Дружественные интриги - Владимир Михайлович Мясоедов

только придумать, как бы ему выручить эту особу из беды…И сделать это тайно от Анжелы, которая вряд ли простит полукровке попытку покушения на себя и, самое главное, на детей. Впрочем, чародей и сам из-за этого теплых чувств к данной полусуккубе не питал. А вот её сестер по несчастью хотел бы под каким-нибудь благовидным предлогом вывести из страны, после того как зальет стены питомника пламенем, предварительно распяв на них каждого из сотрудников и покровителей данного заведения. — И только поэтому мы сначала будем задавать тебе вопросы и только потом, если ответы нам не понравятся, перейдем к форсированным методам дознания. Но лучше начинай уже рассказывать сама.

— Я после побега пряталась западных дальних доках, хотела вместе с каким-нибудь кораблем или грузом попасть в пустоши, а уже оттуда двинуться потихоньку куда-нибудь ещё. Но по неопытности слишком наследила и попалась одной из банд, которая там собирает дань с бездомных, калек, поденщиков и прочих отбросов. — Жанна чуть поморщилась, с явной неохотой вспоминая то ли на свою неудачу, то ли на то, что сделали преступники с попавшейся в их сети экзотической рыбкой. — Их главарь, отставной десятник иностранного легиона, решил оставить меня себе. И как статусную игрушку, и как полезный инструмент, способный незаметно разговорить члена конкурирующей шайки или же под видом продажной девки попасть в дом какого-нибудь буржуа, чтобы потом открыть дверь для воров. Сначала все было хорошо, ну для него во всяком случае, а потом он то ли не поделился с кем-то нужным, то ли не того человека обнести велел…В общем, всю банду повязали. Меня бросили в отдельную камеру без окон, о судьбе остальных не знаю. Я две недели сидела в каменном мешке безеды и воды, чуть не сдохнув там, а после пришла та неживая дрянь в чадре, увешанная золотыми побрякушками и заставила ей служить. Сделала со мной…Ну, много чего сделала, и магического, и нет, пытаясь выдрессировать как свою покорную зверушку. Только вот дрессировщица из неё была не очень. Не знаю как объяснить…Словно раньше она ничем подобным сама не занималась, хоть и видела со стороны. Наставники в питомнике были может и слабее, но страшнее. И всегда замечали, когда я действительно больше не могу, а когда только пытаюсь делать вид. Потом было обучение с вибрирующим кольцом для хвоста, через работу которого мне передавали приказы удаленно, пара выходов на улицы с разными мелкими поручениями, как теперь понимаю, скорее тренировочных. А сегодня мне выдали артефакты, которые маскировали ауру и…Ну…Случилось то, что случилось.

— Вот ты, стал быть, говоришь, что хозяйка из той кровопивицы получилась, оно того, не важная. И, тем не менее, когда тебя потащили, дык, дабы нам отравы подлить какой-то, ты пошла, — обвинительно наставил на неё указательный палец Святослав. — А потом, ну, подливала. С улыбочкой!

— Либо жизнь и подчинение приказам, либо пытки и смерть. Выбор был очевиден, и я надеялась, что в случае успеха у меня будут хоть какие-то шансы. Если бы та клыкастая дрянь добилась своих целей сегодня, то могла бы не захотеть избавляться от столь полезного инструмента, а значит в будущем однажды могла появиться возможность как-то избавиться от магического поводка и сбежать. — Чистосердечно созналась дочь суккубы, которой видимо даже в голову не пришел вариант сдаться парочке высших магов с поличным и попросить у них помощи. Впрочем, учитывая её биографию и нравы этого мира в подобном не было ничего удивительного, ведь общество сделало всё возможное и невозможное для превращения Жанны в чудовищного социопата, обиженного на весь белый свет и обиженного, в общем-то, справедливо.

— Не припомню таинственного исчезновения какой-нибудь крупной шайки за последнюю пару месяцев в тех доках. И передела территорий там тоже не было, — нахмурился Луи, рассматривая полукровку так пристально, словно хотел просветить её насквозь рентгеновскому аппарату. — А мелкую и слабую банду бы разодрала на части своими коготками или же заморачивала не в первый день, так через неделю…Кто же тогда повязал твоих предпоследних хозяев, чтобы передать последним?

— Жандармы, — немного поколебавшись и втянув голову в плечи, тихо сообщила Жанна главе вышеназванных сотрудников слуг порядка. — Не знаю какие, они были все в шлемах с металлическими личинами, а до тюрьмы меня везли с мешком на голове…Но это точно были жандармы.

— Кто-о-о⁈ — Лязгающий взбешенный рев чуть не расчленил источник информации на множество мелких кусочков. И расчленил бы, не успей Святослав в последний момент прикрыть невероятно мощным воздушным барьером полусуккубу. А вот про стену, рядом с которой она сидела, он как-то не подумал, и потому теперь та стремительно рассыпалась мелкими не особо ровными кубиками, похожими то ли на какой-то детский конструктор, то ли на ингредиенты для салата.

— Спокойней, дык, спокойней, коллега! — Обратился бывший крестьянин к Луи Бонопарту. — Форму твоих, значица, жандармов напялить, енто не долго и не сложно, тут любой, того-этого справится, и даже магия ему не будет, ну, нужа. И потом, их у тебя скока? Десяток тысяч али поболее? Я б удивился, ежели б в такой орде бескрайней не имелось хучь одной паршивой овцы, а то и нескольких.

— Да-да, вспылил немного. Приношу свои извинения, друзья мои, — чуть поклонился француз парочке русских бояр, которых чуть ошметками допрашиваемой персоны не забрызгал. — Увы, вынужден признать, мне действительно не раз доводилось отправлять на гильотину предателей или же просто преступно некомпетентных сотрудников, которые из любви к взяткам закрыли глаза на то, что потом пришлось исправлять своими руками или даже с привлечением других министерств и самого Деспота…Но реагирую на такие новости всё равно как в первый раз…Да, кто там стучит? Войдите!

— Господин Бонапарт, — объявившийся на пороге юноша был одновременно очень бледен и очень потлив, что обычно служило признаками либо серьезного заболевания, либо тяжелого стресса. И на врачей сотрудники французских спецслужб точно могли позволить себе раскошелиться. — Отдел наблюдения…Он, не может сказать, кто творил какие чары в районе Эйфелевой башни. Записывающий кристалл, отвечающий за сбор данных с этого района, выглядит целым и исправным, но он…Ненастоящий. Это просто кусок цветного стекла.

— Выйдите прочь, Клод, и передайте отделу внутренней безопасности, что я официально НЕ доволен его работой. И буду ходатайствовать перед Деспотом о независимой проверке соответствия каждого, кто там работает, ибо сам, очевидно, пристрастен. — Пару секунд помолчав, удивительно тихо попросил Бонопарт, вот только в его спокойном