Лекс. Книга 1 - Евгений Нетт

— Я… — начать-то я начал, но был прерван мягким одиночным стуком.

Родерик, впечатал палец в стол, привлекая внимание:

— Розалия, сядь. Лекс повёл себя в высшей мере достойно, — он посмотрел на меня, кивнув. — Честь и доблесть — не то, что ты в праве осуждать. Никто не вправе.

Розалия поджала губы, но всё же опустилась на свой стул. Впрочем, возможности посмотреть на меня с обидой, страхом и запоздалым облегчением, сокрытым за этой показной агрессией, она не упустила.

— Раз уж речь зашла о том инциденте, то я могу сообщить, что у Имперской Безопасности ко мне больше нет вопросов, — я поспешил перевести тему и разрядить обстановку. — Вчера я посетил их филиал в городе, прошёл тесты. Результаты их удовлетворили, и подозрения в нелегальной модификации катализатора с меня сняли.

Граф вскинул бровь, и даже Родерик, до этого поглядывающий на сестёр, подобрался.

— Тесты? — переспросил наследник, дёрнув бровью. — Что именно они проверяли?

— В основном — мой бытовой браслет… вернее, не совсем его, а меня с ним в связке. Смогу ли я повторить плюс-минус то же самое, что делал тогда, располагая заведомо «чистым» катализатором, — я постучал пальцем по экрану устройства. — Я смог, и вопросы были сняты.

— Но что-то же выяснилось, Лександр? — бросил Альберт, сцепив руки в замок перед собой. Похоже, возможность того, что его сына уличили бы во внесении незаконных модификаций в катализатор производства концерна Лазарей его заметно напрягла.

«Потому что репутационный удар, полагаю, пришёлся бы по всему роду. Благо, у Лександра хватило мозгов не заниматься ничем подобным. Или мотивации».

— Выяснилось, что модификаций нет, а бытовой браслет в качестве оружия я смог использовать благодаря аномальным показателям мозга, — я чуть улыбнулся, словно хвастаясь. — При моей чистоте образа и с моим контролем, предохранительные механизмы стандартной прошивки не успевали сработать. Кому-то в профильных ведомствах теперь предстоит затыкать эту дыру, а мне, возможно, оказать им содействие… в чём-то.

Граф нахмурился, и я поспешил продолжить, чтобы не вызвать недопонимания:

— Мне предложили сотрудничество, но пока решается вопрос с оплатой со стороны некоего научного ведомства. Подробности мне неизвестны, кроме того, что Имперская Безопасность выступит прослойкой. Обещали, что всё решится в течение недели-двух, — я замолчал, когда в зал ступили официанты и официантки. Они быстро и уверенно заставили стол блюдами первой волны — в основном, лёгкими закусками и напитками.

Разговор продолжился только после того, как посторонние покинули помещение. Пища пока оставалась нетронутой — все ждали, пока граф, по традиции, первым поднимет вилку.

Вот только Альберт Лазарь этого делать не торопился. Он молча смотрел на меня, и в его взгляде сквозило нечто среднее между оценкой и отступающей, но ещё подающей признаки жизни тревогой.

Затянувшуюся паузу прервал Родерик, подавшись вперёд и подцепив с тарелки какую-то замысловатую закуску на шпажке.

— Значит, ты умудрился найти дыру в идеальной прошивке бытовых гражданских катализаторов. Это… впечатляет, — сдержанно бросил он. — Отец говорил, что ты управляешься с жидким металлом. И его же ты применил в бою?

— Именно так, — я кивнул. — Мне повезло с тем, что террористы не были обучены, а из-за провала в начале их «операции», до меня они добирались вразнобой. Бытовой катализатор начал пасовать именно тогда, когда пришлось держать удар и поражать цели…

Я не стал говорить ничего про убийства, памятуя о том, что за столом находятся дети.

— Не прибедняйся, Лекс, — Родерик хмыкнул, прищурившись. В его глазах промелькнула искорка азарта. — Жидкий металл, а не его блеклое подобие, в принципе мало кому подконтрольно. И… как ты смотришь на то, чтобы устроить небольшой спарринг после обеда? Чисто символический.

— Исключено, — голос графа прозвучал спустя лишь миг. — Родерик, мы в ресторане посреди города, а не на полигоне.

— Если обставить всё как положено, то…

— Я сказал — нет, — отрезал Альберт так, что даже Виктория, что-то шептавшая Розалии на ухо, притихла. — Лександр ещё даже не студент, чтобы принимать участие в пусть тренировочных, но боях только ради того, чтобы удовлетворить твоё любопытство, Родерик. Ты наследник, так и веди себя соответствующе.

Повисла неловкая пауза. Родерик, впрочем, выглядел скорее смирившимся, нежели уязвлённым.

Ну а я в эти секунды уже успел прикинуть варианты, придя к тому, что демонстрация мне скорее на пользу, чем во вред. Скрывать то, о чём и так все знают заочно — глупо. Зато подать свои способности в нужном ключе, заявив о себе и произведя нужное впечатление — ход более, чем разумный.

Я поднял взгляд на отца, дождавшись, пока он это заметит:

— Спарринг и правда был бы лишним. Но я могу кое-что показать и без рисков. Это не займёт много времени, а камер, — я неопределённо кивнул куда-то вверх. — Тут и без того нет.

Граф прищурился, мазнув взглядом по Родерику и сёстрам. И во взгляде его, кажется, промелькнуло самое настоящее любопытство.

— Хорошо, — наконец кивнул он. — Но только без разрушений, Лександр.

— Этого не будет, — я чуть улыбнулся, подняв левую руку.

Жидкий металл, с которым я не расставался почти никогда, и поддерживал его в «спящем режиме» под одеждой, тонкой струйкой показался из-под рукава, блеснув в свете многочисленных ламп. Глаза Родерика вскинулись, а брови Альберта Лазаря сошлись на переносице — они оба словно призрака увидели.

— Ты… Лекс, это трюк, или ты действительно все эти, — Родерик покосился на часы, — пятнадцать минут поддерживал технику, пряча металл под одеждой?

— После недавних событий я стараюсь не расставаться с материализацией вообще, — я стянул металл в одну большую каплю с арбуз размером. — Паранойя, конечно, зато мой контроль растёт не по дням, а по часам…

Словно повинуясь не озвученной команде, капля раскрылась на манер бутона диковинного цветка — несколько десятков идеально ровных граней наслаивались друг над другом, переливаясь и удерживая форму.

Виктория ахнула, а я, заметив её расширившиеся глаза, улыбнулся и перенаправил поток металла выше.

Цветок расслоился на ленты и нити, и ртуть затанцевала. Она то истончалась, то собиралась в различные объекты, ловящие свет настенных светильников. Серебристые блики в изобилии заскользили по столу, блюдам, стенам, потолку и лицам собравшихся, прежде чем подконтрольный мне металл не захватил всё пространство над нашими головами.

Наблюдая за реакцией ребёнка, я переформировал образ, и металл закружился, формируя соцветия и целые букеты.

Каждый цветок — из моей головы, из наполненного магией мира. Мира, о котором здесь никто никогда не слышал. Десятки растений и разных бутонов, переплетающихся в причудливом, гармоничном хороводе. Абсолютная синергия каждого движения и каждого блика. Нечто такое, что нельзя было создать на голой