Книжники. В объятиях прошлого - Ирина Фуллер

Тем более, что я любим женщинами. Кого вам еще выбирать для любви, если не меня? Но это действительно неуместно, потому что не может быть отвечено. Констанция, я сделал все, что от меня зависело, чтобы избавить вас от влюбленности…

— То есть, вы были так грубы и жестоки намеренно? — выдохнула она, ощущая горячие капли на щеках.

— О, нет, не обманывайтесь, Констанция. Я не какой-то там благородный mister Right, который пытался спасти вас. Я делал это для собственного спокойствия, так как не желал иметь этот разговор. И мне не нужно было, чтобы вы с этим взглядом смотрели на меня и делали любую глупость, о которой попрошу. Я давал задания хуже и хуже, чтобы вы, наконец, подумали: «Ну не козел ли он?» — и стали бы просто работать. Но, оказалось, зря.

Она рассмеялась сквозь слезы:

— Да, вы выбрали неправильную тактику. Надо было превратиться в доброго, заботливого, но скучноватого парня.

«Как Егор», — подумала она, но не сказала.

— Я приму к сведению на будущее.

— Конечно. Вам это обязательно понадобится, раз вы так любимы женщинами.

Он издал мягкий смешок.

— Констанция, — проговорил он совсем уж нежно, отчего все внутренности Констанции завязались в тугой, болезненный узел. — Вы милая девушка, но оставьте эти мысли, они безнадежны. Я знаю, что вы сейчас испытываете, и могу только сочувствовать и уверить, что все пройдет. Сначала будет тяжело, но шаг за шагом вы научитесь жить с этим. Потом вдруг заметите, что можете думать без того, чтобы ныло сердце. Рана затвердеет, заживет. Она не будет болеть, просто глядя на шрам, будете вспоминать, когда и как его получили.

Констанция понимающе кивала, но все, что ее волновало — это сейчас. Момент, когда она сможет не думать о Кинге, казался далеким и недостижимым.

— Сейчас нужно вернуться к группе. Мы продолжим поиск. Как будто ничего не было.

Она снова кивнула, на этот раз более уверенно и осознанно.

— С понедельника ваша стажировка завершена, — продолжил Кинг, вонзая нож в самое сердце. — Я поговорю с Ю сегодня же. Я обучил вас всему, что знал, теперь вам пришло время отправиться в свободное купание.

Несколько секунд он глядел на Констанцию, пока сама она торопливо утирала слезы, затем пошел прочь, унося с собой ее письмо и частичку ее души.

Лишь когда Артур оказался достаточно далеко, Констанция позволила себе разрыдаться в голос. Мысль о том, что волки могли принять ее за свою, заставила чуть снизить громкость: как раз вовремя, чтобы расслышать чьи-то шаги за спиной.

Она дернулась, развернулась, но резкая боль вынудила ее вскрикнуть и замереть.

К ней приблизился Егор. Не говоря ни слова, он стал спасать длинные пряди от цепкой лапы куста.

В это мгновение Констанция осознала, что он, возможно, все слышал: не спросил, отчего она плакала — значит, знал.

— Егор… — начала Констанция.

— Тише, — прошептал он, продолжая крайне осторожно, даже нежно разматывать темные волосы.

Наконец, он сумел освободить ее.

— Спасибо, — прошептала она, продолжая стоять на месте.

— Для этого я здесь, — раздалось над ее макушкой, — чтобы быть добрым, заботливым, но скучноватым парнем.

Егор прижал ее к себе, не давая вырваться, не позволяя заглянуть ему в лицо или хотя бы просто возмутиться столь жестокому комментарию.

— У меня теперь лицо еще час будет красное, — вздохнула Констанция ему в куртку, желая сказать хоть что-то.

— Возможно, поиски продлятся еще какое-то время. Все пройдет.

Вскоре их команда вновь собралась, чтобы обсудить план дальнейших действий.

— Егор, Дарья, вы увидели что-то интересное на вашем маршруте? — спросил Кинг. — Наш выглядел не как тот, которым воспользовался бы заблудившийся в лесу в первую очередь.

— У меня была тропинка, — заявила Даша. — Но я не дошла до конца, стало не по себе, я решила вернуться.

— Тогда пойдем по ней, причешем эту часть леса, — махнул Артур в сторону.

— Прочешем, — поправила Констанция, почему-то испытав непреодолимое желание сделать это.

А Кинг никак не отреагировал. Просто сделал вид, что не заметил, хотя было ясно — услышал.

Отчего-то Констанции стало очень горько. Будто бы он лишний раз подчеркнул, что ничто их больше не связывало: они не команда, не напарники. Она с трудом удержалась от какого-нибудь вызывающего комментария, чтобы он все-таки… заметил ее.

Кинг пошел вглубь чащи по маршруту Даши, остальные отправились следом. От длительной прогулки их спас Ю.

— Появилась новая информация, — раздалось шипение из рации. — Всем собраться у домика для обсуждения деталей.

Артур резко сменил направление, прошел мимо всей группы. Даша развернулась и последовала за ним. Егор помедлил, внимательно посмотрев на Констанцию.

Она же чувствовала, что еще не готова предстать перед всеми коллегами. Нужно было несколько минут в одиночестве, чтобы привести себя в чувство.

— Слушай, иди, я сейчас догоню, — попросила она, и Егор не стал задавать лишних вопросов.

Как же несправедливо, что ее глупое сердце решило сделать неправильный выбор. Все могло бы сложиться совсем иначе…

Констанция шла вперед, по тропе, усыпанной сосновыми иголками. Скоро между деревьями стал виден просвет, и она направилась туда, стараясь глубоко дышать и не думать о случившемся. Необходимо было вернуть самообладание и нацепить маску равнодушия хотя бы на этот вечер.

В паре десятков шагов обнаружился выход к озеру, отражающему круглую луну. Было одновременно страшно и красиво. И холодно. Только ловец грел правую руку… Констанция замерла и взглянула на томик без названия.

Где-то неподалеку раздался звук — то ли хруст ветки, то ли звук шагов по подмерзшей листве. Констанция испуганно вздрогнула, ее сердце заколотилось быстро и громко. Совсем не как когда Кинг читал ее письмо: тогда оно, наоборот, будто бы замедлилось, стуча через раз.

Может быть, это были другие охотники? А может, жители того единственного занятого коттеджа, где проходила вечеринка? А может, дикое животное… Хотелось спросить «Кто здесь?», потому что неизвестность пугала сильнее, чем даже потенциальная встреча с пьяными гуляками или голодными хищниками. Но слова застряли в горле, и Констанция просто развернулась, чтобы поспешить за Егором, Кингом и Дашей.

На тропе стоял мужчина. Она могла хорошо рассмотреть его в свете луны: высокий, со светлыми волосами, зачесанными назад, облаченный в черный сюртук и плащ явно не современного покроя. Его лицо можно было бы назвать красивым, если бы не излишне заостренные