Фантастика 2026-84 - Агатис Интегра

— Благодарю за совет, — многозначительно кивнул я, будто хорошо понимал, что он имеет в виду. — Я к нему прислушаюсь.

— Услышать бы такое понимание из уст Елизаветы, — не скрывая своего огорчения, вздохнул Игнатьев, обводя взглядом висящие вокруг нас картины. — Она ведь правда очень умная девушка, Алексей. У неё есть диплом по искусствоведению. Она прекрасно разбирается в живописи. Но вот её характер… в последнее время мне всё больше и больше кажется, что она порой совершает некоторые свои поступки исключительно мне назло… Ладно, не будем о грустном. Встреча скоро начнётся. Нужно лишь дождаться третьего участника.

Так, а вот это что-то новое. Разговор настолько резко сменил тему, что я на миг растерялся.

— Третьего?

— Да, Алексей. Моего партнёра с китайской стороны нашего бизнеса. Думаю, что его участие послужит дополнительным аргументом в пользу того, чтобы Макаров принял разумное решение… О, кстати, вот и он.

Граф повернул голову куда-то в сторону и радушно улыбнулся. Я, естественно, посмотрел туда же…

…и едва удержал себя от того, чтобы в тот же момент не сорваться с места.

В нашу сторону шёл невысокий и худой азиат с тёмными как смоль волосами и тонкими усиками в сопровождении мужчины и женщины. Одетый в ярко-зелёное одеяние с длинными рукавами и золотым рисунком, он держал руки за спиной. Подойдя ближе, азиат чуть склонил голову и улыбнулся Игнатьеву.

— Приветствую, граф Игнатьев, — высоким голосом поприветствовал он мужчину. — Рад видеть вас в здравии.

— Взаимно, Джао, — кивнул ему Давид, после чего повернулся в мою сторону с явным намерением представить и меня. — Джао, познакомься: Алексей Романович Измайлов. Мой помощник и будущий зять.

— Очень приятно, Алексей Романович. Граф много о вас рассказывал, и я рад наконец познакомиться с вами, — с сильным акцентом проговорил китаец и с улыбкой поклонился уже в мою сторону. — Надеюсь, что сегодняшняя встреча пройдёт… плодотворно.

Несмотря на желание сбежать отсюда к чёртовой матери, я каким-то чудом остался на месте и даже смог сохранить невозмутимое выражение лица.

Но больше всего я старался не пялиться на сопровождающих этого китайца мужчину и женщину. Тех самых, что следили за мной на вокзале и рынке…

Глава 12

Что здесь происходит?

Этот вопрос бился в моей голове подобно мячику для настольного тенниса, отскакивая от стенок черепа и скача туда-сюда. А я в это время шёл позади Игнатьева по коридору и всеми силами старался не пялиться на идущего перед нами китайца.

Это были те двое! Однозначно! Я их запомнил ещё на вокзале, а мужчину потом ещё и на рынке видел. Именно он, вроде бы, стрелял в меня…

А вот теперь — внимание — главный вопрос. А в меня ли он вообще стрелял?

Отличный вопрос, правда? Ответа только нет.

Особенно забавным в данной ситуации для меня оказалось присутствие Григория. Слуга вернулся к графу как раз в тот момент, когда мы покидали залы галереи, и сейчас, как это ни странно, я впервые был рад тому, что этот седовласый амбал находится тут. По крайней мере потому, что он подчиняется Игнатьеву, а Игнатьев по-прежнему уверен в том, что я Измайлов…

А что, если нет?

Безумная мысль загорелась в моей голове подобно фейерверку. Вдруг он в курсе, что я не Измайлов, и просто притворяется? Что, если все это знают, просто притворяются и… так. Стоп. Нет, бред какой-то. Это уже сюр.

— Прошу сюда, ваше сиятельство, — сообщил ведущий нас сотрудник галереи и указал на закрытые двери.

— Благодарю. Убедитесь, что нас никто не будет беспокоить, — попросил граф, и молодой человек быстро поклонился.

— Разумеется, ваше сиятельство. Господин Сурганов подойдёт через несколько минут. Он просил передать его глубочайшие извинения за опоздание.

— Ничего страшного, — невозмутимо ответил Игнатьев и указал мне на двери. — Пойдём, Алексей.

— Что за Сурганов? — тихо спросил я, когда мы зашли в просторный зал, украшенный картинами. В центре стоял широкий круглый стол с уже приставленными к нему четырьмя стульями.

Услышав мой вопрос, Игнатьев с удивлением посмотрел на меня.

— Евгений Николаевич Сурганов, — произнёс он таким тоном, словно хотел пристыдить меня за то, что я не знаю этого человека. — Он же, для определённого круга людей, — Макаров. Он же — ближайший советник мэра нашего дорогого и чудесного Иркутска. Разве твой отец не говорил тебе о нём?

Советник мэра Иркутска? А мне откуда знать? Может, и говорил. Может, и не говорил. Я же не Измайлов. Но допущенный косяк стоит исправить как можно скорее, а то не нравится мне это удивление на лице Игнатьева.

— Имени он не называл, — уклончиво ответил я.

Поджав губы, Давид вздохнул и покачал головой.

— Не рассказывай об этом своему отцу, Алексей, но я всегда считал его одержимость сегментированием информации чересчур… чрезмерной.

— Он скорее назовёт это осторожностью, ваше сиятельство.

Услышав мой обтекаемый ответ, граф скривил лицо.

— Чрезмерная осторожность тоже может пойти во вред, Алексей. Если бы он не был подвержен этой своей мании, то рассказал бы мне гораздо раньше о том, что мы лишились каналов поставок через порт во Владивостоке. И большого количества нынешних проблем можно было бы избежать.

Так, а что, если попытаться подсластить пилюлю?

— Я бы на его месте так бы и поступил, ваше сиятельство, — произнёс я, и Игнатьев одобрительно улыбнулся.

— В последнее время у меня всё меньше и меньше сомнений насчёт этого, Алексей. Надеюсь, что и сегодня ты меня не подведёшь.

В ответ я лишь кивнул, не став ничего говорить. Вместо этого я задумался над тем, что картина не складывалась. Если этот «Макаров» на самом деле работал на мэра Иркутска, то почему тогда он не использовал свои связи для того, чтобы решить вопрос с уликой? Или их у него нет? Вот ни за что я не поверю в то, что у такого человека нет нужных связей.

Хотя…

Если так подумать, то Игнатьев с Измайловым тоже пошли на определённые меры, дабы заполучить своего человека внутри департамента. Странно всё это…

Стоп. А кто там вообще ведёт то дело?

Я вдруг вспомнил, что абсолютно не обратил внимания на фамилию сотрудника УОР, ответственного за это расследование. Может быть, он просто боялся таким образом показать факт наличия у Сурганова второй, куда более тёмной личности?

— Ваше сиятельство, скажите, а многие ли знают о том, кто такой Макаров на самом деле? — очень тихо спросил я.

— Единицы, — так же тихо ответил он