Тот еще тролль - Адель Гельт

— Одно «но», — я решил немного остудить трудовой энтузиазм. — Пулемета я вам не дам. Сервитут!

— А! — понял эльф. — И правда… А что тогда делать? Делать чего?

— Ща, — вдруг пообещал Зая Зая. — Уши! Уши берегите!

Орка мы поняли правильно — как смогли, слух притушили. Оба.

Все равно, блин, получилось громко и звонко!

Оглохли. Наверное, кто-то еще — поблизости.

Взволновалось синее море — за неимением последнего, волнами пошла буро-зеленая гладь реки.

Разлетелась в мелкое крошево бутылка, забытая кем-то на перилах.

— Ждем. Киту плыть недалеко. Сейчас будет, — прочитал я по губам орка. Скривился.

— Братан, — надеюсь, орал я не слишком громко. Сам-то себя пока не слышал. — У тебя в родне соловьев не было?

Сделав дела на мосту, поехали в КАПО — благо, было недалеко, и барбухайка бегала куда как исправно.

Нас уже ждали — полковник Кацман и еще какие-то подданные вида электромеханического, но официального: господа офицеры.

Думал, сначала поговорим по делу — но, как всегда, у командования свои резоны.

— Скажи мне, подданный Зая Зая, — начал киборг издалека. — Мы тебе зачем медаль давали?

— Потому, что я весь такой молодец, — подбоченился орк.

— Это ответ на вопрос «почему», — не согласился полковник. — Я же спросил — «зачем»?

— Теперь не понял, — удивился белый урук.

— Сейчас поймешь, — пообещал Кацман. — Медаль тебе дали, «чтобы носить, не снимая». Статут награды, не просто так!

— А… Она большая! — ладно, он хотя бы попытался. — Куда мне такая тарелка, на все пузо?

— Во-первых, не на пузо, а на грудь, — начал киборг. — Во-вторых, даже грудь — и то не вся. — Полковник сделал паузу, и вдруг спросил: — Чего уставился?

— Жду «в третьих», — покладисто пояснил подданный.

— В третьих… Медаль — это что? — не растерял напора опричник.

— Ну… Награда. Награда же? — сомневался орк для виду, но — так было надо. Государевы люди редко любят тех, кто излишне в себе уверен: полковник Кацман исключением не был.

— Не просто награда, — возразил киборг. — Это милость Государева, воплощенная в чарованной бронзе, стали и золоте! Или ты, — полковник сделал страшное лицо, — не уважаешь Государя?

Не то, чтобы у Кацмана получилось напугать Заю Заю — пусть мимика полковника и становилась все совершеннее с каждым днем, мой братан, так-то, орк…

— Государя всяк подданный да любит из сердца своего! — процитировал кого-то белый урук. — Конечно, уважаю! Медаль обещаюсь носить — только доеду до дому и сразу надену!

Заметили, да? Не «нацеплю», не «прикручу», не еще какое-нибудь слово, по сути верное, по форме шутливое!

Кто мне там скажет, что черные уруки не понимают политесов и не способны те соблюдать? Еще как способны. Если им самим — не политесам, урукам — это зачем-то нужно.

И знаете, что? Зая Зая — он такой. Раз обещал — будет носить.

Мы, тем временем, перешли к главной теме дня: тому, ради чего и приехали.

— Я думал, ты будешь клянчить пулемет, — поделился опричник, выслушав вольный пересказ того, что случилось на мосту. — А оно — вон как!

— Толку то? — пожал я плечами. — Револьвер, и тот зажали. Положенный, между прочим, по закону! Просить пулемет, да еще не совсем для себя… То такое. Опять же, а вдруг — чисто случайно — какой-нибудь урук положит руки на гашетки? Ну так, веселья ради?

— Нехорошо получится, — согласился полковник. — Или уже не получится… Только бунта нам тут еще не хватало. Вот линейщикам будет радость!

— Потому и не будет его, — ответил я. — В смысле, бунта. Никому не надо.

— Из положения ты, однако, вышел! — похвалил меня полковник, почти даже и не сменив темы.

— Это вот он, — тычу пальцем в Заю Заю. — Герой легендарный цвета белого. Задумка-то моя, но вот исполнение — целиком его.

— Монстров там много, — согласился полковник. Или, прямо сейчас и очень ненадолго майор егерей. Чисто как человек, которому по самой своей должности положено очень хорошо разбираться в фауне — даже и водяной. — Монстра там разные. Но ты, Ваня, в одном прав — супротив кита в воде не попрет никто. Только гигантский кальмар — но тех у нас не водится. Глубины совсем не те. Вопрос один.

— Откуда, — догадался я, — взялись зубатые киты?

— Да. Откуда? — кивнул киборг. — Это, все-таки, река, не океан. И не море даже.

— Отвечать на вопрос, — снова показал я пальцем: надо, кстати, отучаться — будет Зая Зая.

— Тут такое дело, — пояснил белый урук. — Водокач, например, баба. То есть, самка. Это получается Водокач-ка!

Орк помотал головой — вроде как, утрясал в голове мысли, слишком для себя сложные.

Я подумал о том, что он зря придуривается — не в этом составе… А еще — что пора бы ему подстричься. Зарос, как партизан!

— Там, где есть баба, — Зая Зая закончил трясти головой, — обязательно заводятся ейные дети. Закон природы! — орк нравоучительно указал куда-то вверх левым указательным пальцем и зачем-то перекрестился.

Мы все — даже я — за ним повторили. Просто на всякий случай — главная в Державе религия, а мы, на секунду, в государственном присутствии, не абы где!

— Чтобы завелись дети, бабе нужен мужик, — глубокомысленно возразил полковник. — Тот же закон, той же природы. Креститься необязательно.

— Там непросто, — согласился белый урук. — Я не понял, как именно, до чего непросто. Какая-то мутная тема с другим хтоническим чудищем… Короче, папа у детишек есть. И живет — вместе с китятами — от ихней мамки недалеко. В Волге, только ниже по течению.

— Водохранилище? — уточнил Кацман. — Тогда верю. Там кто только не водится — вон, военный крейсер третьего дня утоп, как не было. А он морской, между прочим! Был морской.

— Так вот, — закруглился орк. — Мама детишек работает со мной. Детишки слушаются маму. Волшебная фауна Казанки и ближайших проток — куда пролезут китята — делится на ноль. Кто не делится — тот мелкий, того мы сами… Обычную рыбу они не тронут, мы договорились.

Вы видели, как хохочут киборги? Я теперь тоже видел. Больше не хочу.

Понял я многое — не только то, что было сказано вслух.

Понимаете, какое дело: опричному полковнику точно следовало пройти технический осмотр, или как это правильно называется в его случае…

Сила эмоций его зашкаливала, и я уже точно знал, что вариантом нормы такое назвать нельзя.

Если киборг сойдет с ума — кто знает, что может прийти в электрическую часть головы? Бунты полумашин начинались и по меньшим поводам!

Как там было у Макиавелли? «Держи друзей близко, к