Путь трёх совершенствований. Том 4 - Дмитрий Крам

Маг стоял на коленях, изо рта текла кровь, неверящий взгляд постепенно стекленел. Не такую смерть он себе представлял. Не такую дежурную и сумбурную.

Догнал соратников минут через пятнадцать.

— Жив! — обрадовался Роб. — А гвард?

Я покачал головой.

— Маг мёртв. Можем бежать спокойно.

— Это точно. Они не скоро решатся его искать. Ведь это значит усомниться в его силе, а навлекать на себя гнев колдуна никто не пожелает.

— Не используй его палочку, — сказала вдруг Зефирка. — Ты пока не умеешь. Тебе ручку оторвёт.

— Ты ж умница, — погладил я её по голове улыбаясь.

— Ты убил мага? — дёрнул меня за штанину Погром.

— Да. Крепкий был, зараза.

— И посох стянул?

— Не стянул. Это не булочка с кухни. Забрал законный трофей. Идёмте. Недолго осталось до всадников.

Едва мы двинулись в путь, я всплеснул руками и выругался.

— Что такое? — насторожился Барти.

— Ну котелок-то я не взял!

— Да ну тебя! — махнул он.

— А твой уже не варит, видимо, — протянула кошка и стукнула мне костяшками по шлему.

— Да ну вас. Вас бы ко мне туда, — я зачем-то мотнул головой назад. — Я б на вас посмотрел. Взвыли бы.

Мы быстро двигались по лесу, и даже дети ничуть не отставали. На редкость способные.

На месте встречи нас ждал лишь один воин и четыре коня. Стало понятно сомнение Роберта в замке. Это были мёртвые лошади, с красными впалыми глазами и торчащими рёбрами.

— Остальные не смогли, мой лорд, — склонил голову гвардеец.

Роберт сочувственно хлопнул его по плечу.

— По коням! — скомандовал я. — Кафьян с Зефиркой. Руана с Микой. Барти с Тасьяном. Я с Погромом. Пойдём не быстро, чтобы остальные не отстали.

— Не волнуйся за нас. Мы не устаём, — сказал лорд Мар. — Можем бежать сколько угодно.

— А как же лес? — спросил я.

— Он их не удержит, — сказала Зефирка. — Тасьян отберёт их у леса.

Молчаливый малец уставился на девчонку, хлопая глазами. Он выглядел совершенно ничего не понимающим. Отберёт? Да он у щенка обратно кусок хлеба не отнимет, если тот сворует.

Мы пустили коней галоп. На ходу открыл меню навыков и взял Верховую Езду. Да я и так умею, но сдаётся мне, что теперь стану ещё лучше чувствовать себя в седле, а учитывая, как у Пути всё связано и сколько всего скрыто, думаю, что и мои навыки верхового боя возросли.

Лошади вырвались из леса на заброшенную тропу. А неторопливо семенящий сзади отряд мертвецов стал замедляться. Мар разогнался и словно прорвал невидимую стену и даже пролетел вперёд, запнулся и свалился. Поднялся и с присущей лорду статью подбоченился. Воины, бежавшие за ним, стали буксовать, сапоги вязли в почве, будто их впрягли в борону, и они пытаются её тащить.

Я был впереди Барти, а значит, и Тасьяна, а потому обернувшись, видел, как ребёнок словно игрушечных солдатиков как бы берёт гвардейцев в своём воображении, переставляя их с ноги на ногу, в тот же миг магия откликалась и на самом деле вытягивала их из леса на тропу. С моего ракурса это выглядело, будто пальцы ребёнка действительно обхватывали их за талию и помогали передвигаться. При этом за спинами мертвецов обрывались иллюзорные, еле заметные тёмно-зелёные нити.

— Все это видят? — спросил я. Но у них ракурс был другой. Никто не отозвался, вероятно, никто и не разглядел.

Кони бодро семенили. Здесь можно было двигаться быстрее, не мешали деревья и корневища.

— Можно разделиться, запутать следы как зайцы, — сказал я.

— Не нужно, — подала голос Зефирка, откусывая очередной кусок своего лакомства. — Мика скрыла следы.

Саму Мику уболтало в седле. Она спала, придерживаемая Руаной.

Я с сомнением покосился на Кафьяна, старик кивнул.

— Ладно, — сказал я. — Тогда добавим темп. Скорость — наш союзник.

Какое-то время мы скакали спокойно, держась полузаброшенных лесных троп. Но вскоре предстояло пересечь большой тракт, за ним проехать по дороге, а потом полем до руин.

— Выслать бы кого на разведку, — сказал я. — Мертвецы слишком приметны.

— Я могу! — тут же отозвался Погром. — Меня и кони хорошо слушаются.

— Не сомневаюсь. Только вот мы здесь, чтобы вас обезопасить.

— А амулетов связи у вас никаких нет? — спросил я. — Чтобы мы не попали в ловушку.

— Пусть Барти и тётя-кошечка скачут, — сказала Зефирка.

Я глянул на Кафьяна.

— Она поймёт волнение других детей даже на расстоянии, — сказал старик.

Мне и говорить ничего не пришлось. Оба всадника погнали коней в галоп, словно на перегонки.

По пути я поглядывал на Зефирку, но она спокойно ехала, изредка отвлекаясь на красивые облака, или насекомых и птиц. Мы уже добрались до последних зарослей перед широкой дорогой, когда девочка сказала:

— Едут обратно.

Руана примчала первой.

— Повсюду разъезды, конные патрули и заставы.

Барти прискакал минут через двадцать и подтвердил слова девушки.

— Искал объездной какой-то путь, но всё перекрыто.

— Лорд Мор, карта при вас? — спросил я.

Он развернул свой экземпляр.

— Ближайший портал вот тут, — ткнул я. — Тогда не будем строить из себя шпионов. Рванём напрямик.

— Вот здесь и вот здесь застава, — показал Барт.

— По этой дороге два разъезда куролесят, — дополнила Руана. — Навстречу друг другу.

— Погром, готовь рогатку, придётся пустить её в ход. Вперёд, господа. За свободу алури!

Мёртвые кони не уставали, и это был огромный плюс. Отряд выскочил на тракт прямо на патруль, который, заслышав топот копыт, опрометчиво остановился. Двое всадников испугались. Замерли на пару секунд. Один развернул своего скакуна и припустил за подмогой. Болт Руаны выбил его из седла прямо под ноги лошади, и та запнулась и свалилась.

Другой ниэллорец, оголив меч, нёсся на нас. Первый болт отскочил от нагрудника. Второй арбалетчица снарядила с плоским наконечником. Опрокидывающий снаряд просто вышвырнул всадника из седла, и мы всей честной компанией проехались по нему, втаптывая в землю.

Я приказал пересадить детей сзади седла. Кафьян говорил правду про алури, они хоть и кажутся беспомощными, держались в седле так, что не было сомнений, нас выбьют, они останутся.

Свернули на узкую дорогу, которая была перекрыта отрядом воинов. Мы неслись на полной скорости. Командир вышел вперёд, выставил руку и просил остановиться. Но чем ближе мы были, тем сильнее менялось выражение лица десятника. Он разглядел коней, растерянно обернулся на своих солдат, которые тоже встали, раскрыв рты.

— К бою! — всё же вскрикнул он.

Лучники открыли огонь. Хорошо, что мы детей за спину посадили. Барти закрылся щитом. Один из мертвецов бросил мне свою защиту. Две стрелы со звоном отлетели от щита, а одну я прям отбил им в сторону.

В