"Фантастика 2026-179". Компиляция. Книги 1-26 - Avadhuta

Игорь усмехнулся, коротко и сухо.

— У каждого свой кодекс, Валерия. Мой долг перед Императором — вопрос чести. Я не могу строить свое счастье, зная, что обязан ему жизнью. Сперва — расквитаюсь. Потом — все остальное. А за Люду не беспокойся. Она в Петербурге наводит сейчас порядок в своем клане «Стальных Когтей». Уверен, у нее все хорошо. Она сильная. Такая же, как и ты.

— Но я убеждена, что она беспокоится за тебя, — мягко настаивала Орловская. — Женское сердце… оно не знает о долгах и кодексах. Оно просто любит и боится потерять.

— Вся наша жизнь — сплошные тревоги, — Игорь махнул рукой, словно отмахиваясь от назойливой мошки. — Охотник, солдат, император… неважно. Мы все живем в ожидании следующего боя. Ничего не поделать. К этому привыкаешь.

Они дошли до дальнего угла стены, откуда открывался вид чудесный вид на ночную тайгу. Черная, бездонная пустота, в которой таилось нечто огромное и древнее.

Валерия остановилась, вглядываясь в эту тьму.

— Я беспокоюсь за них, Игорь. За Николая и Коловрата. То, за чем они ушли… это не просто архидемон. Это нечто… более могущественное. Они могут не вернуться.

Игорь положил руку на эфес своего меча.

— Уж кто-кто, а твой будущий супруг точно справится. Если не он, то никто в этом мире не справится. Он… он ломает реальность под себя, Валерия. Как молот — хрупкое стекло. Не переживай. У них все получится…

Орловская вздохнула. Его слова были бальзамом, но тревога точила ее изнутри, как червь. Она резко сменила тему.

— Что думаешь об инквизиции?

Лицо Игоря исказила гримаса отвращения.

— Думаю, что они сейчас не на своем месте. Как сапожник, взявшийся за хирургический скальпель. Только грязь и кровь будут.

— Я тоже так думаю. Но что будем делать, когда Коловрат вернется? Они ведь попробуют его повязать…

— Тут уж как Император скажет, — пожал плечами Игорь. — Но я не думаю, что он так просто отдаст им старого медведя. Коловрат ему нужен. И не только как союзник.

Валерия повернулась к нему, и в уголках ее губ дрогнула улыбка.

— Верно! Думаю, они подавятся.

Завершив обход, они вернулись в цитадель. Двор, несмотря на поздний час, был полон жизни. У одних костров сидели охотники, чистя оружие и тихо переговариваясь. У других, на почтительном расстоянии, столпились инквизиторы в своих черных плащах. Воздух между двумя группами был густым и колючим, как взведенная пружина.

Едва Валерия переступила порог, как к ней немедленно подошла Анна Меньшикова.

— Капитан Орловская. Мне нужно поговорить с вами. Наедине.

Валерия, с трудом скрыв раздражение, кивнула.

— Тогда пройдемте в замок…

Они молча направились в ее покои — в ту самую комнату, где когда-то Коловрат прервал их с Соломоном. Комната не стала уютнее. Камин потрескивал, отбрасывая на стены пляшущие тени. Две женщины сели в кресла друг напротив друга — два полководца перед решающей битвой.

— Мне не дает покоя одна мысль, — начала Анна, сложив руки на коленях. Ее поза была идеально выверенной, но пальцы судорожно сжимали ткань инквизиторской робы. — Почему вы здесь? Вы — невеста Императора. Будущая императрица. Что вы забыли в этой богом забытой глуши, на краю света?

— Просто исполняю свой долг, — ответила Валерия. Ее голос был сухим и ровным, как пустынный ветер. — Вот и все. Я еще не императрица, а потому имею право находиться там, где считаю нужным. И где мне приказано.

Анна усмехнулась. Звук показался фальшивым, как треснувший колокольчик.

— С трудом в это верится. Женщина на войне… это одно. Но женщина, обрученная с монархом, в логове еретика… это уже пахнет дурным тоном. Или отчаянием.

— Ваше воображение слишком пылко, сестра.

— А что за человек ушел вместе с Коловратом? — резко сменила тактику Анна. Ее глаза впились в Валерию, как шипы. — Я видела, он был не один, когда покидал цитадель. Я видела две фигуры.

Валерия сохраняла ледяное спокойствие. Она даже позволила себе улыбнуться.

— Один талантливый маг. Из наших.

— Мне нужно его имя, — настаивала Анна, наклоняясь вперед. — Он может быть замешан в делах Коловрата. В его… практиках.

— Безусловно, может, — парировала Валерия. — Но, повторюсь, вы, инквизиция, занимаетесь ерундой. Здесь, в Сибири, висит портал класса «Икс», угрожающий поглотить пол-империи, а вы преследуете людей, которые десятилетиями, в одиночку, ведут борьбу со скверной. Это похоже на охоту на мух в горящем доме.

— В этом месте пропало очень много талантливых магов, — голос Анны стал тише, но опаснее. — Именно в этой цитадели. Я видела могилы во дворе. Вы — тоже их видели. Интересно, кто убил всех этих людей? Может, сам хозяин сего гостеприимного места?

— Коловрат? Исключено, — фыркнула Валерия. — Он многих не выдерживал, это да. Но убивать своих учеников… в этом нет логики.

— Мы нашли на его складах вяленое мясо тварей из Запределья, — выдохнула Анна, и в ее глазах вспыхнул огонь триумфа. — Это уже не просто ересь. Это — преступление против человеческой природы! И вы, капитан, можете пройти по этому делу как соучастница. И все ваши охотники!

Тишина в комнате стала звенящей. Валерия медленно подняла руку. Щелчок ее пальцев прозвучал громче любого выстрела. В воздухе, с шипением замерзающей влаги, материализовались десятки ледяных игл. Они висели в сантиметре от лица Анны, сверкая в огне камина.

— И что вы мне сделаете, сестра? — голос Орловской стал шепотом, полным смертельной угрозы. — Запрете меня в камере? Будете пытать? Будущую супругу Императора?

Анна и глазом не повела. Ее собственная рука дрогнула, и в ее ладони вспыхнул и заплясал яростный огненный шар.

— Не так уж вы ему и нужны, Валерия, раз он вас отпустил в такую глушь! — прошипела она. — Ему никто не нужен! Он использует всех! Смиритесь с этим!

Улыбка охотницы стала шире, почти издевательской.

— Сильно в этом сомневаюсь.

— КТО? — голос Анны сорвался на крик. — КТО ПОШЕЛ С КОЛОВРАТОМ?

Валерия откинулась на спинку кресла. Ледяные иглы и огненный шар растворились одновременно.

— Сам Император, — сказала она с притворной легкостью. — У нас, понимаешь ли, своеобразный медовый месяц. А после свадьбы, обещал, будет еще один. Более традиционный.

Анна застыла с широко раскрытыми глазами. Ее рука, все еще сжатая в кулак,