Ангелы крови - Максим Анатольевич Макаренков

— Если я все правильно понимаю, то Хранитель заключил Дом в Капсулу Перекрестка.

— Подробнее, — потребовал вампир.

— Он изолировал дом от нашего пространства. Теперь к нам не может проникнуть никто из Города.

— А не из Города? — делая ударение на «не», уточнил Кинби.

— А не из Города, не знаю. Закрыв нас от одной реальности, он открыл проходы из других. Из каких — не знаю. Но могу сказать одно — долго держать Капсулу он не сможет. Пару часов, не больше. Но за эту пару часов снаружи может пройти часов шесть, а то и восемь. Кстати, есть и хорошие новости — у всех, кто находится внутри Капсулы, ослабнут мант-возможности.

И еще — если мы выживем, то ты, друг мой, можешь оказаться посреди дня.

Пожав плечами, Кинби двинулся вперед.

— Будь осторожен, — крикнул ему в спину Гитарист, — теперь за поворотом нас может ожидать все, что угодно.

***

В Комнате Перекрестков Художник открыл глаза.

Медленно вытянул перед собой руки. Послушный его воле клинок завис на уровне глаз, словно приклеенный к кончикам указательных пальцев.

Всем своим существом Тишиг чувствовал, как открываются двери между пространствами и реальностями, как проникают они друг в друга, словно истосковавшиеся любовники, полные мрачной жажды и ненависти, что слаще любви.

Он слышал торжествующие крики крылатых тварей из жарких миров, наполненных песком и смертью, плеск кожистых лап по воде, красной от крови, свист кривых клинков, зажатых в руках четвероруких обитателей Мертвой империи, посвятивших себя утонченнейшим видам убийства.

Малейшая дрожь ткани пространства отдавалась в его тренированном теле.

Неисчислимые миры ждали, готовые склониться перед новым повелителем.

Нужно было лишь получить знак своей власти.

Благоговейно взяв из воздуха налившийся серебряным светом клинок, Тишиг открыл дверь и убил стоявшего в коридоре охранника.

Почувствовал возникновение Капсулы Перекрестков и Реннингтон. Не отвлекаясь от манипуляций с клавишами мант-вычислителя, пробормотал сквозь зубы: — Толково. Толково, — и продолжил ввод команд.

На экране Ангельская Звезда вращалась, наливалась насыщенным синим светом, раздувалась, подобно насыщающейся пиявке.

В залитой светом камере открыл глаза Чикарро.

Белое Ничто разрешило ему стать частью себя, слиться с собой, стать орудием НеБытия.

Сами собой расстегнулись удерживавшие ангела ремни.

Бесшумно открылась дверь.

Встав, Ангел Смерти вышел в коридор, где, прислоненный к стене, его ждал гигантский черный меч. Чикарро коснулся рукояти — пение в голове достигло торжествующего пика и приняло в себя несчастное разорванное сознание ангела.

С немыслимой легкостью держа перед собой черный клинок, убийца зашагал по коридору.

***

Юринэ нагоняла «племянников» Марио.

Она уже ясно слышала короткие сухие щелчки автоматических винтовок и отрывистые возгласы, которыми обменивались боевики.

Не забывая постоянно контролировать взглядом пространство не только перед собой, но и по бокам, как учили ее на полицейских курсах, она поспешила на звук.

Завернув за угол увидела, как поводя дулами винтовок, входят в более светлое помещение боевики, и бросилась к ним, но не заметила валяющуюся под ногами доску из выбитой двери. Споткнувшись, полетела на пол, стараясь сгруппироваться и упасть как можно тише.

Это спасло ее саму и всю группу толстяка Марио.

Не издав ни звука, Юринэ поднялась и увидела, как из темноты над дверью появляется черный силуэт человека, висящего вниз головой. В руках человек держал какое-то оружие.

Юринэ не успела ничего сообразить — руки сами подняли пистолет, палец без участия мозга три раза нажал на спусковой крючок, и она услышала, как кто-то оглушительно орет.

Оказалось — она сама.

Мертвый человек в черном комбинезоне так и остался висеть в дверном проеме, а боевики Марио моментально раскатились в разные стороны и попрятались за тяжелой мебелью, стоявшей в зале.

Опергруппа Олона утратила элемент неожиданности.

Толстяк Марио, шедший последним с неожиданной прытью нырнул обратно в коридор и в несколько прыжков оказался рядом с Юринэ, втолкнул ее в комнату рядом с которой упала девушка.

Несколько пуль тут же шлепнулось о дверной косяк, выбивая щепу.

Марио смотрел бешеными глазами:

— Я что ж тебе приказал то, а? Ты что же это тут, а?! — от возмущения он все никак не мог подобрать слова.

Потом он сгреб Юринэ в охапку, прижал к себе и чмокнул в макушку:

— Спасибо тебе, девочка. Спасла.

Высунувшись в коридор, несколько раз выстрелил и заорал:

— Паоло, мальчик мой! Я здесь, с очаровательной девушкой! Нам грустно и одиноко! И в нас стреляют!

Ответом была усилившаяся винтовочная пальба и возглас из зала:

— Вперед бегом-бегом-бегом!

Схватив Юринэ за руку, Марио бросился в зал.

Его боевики рассредоточились в одной половине зала и вели ожесточенную перестрелку с бойцами спецгруппы, посланной Олоном для их уничтожения.

Выстрелы Юринэ смешали нападающим карты, и теперь «племянники» Марио поливали их огнем из крупнокалиберных винтовок, компенсируя недостаток подготовки энтузиазмом.

Марио прижался к спинке роскошного дивана, за которым прятался Паоло.

Молодой человек глянул на Юринэ, одобрительно что-то пробормотал и возобновил огонь.

А Юринэ не могла отвести взгляд от висящего в дверном проеме мертвеца.

К горлу подступала тошнота, глаза стекленели. Ее привела в себя короткая хлесткая пощечина. Марио сердито смотрел на девушку, сжимая в руке пистолет:

— Барышня, если уж вы здесь, то таки стреляйте, пока вас вместе с моими мальчиками не сделали совсем холодной!

И Юринэ решила, что тошнить ее будет потом, если для этого будет время. Она легла на пол и по-пластунски доползла до угла дивана. Осторожно высунулась из-за массивной изогнутой ножки.

Увидев вспышки выстрелов в дальнем конце зала, навела пистолет, как учили, немного ниже вспышек, и несколько раз выстрелила. Сквозь грохот пальбы послышался крик, и шум падающего тела.

В лицо брызнули щепки и Юрине, взвизгнув, отпрянула под прикрытие дивана.

— Долго мы так не продержимся! — кричал Паоло своему боссу. — Если обойдут, нам крышка! Пробиваться надо!

В этот момент возле огромного книжного шкафа, опрокинутого на бок, упало с металлическим лязгом, круглое рубчатое яйцо.

Резкий грохот ударил по ушам, и на Юринэ, вышибая воздух из легких, обрушилось что-то неимоверно тяжелое.

***

Дом менялся. Со скрипом изгибались под новыми углами коридоры, исчезали одни лестницы, на их месте появлялись другие. Тайные закутки, закрытые портьерами, превращались в поля, уходящие за горизонт.

Из стен вырастали извивающиеся лианы, усаженные острыми подрагивающими шипами, затхлый запах давно не проветривавшихся помещений выдуло порывами нездешних ветров, несущих с собой запах пустыни и моря, болота и свежескошенной травы.

Сидя в своих покоях, отгороженный от мира бумажной ширмой, Хранитель открывал Двери. Он слился в единое целое