Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

– Если бы не халатность и разгильдяйство именно вашего ведомства, – раздражённо отбрила «пиджака» женщина, – он бы не попал ни на дно, ни в эту вашу «среду»! И вообще, следите за языком, уважаемый!

– Давайте всё же успокоимся, – спокойным голосом произнёс Лев Евгеньевич, взглядом затыкая желавшего что-то сказать молодого коллегу. – Не будем выяснять сейчас отношения и бросаться обвинениями, в любом случае все мы работаем на благо Москвы. А в свете последних событий, да, мы вынуждены перейти от пассивного ожидания к активным действиям. И нам требуется «ваша» помощь, так что надеюсь, что ты, Антон, достаточно взрослый, чтобы понять, что далеко не всё и всегда можно взять и рассказать.

– Даже если от этого зависит моя жизнь? – насупился я.

Вот не люблю, когда взрослые начинают напирать на «взрослость»!

– Даже в этом случае, – спокойно кивнул мне старший. – Антон, ты же будущий чародей и уже сейчас должен понимать, что такое «тайна». Когда ты войдёшь в учебную группу, а затем и вовсе в боевую руку, тебе тоже не будут сообщать всех подробностей предстоящих операций. И, как и в нашем случае, это будет исключительно для твоей защиты!

– Хороша получается «защита»! – фыркнул я.

– Знаешь, малец, – вставил свои пять копеек молодой. – Иногда лучше просто погибнуть на поле боя, чем попасть в плен, где тебя будут пытать, зная, что ты носитель ценной информации. И пытать будут, покуда не расколешься. Просто поверь на слово, что простой, только что вылупившийся чародей куда как более лакомая добыча, нежели наставник и командир боевой группы.

– Давайте всё же не отвлекаться от темы, – слегка поморщился Лев Евгеньевич. – Тем более что помочь нам в ваших же интересах.

– Вы так считаете? – льда в голосе учёной хватило бы, чтобы заморозить море. – А я всё же думаю, что вы заигрались. Или у шипов есть какая-то информация о проникновении Садовников в нашу академию, но вы в обход всех инструкций и законов скрываете её от моего руководства?

– Не стоит думать о нас совсем уж плохо, – покачал головой старший «пиджак». – У нас есть «причины» подозревать подобное, и тайн от уважаемого Бояра Жамбурловича мы не имеем.

– Да даже если так, – словно отрубая что-то, махнула рукой Ольга Васильевна, – ловить преступников – это ваша и только ваша забота! И вы не имеете права втягивать в это учеников, да и вообще детей!

– Поймите же вы, наконец! Включите мозги! – всплеснул руками Егор Петрович, резко повышая голос. – Со следующего года сюда приедет ваша племянница – молодая княжна Катерина, и ответьте, положа руку на сердце, вы готовы рискнуть её жизнью и здоро…

Я даже не успел ничего заметить, а может быть, просто моргнул не вовремя. Раздался звук удара, затем грохот, и я увидел, что рядом со Львом Евгеньевичем стоит разъярённая учёная, сжимая кулак, хотя только что она находилась метрах в двух от него. А вот Егор Петрович куда-то исчез.

Впрочем, нашёлся он довольно быстро, стоило мне проследить за спокойно повернувшим голову старшим «пиджаком». В боковой стене лаборатории красовалась приличных размеров дыра, а его слегка шевелящееся тело лежало в коридоре среди обломов бетона и аппаратуры.

– Засранец… – тихо прошипела женщина, потряхивая кистью, и со злостью посмотрела на Льва Евгеньевича. – Вы специально подстроили этот спектакль?

– Не буду отрицать, – спокойно, словно бы ничего не произошло, ответил он. – Мы действительно планировали целенаправленно ввести Антона в курс дела, но вот вашу тайну… Скажем так, это был очень глупый экспромт моего молодого коллеги.

– М-может быть, ему стоит помочь? – с трудом сглотнул я ком в горле.

– Нет, – отрицательно покачал головой мужчина, – он получил за дело. Полежит, подумает – сам очухается. Ничего с ним не станется. А если нет, значит, он не просто не на своем месте, но и в нашей организации ему делать нечего. Ещё раз прошу простить, Кня’жина, естественно, мы оплатим ремонт вашей лаборатории и замену пострадавшего оборудования.

И вот тут в голове что-то щёлкнуло, меня проняло, и я круглыми глазами уставился на учёную! Кня’жина – это ведь родная сестра правящего Князя! И ещё… Егор Петрович сказал, что Ольга Васильевна – тётка Молодой Княжны, а я это как-то сразу и не воспринял…

Похоже, что исцелили меня не полностью, я сам не понял, как оказался в предписанной для приветствия княжьего рода позе: на одном колене, с прижатым к левой стороне груди кулаком правой руки. На дне подобным церемониалам нас, конечно же, не учили, да и на «Этикете» объясняли поверхностно, такого было недостаточно для выработки рефлекса. Здесь постарались мои родители. Мама верила, что я одарённый, да и отец всегда шутил, что, когда я вырасту, обязательно стану если не чародеем-гвардейцем самого Князя, то в Кремль буду вхож обязательно! Вот и научили меня, чему могли, кто же знал, что когда-нибудь пригодится!

– Твою мать! – тихо выругалась Ольга Васильевна. – Антон! Встань немедленно и не позорь меня! Мало тебя Эльдара гоняет, если до сих пор не знаешь, что на колено встают только при награждении либо производстве в чин! Ну ничего… теперь-то я тобой займусь лично!

– Я… – Ой как мне не понравилось это обещание! Так что я быстренько поднялся, а заодно постарался прикинуться шлангом.

«Тоже мне, герой нашёлся: „…к вам, Ольга Васильевна, у меня претензий нет! Я, понимаешь, с ними хочу поговорить…“ – по спине пробежали мурашки. – Разговорчивый нашёлся… Блин, стыдно-то как!»

– Может быть, мы пройдём в другой кабинет? – всё так же ровным голосом спросил Лев Петрович. – Сюда сейчас, наверное, куча народа сбежится…

– Не стоит волноваться, – фыркнула учёная. – К тому же вы сами прекрасно знаете, что в этом крыле находимся только мы с вами. Лев Евгеньевич, уж передо мной-то не нужно играть простого неодарённого агента…

– Как скажете, – пожал плечами мужчина. – Думаю, стоит продолжить. Моё руководство предвидело… вероятные шероховатости в нашем разговоре, как и то, что мы с вами зайдём в тупик, а потому…

Он достал из кармана пиджака несколько фотокарточек и протянул их Ольге Васильевне, которая приняла бумажки с определённым скепсисом, но затем тут же нахмурилась. Я, конечно, хотя и прикидывался в этот момент