Ангелы крови - Максим Анатольевич Макаренков

Стены дома скрутило судорогой, проход закрылся.

Они лежали посреди коридора, чуть дальше упиравшегося в завал из досок, кусков бетона, стальной арматуры, обломков колонн зеленого мрамора и непонятно откуда взявшихся полотнищ тяжелой коричневой ткани.

С другой стороны тянуло неуверенной ночной прохладой и сладостным запахом влажного асфальта.

Кинби склонился над товарищем:

— Сильно задело?

Гитарист слабо улыбнулся:

— Жить. Буду. Наверное…

Кровь толчками вытекала из ран в боку и животе. Скверно выглядело обожженное бедро.

Зашевелились доски, из-за стены раздалась приглушенная ругань, кто-то толчком выбил заваленную мусором дверь рядом с завалом. В коридор вывалились Марио и Паоло, под руки поддерживающие бессильно висящую между ними Юринэ. Увидев Дэмьена, девушка выпрямилась, оттолкнула Паоло и бросилась к Гитаристу.

— Жив! Живой! — Юринэ подлетела к Дэмьену, упала на колени, лихорадочно ощупывая, гладя лицо раненого, что-то неразборчиво бормоча, плача и смеясь одновременно.

— Выводи его, я следом. Попробую, — пробормотал детектив, и Юринэ положила руку раненого себе на шею так, чтобы он хотя бы отчасти мог опираться на нее при ходьбе.

Кинби мутило. Близился рассвет. Раны, нанесенные мечом Тишига и черным клинком ангела, не затягивались. Хотелось лечь и уснуть.

Поднялся, сделал пару неуверенных шагов, тупо глядя на удаляющиеся фигуры друзей.

Смотреть на них было неприятно — слишком резко выделялись силуэты на фоне рассвета, чьи первые лучи уже заглядывали в дверной проем.

Дэмьен обернулся:

— А ты?

— Иди… А я тут найду себе место. До вечера.

Юринэ всхлипывая, потащила Дэмьена к крыльцу. Щелчок предохранителя показался Кинби грохотом взрыва. Из теней в глубине коридора выступил Олон. Перемазанный копотью, с глубоким порезом через все, залитое кровью, лицо. Пистолет в вытянутой руке не дрожал. Олон улыбнулся, и перевел ствол с Кинби на тоненькую фигурку Юринэ.

Кинби прыгнул.

В спину тяжело ударили крупнокалиберные пули. Столкнув Юринэ и Дэмьена с лестницы, вампир вылетел в яркий летний рассвет.

Упав, перевернулся на спину, попытался подняться. Солнечный свет припечатал к ступеням, обрушился с неба бетонной плитой. Наконец, пришла боль. На мгновение мелькнуло перед глазами женское лицо — непослушные темные волосы, серьезные карие глаза, внимательно смотрящие на него. Утопая в океане боли, он пытался вспомнить ее имя.

Не успел.

Эпилог

Олона так и не нашли.

После гибели Хранителя, Дом Тысячи Порогов сотрясла череда взрывов. Часть зданий просто исчезла.

Среди развалин нашли несколько трупов странных существ — краснокожих, с четырьмя руками.

Хранителя удалось опознать только по рукам — его гибкие нечеловеческие пальцы невозможно было спутать ни с чем.

Артура Реннингтона объявили пропавшим без вести. Девятую комнату полностью расформировали после того, как одновременно и в Управление Полиции и в муниципалитет поступили одинаковые пакеты с очень подробным перечнем незаконных лабораторий и поддержке запрещенных культов, проводившихся с одобрения руководства Девятки.

Говорят, такие же пакеты получили и в храмах всех Домов Воцарения.

***

Господину Ал-Ларну очень нравились южные города. Спокойный и вежливый, прекрасно понимающий важность дисциплины ума и совершенства тела, он верой и правдой служил своему ордену-корпорации, и искренне наслаждался неторопливой однообразной жизнью, посвященной созерцанию гармоничного мира южных городов.

Сегодня он, как обычно, совершил последний обход постов, попрощался с начальником ночной смены и спустился в подземный гараж.

Приятная усталость разливалась по телу, он предвкушал, как вернется домой и…

— Олон… — шепот раздался, когда господин Ал-Ларн шел к своей машине.

Он отреагировал мгновенно — выхватил пистолет, нырнул за автомобиль, нажимая кнопку тревожного устройства, вмонтированного в браслет часов.

Просто так сдаваться — не-е-ет, не дождутся. Не зря же он…

— Олон — Олон… Тебя не услышат, Олон, — свет вокруг померк, словно его вытягивали из мира.

Олон лихорадочно озирался по сторонам, но в чернильной тьме невозможно было что-нибудь рассмотреть. И ни звука, за исключением его тяжелого дыхания. Перед ним замерцал неясный свет, обрисовавший высокую фигуру в черных джинсах и длинном сером пыльнике. Рядом с ней стояла еще одна — маленькая стройная девичья фигурка.

В круг мертвенного серебристого света медленно вошли два порождения мрака и ужаса — гигантские черные волки.

Олон обреченно закрыл глаза.