Холод, согрей - Олег Геннадьевич Фомин

– Все надоели! – рявкнула Милита.

Начала приближаться, и Эгорд напрягся. Если она вступит в бой, кристалл в ее нагруднике подавит любую магию, и против этой бестии сможет драться разве что Хафал, да и тот вряд ли продержится долго.

К Милите сзади подплыл некромант, обнял за плечи, что-то шепчет на ухо. Милита испепеляет Хафала взглядом, но слушает.

Некромант отплыл чуть назад. Ждет.

Милита оглядывает пещеру поверху, коварная улыбка.

– Смерть уже над вами!

Развернулась, ее проглотил мрак.

Хафал озирается, вокруг трупы магов, хлам от големов, ямы снарядов, дым, прожженные коброй туннели...

– Кажется, я пропустил много интересного, ха-ха!

Нашел взглядом Велиру.

– О-о, да ты неплохо повеселилась, девка! Вся в кровищи, вот это понимаю! А то цветочки да ягодки собирала, тоже мне, развлечение...

Смуглянка вдруг впечаталась ему в грудь, обняла не выпуская сабель, нос уткнулся в хитиновую грудь, демон аж пошатнулся, глаза на миг округлились, а из-под черных кудрей – скупые хныки.

– Да ладно, че ты...

Демон обнял хвостом за талию, прижал к себе клешней, но не чтобы утешить – просто лапает, по роже растеклась ухмылка.

– Знаю, знаю, эти гады, – небрежно ткнул клешней в Эгорда и спутников, – наверное, всех перебили, а тебе не оставили, но не хнычь. Новых поймаю, гору мяса нашинкуешь, ха-ха!

Велира выдавила что-то вроде «ага», вжалась в демона сильнее.

– Ну ладно, все, все, – Хафал пытается от себя отцепить, – уже всего соплями измазала!

– Как ты меня нашел?

Надо же, не «нас», а «меня»...

– Да увидел, что твой папаша куда-то сорвался, вот и рванул следом...

Эгорд со вздохом покачала головой.

Некромант все так же парит с равнодушием...

Рука поднялась, над ладонью заклубился фиолетовый сгусток. Сфера набухла, и некромант толкнул ее в сторону, та полетела вдоль стены извилисто, как собака-ищейка, что-то вынюхивает...

Пролетев над ледяными обломками мавзолея, сфера зависла над кладбищем.

Нырнула в землю между могилами, растеклась в ней, могилы мягко вспыхнули и погасли.

Некромант вплыл в тень прохода, и на месте того возникла стена. Будто была там всегда.

А ледяная плита, что укрывала могилу гнома по имени Бам Дверной Стук, разорвалась на осколки, высунулась костяная рука в гномьих доспехах, ее пропитывает лиловая энергия, кулак сжимает топор-кирку.

Разлетелись и комья земли на могиле минотавра, тот уже наполовину вылез, лапа схватилась за торчащий вместо надгробия топор, тот покосился, шлем слетел с наконечника. Минотавр повернул пустую ладонь к шлему, тот загорелся фиолетом, влетел в лапу, минотавр водрузил шлем на голову, на край могилы грохнулось запечатанное в сталь копыто.

Земляные чрева, кровоточа фиолетовой силой, выпустили жреца Альтеона, кузнеца Дорафа и его невесту-оборотня Силиссу.

Часть 3. Глава 28

Пещера опять вздрогнула, каменное небо проронило слезу сталактита, и Хафал отпрыгнул к Эгорду, утянув за собой Велиру. Гигантский кол разбился о покинутое место, волна осколков хлынула, но воин-маг встретил их взмахом метели, и камни упали, не долетев до членов отряда.

– Эгорд, надо убираться! – предупреждает Камалия. – Вы не успеете, если ввяжетесь в бой!

Свод в трещинах, они рыдают камнями и песком, куски потолка опасно проседают...

Грохот все-таки стал тише, но теперь пещера урчит всегда, под ее озноб накрапывает каменный дождик.

Ну же, стрекозы, ищите!..

Милита и впрямь завалила все выходы, горячие камни там зачарованы – не превращаются в лед. К тому же, завалы толстые, не пробить.

Однако Милита забыла про туннели, которые прожгла кобра. Эгорд пустил туда стрекоз, одна за другой те обнаруживают тупики рухнувших пещер. Но...

Эгорд ткнул пальцем в дыру, откуда выпал Хафал.

– Тот колодец чист. Нужно спешить, пока не завалило.

– А с чего ты взял, что чист? – спросил Тиморис.

Даже на пороге смертельной опасности не хочется признаваться в существовании стрекоз-шпионок. Эгорд ткнул в демона.

– Ну этот же оттуда вывалился, значит, пройти можно.

– Эгорд, они близко! – крикнула Леарит.

Пять умертвий идут к живым неспешной, но уверенной поступью, их клин возглавляет жрец Альтеон, все объяты фиолетовым огнем.

Эгорд и спутники, не сговариваясь, выстраиваются полумесяцем. Клин и полумесяц по мере сближения замедляются, перестрелка взглядов, каждый выбирает жертву...

Кузнец в окровавленном закопченном фартуке с прорезью от меча, сам меч в ножнах за спиной. Проволочив по земле молот, кузнец перехватил его обеими руками, с размаху ударил о твердь, вспыхнули фиолетовые искры, под ногами глубокий отпечаток. Кузнец сгорбился в боевой стойке.

Рядом его невеста, у нее сохранились кусочки кожи, черные волосы почти как у Велиры. В пятнах почерневшей крови разодранное светло-зеленое платье с длинной юбкой, изумрудный корсет. Челюсти выпирают вперед, как у обезьян, в них много острых бритв. Пальцы – веера костяных кинжалов, а за спиной распущены костяные крылья, их острые фаланги могут колоть как копья. Хищно согнувшись, невеста шипит, крылья угрожающе бьют друг о друга с быстротой захлопывающейся мышеловки.

По другую сторону клина – гном. В кулаке топор-кирка, в другом – топор-лопата, орудия сверкают драгоценными камнями. Плащ осветленного волнуется на потоках фиолетовой силы, топоры высекли друг о друга сноп лиловых искр.

Громче всех свирепствует минотавр – копыто бьет по земле, вой жуткий, топор выписывает в воздухе петли, за лезвием сиреневый след. Минотавр долбанул кулаком в нагрудник, тот аж помялся. Безмозглый котел силы и ярости.

– Тиморис, возьми на себя кузнеца, – командует Эгорд. – Камалия, тебе лучше заняться гномом. Велира! Упокой несчастную невесту... Хафал, а слабо одолеть минотавра? Он такой же огромный.

– Кому слабо? Мне?! – возмущается демон. – Да я его как тряпку, смотри и учись, щенок ледяной!

– Ну, хоть щенок, а не червяк, и то хлеб.

Эгорд повернул лицо к Леарит.

– Солнце, наша цель – жрец.

Леарит кивнула.

Жрец Альтеон во главе клина, ведет себя спокойнее всех, белые одежды колышутся в некроэнергии, рука упирает в землю посох. Глазницы обращены на Эгорда, нижняя челюсть плавно качается, словно жрец что-то бормочет, но выходит какой-то жуткий потусторонний звук.

Хафал кинулся на минотавра, что с краю клина, раскрытой клешней, минотавр встретил ее рогами.

Бах!

Копыта минотавра и лапы демона вспахали на щебне гряду из борозд.

Гном развернулся к бьющимся, попытался ударить демона в спину, но на его пути вспыхнул призрак Камалии, она поставила посох поперек топоров. Прошла