"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

Ее белый, куда более яркий, чем красный, свет ослепил меня по-настоящему. Когда мое зрение приспособилось, я узнал лицо доктора Северин, ее серые, как у Иована, глаза. Но обращался ко мне ее спутник. Его голос и лицо были незнакомыми, но облик в целом подсказывал, что где-то мы уже встречались. С молочно-бледной кожей, без волос на голове, он был высок и худощав, наподобие своих хозяев-сьельсинов. И куда же без механических серых глаз. На мужчине был доходивший до колен парчовый кафтан мандарийского кроя, темно-фиолетовый, почти черный, с высоким воротником и подвязанными рукавами, такого же цвета туфли и белые чулки.

Несмотря на боль в несчастных глазах, которые мне давно не приходилось напрягать, я огляделся. Сверху свисали сталактиты – белесые иглы торчали из темных каменных вен, напоминая наш фамильный некрополь в Обители Дьявола на Делосе. Грубый пол огибал полумесяцем берег бассейна – точнее, естественного пруда, который раскинулся на пару сотен футов до дальней известняковой стены, ступеньками нависшей над водой. Вдоль стены протянулся узкий, не больше шести дюймов в ширину, желоб, упиравшийся в грубую железную трубу, покрытую слизью. Вода из пруда стекала туда тоненькой струйкой. Примитивный туалет.

Других удобств не было, если не считать таковыми железные кольца, вбитые в стену на равном удалении друг от друга.

– О, вам камеру люкс дали! – воскликнул мужчина, заметив, что я разглядываю туалет, и покосился на Северин, но та промолчала.

– Чего вам надо? – хрипло спросил я.

В присутствии других людей я вдруг вспомнил, что давно не мылся, почувствовал маслянистую пленку на лице и руках. Мне вдруг захотелось броситься в пруд и вымыться дочиста. Но даже на малейшее движение желудок отзывался возмущенным урчанием.

– Покормить вас, чего же еще? – выдохнул мужчина. – Князь распорядился, чтобы его гостю было комфортно.

– Это, по-вашему, комфорт?

– Рад, что общение с Иованом не лишило вас имперского стержня и темперамента, – сказал мужчина и вышел из коридора на берег. – Будет на что посмотреть, когда вы снова встретитесь с князем. Он, знаете ли, художник.

Пока мужчина говорил, из коридора прилетел блестящий дрон на репульсорах и привез какой-то ящик. Опустив его, дрон улетел обратно в открытую дверь. На миг я задумался, смогу ли одолеть двух колдунов и бежать.

Но понял, что не смогу.

– Жаль, что вы птичек с собой не захватили. – Лысый сокрушенно почесал шею. – Одна мне голову должна.

Внутри меня все перевернулось и вспыхнуло от ярости.

– Так вы… Урбейн!

– Собственной персоной, – насмешливо поклонился колдун МИНОСа, когда-то залезший в голову Валки и едва не сделавший ее калекой.

– Я надеялся, вы мертвы, – сказал я, понимая, что мои надежды пошли прахом.

Тонкие губы Урбейна сложились в улыбку.

– Вы не единственный в галактике, кому непросто умереть. – Он смерил меня взглядом. – С удовольствием проверю, насколько правдивы легенды о вас, милорд. Как я понимаю, кое-кто в Империи почитает вас как бога. Даже князь, долгих ему лет, думает, что вы посланник какого-то божества. Но богов нет. Магии тоже нет – лишь еще не решенные загадки.

С этими словами он открыл ящик, достал завернутый в фольгу пакет и бросил мне с видом человека, дающего объедки собаке.

Пакет упал на землю.

Это был легионерский протеиновый батончик.

Я не стал его брать. Не хватало, чтобы Урбейн и Северин решили, что я отчаялся. Я не собирался тешить их, подбирая объедки, как они рассчитывали.

– Этого должно хватить… – Северин задумалась, – на стандартный год? Если экономить.

Она хищно улыбнулась. Я ответил тем же.

– Как вам удалось выжить? – спросил я Урбейна.

– Вы не нашли мой второй передатчик. – Колдун двумя пальцами указал в область сердца. – Он перенес проекцию моего деймона сюда, пока вы возились с беднягой Бахудде.

– Думал, для такого нужен передатчик побольше.

– Как те, что на Эринии? – улыбнулся Урбейн и сел на ящик с пайком. – Там вам не хватило считаных минут. Нет, на Эринии нам нужно было передать несколько десятков проекций деймонов на расстояние в половину светового года, и сделать это быстро. На Беренике был только я… и мне всего-то нужно было попасть на орбиту. – Колдун ехидно ухмыльнулся. – Я смотрю, вы не слишком-то разбираетесь в машинах?

– Достаточно, чтобы понимать, что вы собой представляете.

Я пожал плечами и, придерживаясь за шершавую стену, поднялся на ноги. Грязная роба липла к телу.

– И что мы собой представляем? – с той же улыбкой спросила Северин.

– Вы призраки. Вы умерли вместе со своими оригинальными телами.

Женщина фыркнула.

– Примитивная чушь! – со смехом сказал Урбейн.

– Не чушь, – возразил я, прекрасно понимая глубину связи между телом и сознанием. – Говоря вашими же словами, вы лишь проекция, тень… того, кем вы были прежде.

– Когда-то мы были тенями, – загадочно произнесла Северин. – Теперь мы больше чем люди.

Я присмотрелся к ним. Внешность Северин была вполне человеческой, типичной для женщины-мандари, а вот Урбейн явно отказался от некоторых деталей своей человечности. Его нос был плоским и широким, отдаленно похожим на носы сьельсинов, а уши, кажется, полностью приросли к голове?

– Я встречал кое-кого, кто раньше следовал таким же убеждениям. Он настолько отдалился от своей человечности, что теперь, наверное, даже не понимает, что потерял.

– Вздор, – отмахнулся Урбейн.

– Нет, – возразил я. Если бы это было вздором, мне бы наверняка встретилась хотя бы одна химера, сохранившая немного нравственности и морали. – Нельзя стать больше чем человеком, изначально делая себя меньше чем человеком.

– Нет такой вещи, как «человек». – Урбейн грациозно поднялся. – Мы скопление данных. Генов. Мыслей. Не важно, в какую форму все это облачить.

– Форма определяет функции, – парировал я. – Меняется тело, меняется разум.

– Мы тут не затем, чтобы о философии дискутировать!

– Нет, – согласился я. – Вы тут затем, чтобы позлорадствовать. Так валяйте.

Я вытянул руки и пошевелил пальцами. Боли не было. Пока я сидел во тьме, пластыри сделали свою работу. Это подтверждало, что прошло по меньшей мере несколько дней.

Несмотря на ошейник и клетку я, кажется, обрел почву под ногами. Урбейн это заметил.

– Марло, не забывайте, что вы пленник! Вы проиграли!

– Это так. Проиграл.

Отвернувшись, я уставился в воду у ног и отстраненно, как бы про себя, добавил:

– Ваш приятель Иован обмолвился, что ваша цель – уничтожить Империю.

– И освободить человечество, – подтвердил Урбейн, раскинув бледные длиннопалые руки.

– Отдав его в рабство сьельсинам?

Колдуны переглянулись.

– Новые системы понятий, – ответила женщина. – Новое развитие. Сьельсины открывают новые, ранее недоступные возможности.

– Включая ликвидацию Империи? – Я оглянулся на колдунов.

– Включая это, – сказала