Фантастика 2026-84 - Агатис Интегра

и сразу же добавил: — И, предвосхищая твой вопрос, скажу сразу — нет. Использовать эту информацию в своих целях чревато. Евгений знает обо мне достаточно, чтобы, если и не похоронить мою репутацию, то, как минимум, чрезмерно усложнить мне жизнь. Слишком сильно, чтобы я мог рассчитывать выбраться из подобного положения без потерь.

Выслушав его, я с самым серьёзным видом кивнул и больше ничего говорить не стал. Как и думал — тактика гарантированного взаимного уничтожения. Сдашь меня, а я в ответ сдам тебя, и посмотрим, кому придётся хуже. Буквально жизнь в банке с ядовитыми пауками.

Тем временем Макаров-Сурганов подошёл к нам, а следующий за ним по пятам мужчина лет сорока остановился лишь на миг, чтобы прикрыть дверь. Скорее всего, телохранитель. Уж очень показательно он держался и…

Да он же альфар! Я даже не сразу обратил на это внимание, отвлечённый короткими и чёрными, как вороньё крыло, волосами. Да и не сразу заметил иную форму ушей. При этом они выглядели так, словно кто-то умышленно и крайне топорно укоротил их.

— Ну что? — произнёс Сурганов, обведя взглядом всех присутствующих. — Давайте начнём? А то у меня не так много времени, чтобы тратить его на пустую болтовню. Михаил Борисович скоро пресытится картинами, а мне ещё его развлекать сегодня.

— Уверен, что наш достопочтенный мэр даже не заметит твоего отсутствия, Евгений, — вежливо улыбнулся Игнатьев, после чего указал на стол. — У нас достаточно времени…

— У господина есть времени ровно столько, сколько он отвёл для этой встречи, — холодно проговорил стоящий позади советника альфар.

Судя по его гневному лицу, он с удовольствием продолжил бы тираду, но Сурганов остановил его поднятой ладонью.

— Слова Валира могли прозвучать грубо, Давид, но он прав. У меня на самом деле не так много времени. А потому, если позволишь?

Сказав это, Макаров указал на стол, вокруг которого стояли четыре стула, и Игнатьев кивнул. Спустя несколько секунд я, граф, Макаров и китаец заняли места за столом, в то время как сопровождающие встали за нашими спинами.

Всё происходящее отдавало каким-то безумием. Подспудно я почти ждал, что сидящие вокруг меня люди сейчас выхватят оружие и начнут палить друг в друга в надежде на то, что именно они выйдут отсюда целыми и невредимыми, когда всё закончится. Я почти на физическом уровне ощущал витающую в воздухе ауру жажды убийства.

И, как ни странно, больше всего внешне она проявлялась у Григория и этого альфара, что не сводили глаз друг с друга, как два бойцовых пса, которых выпустили на арену.

Только вот так не бывает. Луи рассказывал мне о паре таких случаев. Как показывает практика, после случившегося никто и никуда не уходит. Мёртвым вообще уже без надобности куда-то идти.

Когда эта мысль пришла мне в голову, на короткий, едва ощутимый миг мне вдруг захотелось, чтобы всё именно так и произошло. Чтобы эти преступные воротилы начали тут безумную резню в отчаянной попытке выйти победителем из игры в гротескную русскую рулетку. И тогда точно всё закончится. Никаких проблем. Никаких тревог и метаний. Всё решится за считанные секунды…

— Могу ли я узнать, что здесь делает он? — первым заговорил Сурганов, посмотрев в сторону китайца.

— Достопочтенный Джао здесь по моей просьбе, — быстро ответил Игнатьев.

Он явно хотел сказать что-то ещё, но вместо этого его опередил сам азиат.

— Я присутствую здесь не только как деловой партнёр графа, — китаец изобразил снисходительную улыбку тонкими губами. — Я ещё и один из Когтей дракона Цинлуна. Помимо этого, я представляю интересы одного хорошо знакомого вам человека из столицы вашей Империи, с которым наша часть Завета сотрудничает уже достаточно долгое время.

Значит, я мыслил в верном направлении. Этот китаец — один из «когтей», приближённых к главам китайской мафии, известной под названием Завет Трёх Драконов. Находилась она под руководством трёх боссов, которых и называли драконами. А вот уже их приближённых и называли этими самыми «когтями».

К слову, украденные нами маски как раз-таки и принадлежали одному из трёх драконов — Тяньлуню. Старому, восьмидесятидевятилетнему старику. Крайне отвратительный тип, мягко говоря.

Впрочем, мне следовало задуматься об этом раньше. Вся торговля дурманящей дрянью на территории Царства шла через Завет. Так что вполне логично, что Игнатьев работает с ними, раз возит её в таких количествах.

Пока я размышлял над этим, Сурганова явно заинтересовали совсем иные слова китайца.

— Безумному графу нечего делать в Иркутске! — с жаром проговорил он. — Его вотчина — это Санкт-Петербург и европейская часть Империи…

— И всё-таки его сиятельство не может не испытывать беспокойства относительно того, что происходит здесь, — пожал плечами китаец. — Потому, находясь тут, я представляю и его интересы. В конце концов, его сиятельство является другом великого дракона Цинлуна, а значит, его интересы в некоторой степени и наши интересы тоже.

В ответ на эту длинную речь Сурганов лишь с раздражением цокнул языком, после чего повернулся к Игнатьеву.

— Евгений, — начал разговор Давид, — ты попытался меня подставить.

Сурганов лишь вопросительно поднял бровь.

— Подставить, Давид? Как-то это слишком походит на… обвинение, тебе не кажется?

— Это оно и есть, — невозмутимо продолжил Игнатьев. — Так что не строй из себя идиота. Мне прекрасно известно, по чьей наводке полиция наведалась на мой склад…

В ответ на эти слова Сурганов состроил удивлённое лицо.

— Твой склад, Давид?

— Не прикидывайся, — отмахнулся от него Игнатьев. — Мы оба знаем правила игры. И ты их нарушил…

— Ты нарушил их первым, когда полез на мою территорию, — с вызовом бросил Сурганов. — Иркутск — мой город! Я не вмешивался в ваши с Измайловым дела, пока вы не затрагивали мою сферу влияния!

— Я уже предлагал тебе договориться, — со вздохом произнёс граф. — Ты видел моё предложение…

— Да, я видел твоё «предложение», — съязвил тот. — Жалкие пятнадцать процентов…

— Пятнадцать процентов за то, чтобы ты просто не лез ко мне и не мешал работать, — парировал Игнатьев. — Как мне кажется, это более чем достойная компенсация, разве нет?

— Достойная компенсация — это шестьдесят процентов.

В ответ на это Игнатьев едва глаза не закатил.

— Ты сошёл с ума. Никто и никогда не согласится на такие условия. Даже пятнадцать процентов при моих объёмах — это миллионы рублей, Евгений. А ты отказываешься от них…

— Я отказываюсь не от них, Давид, — перебил его Сурганов. — Я отказываюсь от ТВОЕГО предложения! Это очень большая разница. И, раз уж на то пошло, уважаемый Джао вполне может рассмотреть возможность работы напрямую со мной…

О, как. Вот прямо вот так в лоб — и