Наследник Мудрецов 1-10 - Роман Романович

Состояние было разбитое.

Не из-за родни. Там-то всё как раз ожидаемо. Дядя сделал ряд намёков на возможное сотрудничество по силовому контуру. В том смысле, чтобы я взял военную часть дел рода на себя. Но это пока только намёки, и вряд ли это перейдёт во что-то большее, хотя зарекаться не буду.

Потому что передо мной стоял вопрос, как далеко я готов зайти в своей мести.

Ранее, когда до меня дошло, что Игорь причастен к той подставе, я, конечно же, был готов его порвать и размазать с особой жестокостью. Не раз себе этот момент представлял, со всеми кровавыми подробностями. С тех пор много времени прошло. Два года вдали от дома — это довольно много. И вот я вернулся. Получил подтверждение, что Игорь причастен. Вскоре получу ещё доказательства и…

И я не знаю, как быть. Надо бы себе в этом признаться.

Также я не знал, как быть с семьёй. С одной стороны, приняли они меня отнюдь не ласково. Именно дед был инициатором и главным двигателем нашего с Игорем конфликта. Остальные родственники тоже причастны, в том числе моя матушка. Но это в целом понятно, каждый действует в своих интересах. С другой стороны, если я уберу Игоря, это нанесёт нашему роду существенный ущерб. Возможно, фатальный. Нет наследника — нет перспектив. Возможно, кто-то захочет позариться на то, что у нас ещё осталось. Наверняка возможности Кристины удачно выйти замуж резко снизятся. Также это подкосит родителей Игоря, и кто знает, как его отец дальше будет вести дела. Вариант, когда род Валовых остаётся без всего — вполне себе реальная перспектива. Да, есть ещё мы с братом. Но чего уж. Отслуживший и только что вернувшийся на гражданку наследник — это не то же самое, что наследник, который получает качественное образование и уже второй год крутится среди других наследников, самых разных, но из обеспеченных и влиятельных семейств.

Поэтому вопрос надо было рассматривать не только в плоскости, хватит ли духу. Хватит, если потребуется. Мораль тут не особо важна, потому что спровоцировать Игоря на открытое нападение — задача из серии проще простого. Если же он нападёт сам, лицом к лицу, то рука у меня не дрогнет. Поэтому и говорю, что иначе надо смотреть на проблему.

Готов ли я лишить род большинства перспектив? Готов ли окунуть его в пучину безумия? Сломать деда, когда он лишится наследника? Лишить Кристину шансов хотя бы на сытое будущее?

Ладно-ладно. Я им не спаситель. Дед сам ответственен за те плоды, что мы пожинаем. Родители Игоря ответственны за то, как его воспитывали и как натравливали на меня. А Кристина уже взрослая девушка, и не надо её совсем уж списывать со счетов. Возможно, она и одна пробьётся по жизни. Ума ей не занимать. Как и красоты, кстати.

Тем не менее, даже несмотря на все скандалы, попытку меня убить и всё прочее, вынести приговор роду Валовых я так легко не мог.

Особенно когда был и другой вариант. Игорь талантлив и трудолюбив. Он идёт по классическому пути аристократа. Получает профессию, нарабатывает связи, копит влияние. Кристина пошла по пути религии. Как по мне, путь сомнительный, но это после встречи с Мудрецами. А так церковь Мудрости вполне себе самостоятельный игрок с большим влиянием среди одарённых. Савелий не дурак и пусть и пошёл по кривой дорожке, но там тоже власть и деньги водятся. Взять того же Шубкина. Аристократ, а всяким разным промышляет. Я же прогулялся по пути войны и собираюсь поступить на службу к силовикам. Получается четыре разных направления. Если грамотно разыграть эту комбинацию, то… Если не подохнем, у нас у всех есть очень неплохие шансы подняться высоко.

Что касается Игоря — его можно загнать под клятву. Такую, чтобы даже думать плохо в мою сторону боялся.

Нечто первобытное требовало оторвать ему голову с особой жестокостью, а рациональность толкала искать другие пути. Посмотрим, как сложится.

* * *

Пока размышлял, сам не заметил, как уснул. Проспал часа три, не меньше. Солнце к горизонту клонилось, когда проснулся. Тени сделались особо глубокими.

Тени.

С моим восприятием точно что-то не так. Или так, но оно менялось, трансформировалось.

Я прокрутил в голове то, что знал и понял, что не так уж много мне известно. Церковь Мудрецов официально поклонялась Битве, Власти, Плетельщику и Творцу. Это при том, что даже в официальных источниках Мудрецов упоминалось куда больше. Правда, на страницах этих же учебников хватало уточнений, что точно никто не знает, сколько их было, потому что, с точки зрения людей, Мудрецы обладали непостижимыми, мистическими способностями. Как бы там ни было, в церкви говорили именно о четырёх. Битве поклонялись те, кто ассоциировал себя с воинами. Не только одарённые. Обычные люди тоже. Которые часто просили у Мудреца соответствующего Дара, силы или удачи в начинаниях. Власти молились все те, кто ассоциировал себя с властью, как ни странно. Политики, главы кланов и просто амбициозные люди. Плетельщик был покровителем магии и магов. Всех тех, кто владел заклинаниями. Творец же покровительствовал мастерам.

Помимо этой четвёрки, я ещё видел людей с Даром Охоты. Всё остальное, что видел, — вариации упомянутых.

Про Тень же мне было ровным счётом ничего не известно. Поправка. Неизвестно до встречи с Ильдаром. Если сравнивать развитость наших с ним Даров, то находились они на схожем, то есть начальном уровне. Значит, у него не должно было быть много способностей. Он каким-то образом маскировался и перемещался. Причём настолько хорошо, что в темноте его никто не заметил. Ну да, если честно, так себе достижение. На мосту фонари давали так мало света, что, сиди он на балках сверху просто в чёрном костюме, его бы и так не заметили. Аналогично и с перемещением по улицам. Я кое-что в этом понимаю. Имел сомнительное удовольствие встречаться с теми, кто умеет незаметно перемещаться, без всяких Даров. Да и сам осваивал это искусство. Незаметность куда чаще ведёт к выживанию, чем сильная Власть.

Так что же получается? Ильдар хорошо маскировался. Предпочёл ударить в спину. Его не было ни слышно, ни видно. Он как-то перемещался куда быстрее, чем бегом. Ещё и меня обходил. Был впереди, а появлялся сзади. Также у меня с утра появилась негативная реакция на яркий свет, а тени будто жизнью наполнились.

Выводы,