Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Тебя сегодня не кормили? — посмотрела я на питомца.

— Я не хотел, — отвернулся он.

— Пушок, что происходит? — напрягшись, отложила ложку.

— Ничего, мне сегодня удалось связаться со своими родными, — он опустил глаза.

— Ты соскучился и хочешь увидеться с ними?

— Да, хозяйка, а это возможно? — он посмотрел на меня так жалобно, что хотелось взять его на руки и потискать, чтобы успокоился.

— Почему бы и нет? Ты только заранее договорись с ними, когда они, предположим, будут где-то гулять. А мы приедем туда, и ты встретишься со своими близкими.

— Ты правда это сделаешь? — глазки-пуговки смотрела на меня с недоверием, и в то же время в них сквозила надежда, чувство радости и нетерпение.

— Я никогда не врала тебе, Пушок, и мы одна семья, — улыбнулась.

— Да, мы одна семья! — эхом повторил он за мной.

Пушок замолчал, а Сонечка ёрзала на стуле в ожидании, когда я переговорю с нашим питомцем.

— Мамочка, ты только не удивляйся, но я во сне видела тетю Риту.

— Почему я должна удивляться? Она, наверняка, готовится к сессии, — ответила я, заканчивая завтрак.

— Нет, мамочка, ты меня не поняла. Тетя Рита сейчас находится в этом мире. Она такая красивая и молодая. У нее черные–пречёрные волосы и коричневые глаза.

— Ты хотела сказать, карие? — машинально исправила я, и тут только до меня дошел смысл её слов. — Что? Здесь? Но как такое возможно, ведь она осталась на Земле?

— Не знаю, мамочка, но там говорят не так, как здесь. На другом языке.

Немного помолчала, действительность оказалась шокирующей, а дочери я полностью доверяла. Чтобы немного отвлечься, решила зайти на кухню и дать наставление поварихе относительно тех самых рыбешек, подарка водяного. Алекс был не просто любителем рыбалки, но также обожал есть рыбу в любом виде, кроме сырой. Распахнув дверь на кухню, увидела, как Алана смазывает лицо мальчика простоквашей.

— Э-э-э, что-то случилось с мальчиком? — поинтересовалась я.

— Нет, госпожа, — повернувшись ко мне и спрятав пацана за спиной, ответила женщина.

— Алана, что с ребенком?

— Уже ничего, барышня. Сейчас солнце весеннее яркое, и не заметишь, как загоришь, а Лик весь день сидел с ребятами возле речки, ну и сгорел. Лицо болит и чешется.

— Странно, но мы вроде избежали с Сонечкой этого.

— Девочка в шляпке с полами, поэтому солнце не слишком достает её, как и вас. А деревенская ребятня, убежав на рыбалку, расставит удочки и ложится на землю отдохнуть. Видимо, заснул под солнцем, вот и обгорел, — она обернулась к пятилетнему ребенку, и я увидела лишь его кивок.

— Мать-то куда смотрела? — возмутилась я.

— Нет у него мамки, госпожа. Живет он с отцом и маленькой сестренкой. Отец гончар, ему нужно семью обеспечивать, вот и трудится день и ночь, а за младшей мать его следит, старая уже бабка. Вот и не углядела за Ликом.

— Хорошо, Алана. Не забудь покормить мальца, наверняка, сегодня еще ничего не ел.

Ответом было лишь шмыганье ребенка.

Выйдя из кухни, вспомнила, что хотела сказать, но возвращаться не стала. В голове крутилась мысль, а я никак не могла ухватить её за хвост. После обеда в ожидании новостей от Пушка я взглянула на себя в зеркало. Увиденное совсем не понравилось. Мне тоже достался небольшой загар, видимо, это произошло в тот момент, когда я сидела возле воды. Лицо слегка пощипывало, и на этом всё. Ну не идти же на кухню за простоквашей!

В день, когда на меня нападает хандра, как сейчас, я начинаю вспоминать о маме. После смерти отца, мы с сестрой думали, что она не выживет, так сильно переживала. Но в один из дней мама позвонила и попросила сходить с ней на рынок, кое-что закупить для интерьера. Я радовалась, она смогла переступить через свое горе. Нет, оно не исчезло, просто ушло вглубь.

Я вспомнила разговор мамы.

— Алисочка, ты, наверное, удивишься, детка, что я так быстро пришла в себя. Но в какой-то момент подумала, что вашему отцу это бы не понравилось, и он бы желал, чтобы я не хандрила, а стала чем-то заниматься. Вот и решила научиться вязать, может, еще что-нибудь придумаю.

И ведь придумала, мама увлеклась вязанием, потом рисованием, а в последние годы изучала травы и приготовление из них всевозможных мазей. Кто-то шепнул на ушко, что в её роду были ведуньи, и даже если дар не передался наследникам, остаётся в его потомках и может проявиться. Мы с сестрой этому мало верили, но сейчас, вспоминая последний разговор на даче, за два дня до аварии, я вспомнила ее слова, сказанные с таким восхищением.

— Доченька, представляешь, что косметику раньше делали из обычного масла и пчелиного воска. Сама Клеопатра пользовалась ими. Добавляя всевозможные природные красители, древние египтянки изготавливали тени, губную помаду, тушь.

И тут перед глазами, словно из ниоткуда, появилась мама и стала разъяснять, что она вычитала из книг.

— Мамочка, дорогая моя, любимая, как я тебе сейчас благодарна за тот разговор. Ты даже не представляешь, как помогла мне, — прошептала я.

И тут наш Пушок, тихо сидевший в кресле, поднял голову.

— Через час они едут в парк, — произнёс он.

— А парк, как я поняла, находится возле храма? — поинтересовалась у маргала.

— Если ехать от северных ворот, то дорога к храму идет вдоль парка, — ответил он.

— Тогда собираемся. Нам еще ехать около двух часов.

Глава 35

Алиса

Мы уже подъезжали к парку, когда заметила, как нервничает Пушок. Взяв его на руки, я прижала к груди и погладила мягкую шёрстку.

— Ну что ты? Если что-то не заладится со встречей, то у тебя есть мы и не дадим нашего любимого маргала в обиду.

Питомец немного успокоился, но через его щит порой пробивалась паника, волнение и испуг. Мы оставили конюха возле ворот парка и направились в ту сторону, куда указывал Пушок. Через пять минут вдалеке показалась супружеская пара. Сидя на скамейке, они о чем-то беседовали.