Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

мысли, я не сразу заметил, что тишина за спиной стала какой-то уж слишком вязкой. А обернувшись, поймал на себе сразу два внимательных взгляда. Хм? Хотя, кажется понимаю. Предыдущие двое суток, проведённых в Нессарии, были суматошными, насыщенными событиями и новыми впечатлениями. А сегодня я как уткнулся в свою писанину, так и просидел весь день. Опять же, я задекларировал нашу поездку как отпуск и как возможность определиться с дальнейшими планами — краткосрочными и длительными. Собственно, я и определился — вот только Роне с Машей об этом ничего неизвестно. Что, кстати, ошибка с моей стороны: как говорил Суворов, «каждый солдат должен знать свой манёвр». А Фирониэль и Мариша отнюдь не простые солдаты, они, выражаясь по-военному, мои офицеры. Да, пусть командуют они сами собой, но ведь от этого их роль для меня менее значимой и ценной не становится. А потому… Я пошарил среди исписанной бумаги и выудил лист, на котором едва-едва уместилась разлапистая блок-схема. Как всегда, на черновике две трети надписей и линий оказались перечёркнутыми, а в остальном мог разобраться разве что я сам. Ладно, сойдёт. А чтобы наглядно показать, возьму карандаш и чистой бумаги.

— Девочки, как насчёт прогуляться в кафе?

* * *

Вдохнув ароматный парок над чашкой, я окончательно почувствовал себя… на своём месте, что ли. Сколько на моей памяти было пафосных совещаний в конференц-залах при галстуках, с презентациями, проектором и подготовленными докладчиками — не счесть, но получить какую-то конкретную пользу от участия хотя бы в одном из этих мероприятий я так и не смог. Почему-то все серьёзные обсуждения, все ключевые решения, определяющие в конечном итоге основные направления развития компаний, где я работал — все они случались в неформальной обстановке за столиками кофеен и небольших ресторанчиков с бизнес-ланчем. Что ж, не будем изменять традиции.

— Прежде, чем я начну рассказывать, — помешав напиток и дождавшись, пока официантка отойдёт, начал я, — можете мне сказать, чего вы хотели бы достичь в своей жизни?

Какие лица! Рона «зависла», не донеся печенье до рта, а Маша, к счастью, успела поставить кружку на стол — иначе бы точно разлила.

— Я объясню, почему задал этот вопрос, — наглядевшись, с улыбкой пояснил я. — Просто то, чего я собираюсь добиваться в будущем, напрямую зависит не только от меня, но и от вас. От ваших желаний, если точнее.

Чёрт, в такой момент — и нет под рукой телефона! Подобные фотографии нужно сохранять на будущее и демонстрировать спустя много лет… гм. А у меня в голове, оказывается, тоже есть… интересные мысли о будущем.

— Я примерно представляю, чего хочу я, и теперь мне нужно убедиться, что наши желания совпадают, — улыбаться больше не тянуло.

Ммм, божественный напиток… Я не спеша отпивал по глотку, давая время спутницам действительно подумать над ответом. Жить одним днём — это, конечно, проще всего, вот только такая жизнь и не приведёт ни к чему. И в один «прекрасный» момент обнаружишь себя старой развалиной у разбитого корыта — а жизни словно и не было. И это не только карьеры касается: на Земле я более-менее успешно её делал. Вот «обнаружить», что тебе почти сороковник, а семьи как не было, так и нет — это было… неприятно. Конечно, там у меня ещё были неплохие шансы всё исправить. Но «неожиданное открытие» о том, что время-то идёт, а я — внезапно — отнюдь не молодею… Короче, раз уж повезло стать попаданцем — второй раз на эти грабли лучше не наступать. Да что там говорить — не стоило наступать и в первый. Совсем не стоило.

Я исподволь наблюдал за своими девушками, и не пропустил тот момент, когда озадаченное выражение на лицах сменилось глубокой задумчивостью. О, похоже, до них всё-таки дошло, что именно я пытаюсь узнать. Вот только, мнится мне, я скорее лопну от объёма выпитого кофе, чем услышу нечто связное и чёткое. Я ведь всё-таки только биологически восемнадцатилетний, в отличии от них. Придётся помочь.

— Рона, тот наш с тобой разговор на третий день. Когда ты мне рассказывала про возможное для себя будущее, — эльфийка вздрогнула, явно сразу поняла, о чём я спрашиваю. — Тебя устраивает?..

— Да, — девушка ответила быстро и решительно, успев бросить короткий взгляд на сидящую рядом подругу. Ни тени сомнений я не уловил. Ну, что и следовало ожидать: роль, по факту, моей жены для Фирониэль — потолок возможностей. Я её ценю, люблю и делом это уже вполне успел доказать. Даже если она не останется единственной женой, к чему всё и идёт, дочку вождя это не смущает. Другой вопрос, что же, собственно, она от своей жизни действительно хочет? Вот только она и сама не готова ответить на этот вопрос. Пока не готова. Но он задан — и однажды я узнаю ответ.

— Маша, — я повернулся к насторожившемуся рыцарю. Напряжение в голосе подруги она прекрасно уловила, а вот понять, о чём мы говорим — закономерно не смогла. — Я знаю, что ты желаешь убивать тварей и защищать людей…

Судя по мимике, дочка кузнеца уже не была так уж уверена в этом утверждении. Но всё-таки, пусть и с лёгкой задержкой, кивнула.

— …Тем не менее, ты же не собираешься заниматься этим всю жизнь? В конце концов, в твоих любимых романах герои и героини, совершив свои подвиги, всегда возвращались к мирной жизни…

Ещё более неуверенный и замедленный кивок.

— Кроме того, уничтожать изменённых лично — далеко не самый эффективный способ борьбы с ними, — закончил своё логическое построение я.

Так, кажется, не дошло.

— Химеры, Маша, — вздохнув, пояснил я. — Солдат убивает противника не голыми руками, без усилий кузнеца по созданию оружия весь его героизм будет бессмысленен. Чем лучше оружие, тем больше врагов будет повержено, согласна? Кузнец не вступает в бой, но его работа — неотъемлемая часть победы. Химеры — это оружие. Эффективное и очень мощное. В чём ты, кстати, на собственном опыте убедилась. Если я выучусь на полноценного мага, если стану Повелителем Жизни, я смогу создавать химер.

Вот теперь — дошло. Правда, похоже Мариша, сама являясь учеником отца-кузнеца, почему-то никогда не задумывалась о том, что я сказал, и теперь получила нехилый такой разрыв шаблона. Надо будет ей при случае объяснить про крестьян, без результатов труда которых ни один даже самый что ни на есть доблестный рыцарь не сможет сражаться. Меряться, кто больше усилий вложил в победу — это заведомо плохая идея, а вот помнить, что любой успех на поле