"Фантастика 2026-188". Компиляция. Книги 1-13 - Харальд Хорф

Глава 10

Дневник начальника Генерального штаба ОКХ генерал — полковника Гальдера.

Запись от 25 ноября 1941 года. 157-й день войны.

…Гудериан видимо обеспечил себе свободу маневра в направлении Коломны.

…2-я танковая армия продвинулась в направлении Каширы. Войска, наступающие северо — западнее Москвы, продвинулись незначительно вследствие усилившегося сопротивления противника.

Дневник генерал — фельдмаршала Бока.

Запись от 25 ноября 1941 года.

2-я танковая армия силами танковой группировки Эбербаха с юга вплотную подходит к Кашире…В районе Сталиногорска ожесточённые схватки с почти окружённым и отчаянно обороняющимся противником. Армии приказано, по возможности, продвинутся под Каширой на север и преодолеть Оку.

— Таким образом, — докладывал Соколовский части входящие в состав Венёвского боевого участка опрокинуты противником. Управление ими фактически потеряно. Достоверной информации о положении на Венёвском направлении мы от штаба пятидесятой армии получить не можем.

— А что данные авиаразведки? — спросил я.

— Фёдор Георгиевич посылал сегодня авиаразведку в район Венёва. В самом городе на улицах скопление бронетехники и пехоты противника. От Венёва на Мордвес и далее на Каширу движутся колонны войск неприятеля.

— Связь с Мордвесом имеется?

— Сегодня с утра потеряна. Местные власти ушли из посёлка. На половину восьмого утра немцев в Мордвесе не было.

— Что у Белова?

— Полки начали прибывать в Каширу и Ступино. Туда же прибыл и Катуков с частью своего штаба.

— Переправы через Оку взяты под охрану?

— Да. Как только прибыли первые полки кавалерийского корпуса, так генерал Белов сразу же распорядился об этом.

— Вот, что, Василий Данилович, надо помочь группе Белова артиллерией. Надо срочно перебросить ему пару полков артиллерии резерва Ставки Верховного Главнокомандования. Изыщите такие?

— Изыщем.

— Далее. Михаилу Фёдоровичу и так своих дел хватает. Поэтому корпус Белова и приданые ему части не будут в подчинении штаба пятидесятой армии, и так же они выводятся из подчинения генерала Захаркина. Ведь формально он ещё под ним. Создаётся особая оперативная группа под командованием генерал — майора Белова, которая будет находится во фронтовом подчинении. Понятно?

— Ясно, Иван Степанович.

— Ну раз ясно готовь приказ.

— Есть.

В этот момент раздался звонок телефона ВЧ — связи. Я поднял трубку и услышал голос генерала Василевского.

— Товарищ Конев, какова обстановка на Венёвском направлении? — услышал я его озабоченный голос. И Генеральный штаб и Ставка никак не могут получить от штаба Западного фронта получение внятной информации об этом.

— Я тоже, Александр Михайлович. Тоже не могу добиться от своего штаба такой же информации.

— В чьих руках Венёв?

— В немецких.

— Это точно?

— Генерал Мичугин посылал своих лётчиков на разведку. На улицах города зафиксировано скопление пехоты и танков противника. Наличия наших частей в Венёве не зафиксировано.

— У вас имеется связь с частями входящими в состав Венёвского боевого участка?

— Нет не имеется. Судя по складывающейся обстановке, они разбиты и рассеяны противником. Управление ими потеряно.

— То есть левое крыло пятидесятой армии полностью опрокинуто? У меня лично вытекает именно такой вывод после ваших слов.

— Да это именно так.

В телефонной трубке наступила тишина. Судя по всему, Василевский переваривал эти мои слова.

— Что с двести тридцать девятой стрелковой дивизией? — спросил он наконец.

— В окружении.

— Связь с нею имеется?

— Имеется. Полковник Мартиросян принял решение на прорыв. Я одобрил его. Отход будет осуществляться через Спасскую на Пронск. При отходе дивизии придётся оставить значительную часть своей артиллерии и автотранспорта. Полковник Мартиросян собирается поставить в авангарде восемьсот семнадцатый полк- как наиболее боеспособный.

— Ясно. В чьих руках Мордвес?

— Судя по всему, пока в наших. Вернее, Мордвес находится на ничейной территории. Местные власти из него ушли, наших частей в нём нет, а немцы ещё не подошли. Впрочем полагаю, что ещё до вечера сегодня Мордвес будет занят противником. Согласно данным, полученным авиаразведкой в его направлении, движутся танки и пехота немцев.

Я говорил, как рубил. Ну, а что? Не поверили в своё время моим предположениям, теперь получите! А ведь тогда и Жуков меня поддержал! Всё равно сочли мои аргументы недостаточными. Вот вам «быстроходный Гейнц» и преподнёс подарочек! Таранным ударом смёл левое крыло пятидесятой армии и в наглую прёт сейчас на Каширу. Судя по всему, и в Генеральном штабе, и в Ставке очень сильно перепугались этого прорыва. Сейчас все разговоры только о нём. Забыли уже про потерю Волоколамска и грядущую, не именуемую потерю Клина. Переправа немцев через Оку и вполне вероятный заход второй танковой армии в тыл Западного фронта весьма и весьма встревожила Ставку Верховного Главнокомандования.

Я закончил тяжёлый и неприятный разговор со Сталиным по аппарату «Бодо». Верховный, судя по всему, очень нервничал в связи с прорывом Гудериана на левом крыле пятидесятой армии. С начала он даже хотел меня послать на место в Каширу, чтобы я лично разобрался со сложившейся на этом направлении фронта ситуацией. Правда потом передумал. Но нервозность Сталина чувствовалась буквально в каждой его реплике. Надо сказать, что я и сам был не против съездить к Белову, побывать, так сказать, на месте. Правда решил сделать это немного позже. Мне очень легко удалось «выбить» у Сталина для Белова полки АРВГК. Даже целых три. Хотя я с начала просил два. Но товарищ Верховный, напуганный видимо складывающейся ситуацией, дал ещё один полк. Кроме того, в подчинение Белова передавались две стрелковых бригады. Теперь мне предстояло обрадовать Павла Алексеевича Белова этим подкреплением, которого он явно не ожидал. Пока всё шло по моему плану. Под Каширой собиралась очень неплохая группировка. Имея её в своём распоряжении, можно было попытаться окружить вышедший к Оке авангард второй танковой армии фашистов. Начать наконец учится организовывать первые котлы для захватчиков. Не всё фон Боку их делать! Пора и нам начать немцев в них загонять! Пусть хлебнут окруженского лиха!

Я уже совсем было собрался уйти из переговорного пункта, как вдруг заметил, что за аппаратом находится всё — таже хорошенькая девушка — сержант. Я присмотрелся к ней повнимательнее и заметил, что она выглядит очень и очень усталой.

— Так, товарищ сержант, что -то я вас часто стал видеть здесь! Что произошло?

Девушка подняла на меня свои глаза. Я увидел, что