Владычица Авалона - Мэрион Зиммер Брэдли

За пределами брачного покоя веселье шло полным ходом. Правитель, радуясь, что не потерял дочь, отправив ее на Авалон, а, напротив, выдал ее замуж за влиятельного человека, закупил огромное количество галльского вина, и свадебные гости воздавали угощению должное. Караузий глядел на невесту и жалел про себя, что не может поступить так же. Но хороший офицер при исполнении не пьет.

А он, конечно же, был при исполнении – ему предстояло исполнить супружеский долг. Женщина, что ждала его на широком ложе, была чудо как хороша собой. И, наверное, добронравна – и, раз прошла обучение на Авалоне, мудра. Но она ему чужая.

Караузию и в голову не приходило, что это окажется проблемой. Ему ведь доводилось развлекаться с куртизанками и с блудницами при военном лагере, не поинтересовавшись даже именем девицы. Но сейчас он осознал, что от брака хочет большего. Телери лежала, натянув простыню под самый подбородок, и смотрела на него перепуганным взглядом – как лань на охотника. Караузий улыбнулся, пытаясь ее успокоить, и стянул с себя тунику. Она стала его женой по римскому закону, но по обычаю бриттов, равно как и его собственного народа, брак не совершен, пока не закончится свадебный пир и жених не овладеет невестой.

– Хочешь, я погашу светильник? – спросил он.

Телери молча кивнула. Караузий испытал минутное сожаление – что толку жениться на хорошенькой женщине, если нельзя полюбоваться ее телом? Однако ж при виде такой красоты он того гляди оробеет, а в темноте все женщины одинаковы. Караузий откинул покрывало и лег рядом с молодой женой: кровать застонала под его тяжестью, а вот Телери по-прежнему молчала. Вздохнув, он протянул руку и коснулся ее волос. Кожа у нее – словно шелк… Рука его сама собою скользнула от щеки к шее, а оттуда – к тугой округлой груди. Девушка резко вздохнула и замерла, вздрагивая под его ладонью.

Не попытаться ли расположить к себе молодую жену любовной беседой? Молчание девушки обескураживало, слова на ум не шли. Но если разум Караузия бездействовал, то тело жадно откликалось на трепет упругой плоти под его пальцами. Караузий попытался замедлить происходящее, подождать, пока не будет готова и она, но Телери просто лежала неподвижно, безучастно принимая его ласки. Он раздвинул ей бедра. И сдержаться уже не смог. Со стоном он вошел в нее, впившись ей в плечи. Телери вдруг всхлипнула, отбиваясь, забарахталась под ним, но он уже сорвал свой приз.

Все закончилось быстро. Потом Телери свернулась калачиком на боку, спиной к мужу. А Караузий долго лежал без сна, прислушиваясь к ее дыханию, пытаясь понять, не плачет ли она. Но нет, ни звука… Постепенно он расслабился. Он твердил себе, что на первый раз все прошло очень даже неплохо – а постепенно, по мере того как они попривыкнут друг к другу, станет еще лучше. Возможно, какой-то неземной любви ждать не стоит, но пройдет какое-то время, они с Телери сживутся друг с другом и, конечно же, проникнутся друг к другу уважением и теплыми чувствами, а большинству пар не дано и этого.

Караузий не привык спать не один, так что сомкнуть глаза долго не удавалось. Он глядел в потолок и размышлял про себя о дислокации войск, о снабжении и поставках продовольствия; больше всего ему хотелось зажечь светильник и поработать. Но он не знал, задремала ли жена, и боялся ее потревожить. Спустя какое-то время он все-таки забылся беспокойным сном, и привиделось ему, что он снова на корабле, палуба под его ногами ходит ходуном, а он рубится с полчищами безликих врагов.

Когда в дверь постучали, он сперва подумал, что это таран ударил в борт корабля. Затем послышались голоса; постепенно Караузий разобрал слова.

– Госпожа, до утра просили не беспокоить – ну не в третьем же часу! Во имя Юноны, сегодня у адмирала первая брачная ночь! Никак нельзя к нему врываться!

– Если адмирал рассердится, я возьму вину на себя, – возразил женский голос. – Ты готов понести ответственность за то, что вовремя не сообщил адмиралу важные для него вести?

– Вести? – удивился стражник. – Но никаких посыльных не приходило…

– А я в посыльных не нуждаюсь. – Голос женщины изменился; Караузий уже поднялся с постели и, натягивая тунику, поежился: на него словно бы дохнуло стужей, которая не имела никакого отношения к ночной прохладе. – Ты сомневаешься в моих словах?

Злополучный стражник, оказавшийся между молотом и наковальней – с одной стороны приказ, с другой – всесильная жрица, – был избавлен от необходимости отвечать: Караузий уже приоткрыл дверь.

– Что случилось?

При виде него напряженное лицо Диэрны расслабилось, она улыбнулась. Она была в накидке поверх ночной рубахи; распущенные волосы рассыпались по плечам словно пламя. Но Верховная жрица тут же снова посуровела.

– Саксы опять напали.

– Откуда ты знаешь… – начал было он, но Диэрна только рассмеялась.

– Ты выполнил свою часть нашей договоренности. А я, по-твоему, о своем обещании забуду? Я знаю, как ты тревожишься о том, что оставил побережье без присмотра; нынче ночью я смотрела в чашу Прозрения. Я же тебе рассказывала – я всю осень учила этому Телери.

Караузий глубоко вздохнул и окончательно стряхнул с себя сон, осознав наконец зловещий смысл ее слов.

– И что ты увидела?

– Город в огне – кажется, это Клаузент, – два корабля вытащены на берег. Пираты не торопятся: они уверены в своей безнаказанности. Если поспешишь, застанешь рассветный прилив и подкараулишь их за островом Вектис, когда разбойники поплывут домой вместе с награбленной добычей.

Адмирал кивнул – и принялся отрывисто отдавать приказ за приказом. Застывший с открытым ртом стражник разом отмер и вытянулся в струнку. Караузий с трудом сдержал улыбку; а в следующую минуту его захлестнуло предвкушение битвы – и все прочие соображения отступили на задний план. Воевать – это он умеет, в этом он разбирается.

Ту зиму новобрачные провели в Дубрисе, римской крепости на юго-восточном побережье, в области, известной как Кантий, по названию тамошних племен. Телери думала, что возненавидит Дубрис уже за то, что это не Авалон. Но если вилла над меловыми утесами, где поселил ее Караузий, и напоминала клетку, то очень уютную, со всеми удобствами; а высокие и рослые светловолосые кантии хоть и не походили на ее бойких, быстроглазых соплеменников из западных областей, встретили молодую хозяйку радушно и были к ней неизменно добры. Ее муж то и дело отлучался из дому – лично присмотреть за возведением новой крепости Порт Адурни или дополнительных укреплений в Дубрисе.

Часть добычи, отобранной