесь. Общество и семья ставят детей в такую... хм... позу, что... - доктор махнул рукой. - Какой-то псих назвал это «игровым соревновательным сценарием» - маньяки чертовы... Быстрее! Выше! Сильнее! Ты плохо учишься? Лузер! Мало друзей? Лузер! Тебе не нравится то, от чего все остальные писают напалмом и визжит от восторга? Лузе-е-ер! Детей учат быть взрослыми, то есть калечат их по образу и подобию нашему... Да что там дети! Вспомните, как проходит ваш день - любой. Вы встаете с кровати бодрым и отдохнувшим, с чувством, что сегодняшний день обязательно принесет что-то хорошее. Но через час от этого заряда позитива не остается ничего вообще. К тому времени как вы приходите на работу у вас в мозгу уже гудит колокол чужих проблем. Вы готовы убить своего шефа, вспоминаете, что платят вам оскорбительно мало, тратите больше нервов и времени на отмазки от работы, чем на ее выполнение, параллельно вспоминая, кого из полутора тысяч друзей в «Фейсбуке» сегодня надо поздравить и с чем, кое-как доживаете до обеденного перерыва, а потом какой-то мудак включает новости и жить становится просто страшно, потому что в новостях никогда не показывают ничего хорошего, а если и показывают то только в контексте «...а сейчас посмотрите на этого милого котенка и соберитесь с духом, потому что сразу после мы покажем вам пару расчлененных полицейских, аварию на химической фабрике и крушение поезда». К концу дня ваша голова похожа на динамитную шашку с догорающим запалом. Что тут говорить о детях, которым в голову запихивают то же самое, только с применением отбойного