Дружественные интриги - Владимир Михайлович Мясоедов

хоть и работал телохранителем в какой-то официальной структуре, но по всей видимости был ментально ближе к тем солдатам удачи, которые заодно и бандитами подрабатывают, если случай удачный и свидетелей можно всех вырезать. — Если бы мы лезли в подноготную своих клиентов, наша гильдия давно бы разорилась и была закрыта!

— Дык и то, что сия фемина вообще-то вампир вы, видать, тоже не знали? — Подключился к беседе Святослав, демонстративно поигрывая в пальцах разрядом молнии…Не очень ярким. Таким, чтобы от него было больно, но не более.

— Мы не знали, что она из числа кровопийц! — Поспешил заверить чародея седьмого ранга второй представитель семейства Пикаров, к настоящему моменту тоже уже слегка подлеченный. — А если бы знали, обязательно попросили её предоставить лицензию на проживание в Париже!

— У вас выдается вид на жительство вампирам? — Удивленно посмотрел Олег на главного жандарма Франции, а потом вспомнил про то, что в Париже вообще-то и оборотней массово инициировать пытались, и полудемонов разводят практически как кур, и всякую шваль со всех концов земного шара собирают старательно…Деспот был готов на всё ради выживания страны и возможности выставить как можно больше сил в войне с Англией, которая со времен Третьей Мировой никогда и не прекращалась, лишь иногда затихая на время и смещаясь в сторону интриг и тайных операций. — Хм, видимо выдается. Как-то раньше я об этом не знал…

— Лишь для некоторых! И только если они согласятся принять на себя печать, информирующую жандармерию об их местонахождении, состоянии, сытости и несанкционированном создании птенцов! — Поспешил заверить русского боярина Бонопарт. — Поверьте мне, французские вампиры — это одна из самых законопослушных составляющих нашего общества, поскольку снять печать поставленную Деспотом даже Кровавым Богам оказалось бы совсем непросто! И та, кого вы убили, была точно не из них…Печать защиты от солнечного света они тоже получают, за компанию так сказать…А у этой её — не было!

— Ладно-ладно, я не осуждаю! — Пришлось слегка покривить душой Олегу, ибо он на самом деле осуждал. Но и отдавал себе отчет в том, что это отдает лицемерием. В конце-концов, он мог похвастаться взаимовыгодными и взаимоуважительными отношения с несколькими персонами, которых современная магическая наука просто отказывалась признавать живым. — Но лучше бы вспомнить что-нибудь важное сейчас, не дожидаясь пыток и не заставляя нас тратить ещё больше времени на ничтожеств вроде вас…

— Её, ну то есть нашу нанимательницу, кто-то к цели вел! — Немедленно выпалил тот из Пикаров, который дольше отмалчивался. — Одна из её побрякушек все время дергалась перед тем, как она ускоряла шаг или куда-то поворачивала!

— Примитивное устройство связи на основе магии подобия…Но, тем не менее, это уже кое-что. — Изучив быстро нашедшуюся золотую побрякушку, Бонопарт провел над ней несколько манипуляций, окутав руки мерцающими искрами разных цветов, что несколько раз меняли форму, цвет, интенсивность движения…А потом, когда необходимая настройка была проведена, из артефакта вылетел тонкий мерцающий луч, устремившийся куда-то вдаль…И вверх! Прямо к верхушке Эйфелевой башни. — Ага! Наблюдатель и, весьма вероятно, организатор всего этого бардака сидел там, наблюдая с высоты за всем происходящем на улицах и своими слугами… А ведь творение Густава объект не только туристический, но и военный, кого попало туда не пускают…

— Дык, а в воздухе ему гдей-то рядом зависнуть не проще было? — Уточнил Святослав. — Ну, под невидимостью, али исчо как…Хотя, стоп! Чаво это я…Чары Деспота же.

— Именно, система отслеживания заклинаний Парижа не имеет себе равных в истории…Ну, известной истории. — Приосанился Бонопарт. — Наши наблюдатели в течении пятнадцати минут выдадут мне ключевые особенности ауры того, кто из посетителей Эйфелевой башни пользоваться подобной магией, а потом мы сопоставим эти данные со списком сотрудников и посетителей, чтобы вычислить злоумышленника.

— Только если он не пользовался артефактом, на который достаточно лишь в нужном месте пару раз нажать, чтобы побрякушка заработала — хмыкнул Олег, кивая в сторону горстки пепла и дырявых тряпок, которые раньше были довольно могущественной вампиршей. — Иначе бы вы уже подняли тревогу из-за наличия незарегестрированного кровососа, верно.

— Верно, — был вынужден нехотя признать главный жандарм Франции. — Тот, кто играет против нас, хорошо изучил как работают мои люди, пожалуй даже слишком хорошо…

— Ничаво-ничаво, башня хучь и большая но тут же исчо и время важно. Десяток подозреваемых, ну может сотня…Переберем всех потихонечку. — Покосился в сторону ажурного сооружения Святослав, — Кстати, а зачем вам ента махина вообще нужна-то?

— Первоначально она была не более чем временным сооружением, при помощи молниеносного возведения которого Эйфиль намеревался продемонстрировать всему миру свой инженерный талант, величие научной школы Франции и заслужить титул официально признанного архимага… — Вздохнул Бонопарт, рассматривая ажурную постройку, которая стала одним из самых узнаваемых символов. — Но потом, когда англичане устроили на него покушение и почти достигли успеха, он решил переделать её в устройство для контроля эфира, с которым можно было бы либо услышать все сообщения, которыми обмениваются между собой маги астрала в Британии, либо полностью их заглушить. И он бы довел свою работу до конца, выбив почву из-под ног у финансистов Лондона, привыкших благодаря стекающимся к ним сведениям всегда заключать самые выгодные сделки! Но, к сожалению, пал жертвой коварных убийц немного раньше…

— Дык, и вы не сумели предотвратить второе покушение, хотя и понимали, шо его не может не быть? — Поразился Святослав. — Бить британцев в кошелек… Енто ж у них самое больное место! Они ради своих стал быть, прибылей, сделаютъ даже то, чё никогда не осилить сугубо во имя своей королевы!

— Второе — предотвратили. И третье, а также четвертое, пятое, шестое…Эйфель пал на семнадцатом, буквально за пару часов до того, как начал финальные ритуалы настройки своего детища, которое с тех пор так никому до конца и не подчинилось. Техномагом он был действительно великим, а вот в быту часто проявлял излишнюю беспечность, из-за чего и пропустил отраву, приправленную растворяющим саму душу проклятием. — Тяжело вздохнул Луи, для которого потеря подобного человека, вероятно, была большим ударом по профессиональной гордости главного жандарма и личной трагедией, ведь высшие маги такой маленькой страны не могли не быть связаны друг с другом теснейшими узами. — Кстати, предлагаю не уподобляться ему и проводить дальнейшие следственные мероприятия не посреди улицы, а проследовать в специально предназначенное для этого место. Там банально