"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

Лу Инь опешила, растерялась и наконец заплакала. Сима нежно приобнял её дрожащее тело. Лу Инь плакала долгое время, разливая не только слёзы, но и чувство вины, которое всё это время кипящей сталью наполняло её сердце, пока совсем не потеряла силы. Тогда он взял её на руки, отнёс в спальню и положил на кровать, после чего поставил рядом железное ведёрко, в которое снова залил несколько эликсиров, чтобы в комнате было приятно и тепло, несмотря на ледяной ад, который разворачивался за окном.

Вернувшись в зал, он глубоко вздохнул, после чего сразу помрачнел и сел против камина.

— Ты уверен? — раздался за спиной голос Гинь.

— У меня не было выбора.

— Что ты будешь делать, когда она узнает правду? — спросила дракониха.

Сима молча взял кочергу, ворочая красные угольки.

Правду… Действительно, рано или поздно Лу Инь узнает о том, что вся его недавняя речь представляла собой одну большую ложь. Что даже простой человек может выносить сильного ребёнка и что вернуть его душу невозможно. Их дочь, Мэй, была мертва. Что случится, когда девушка поймёт, что надежда на искупление, которую он ей дал, была фальшивой?

— У меня не было выбора, — повторил Сима. — У нас нет времени, чтобы она сама с этим смирилась. Прямо сейчас она винит себя и держит свою культивацию запечатанной — считает это наказанием, наверное. Так мы никогда не доберёмся до Небесного истока. Это временная мера… но лучше неё у нас теперь нет, — сказал Сима немного взволнованным голосом, не уверенный, объясняет или оправдывает свой поступок.

Гинь промолчала. В комнате повисла тишина. Сима снова покрутил кочергой, помялся и спросил:

— Можно ли… действительно вернуть умершую душу?

— Однажды мне задали похожий вопрос, — сказала дракониха, вставая рядом с ним и тоже разглядывая красное зарево камина.

— И?

Она улыбнулась:

— Я ответила, что никто не может ни обратить, ни избежать смерть.

— …

— Он со мной не согласился, — пожимая плечами сказала девочка.

…

…

…

Священная гора Секты Ледяного Сердца.

Горная вершина Матриарха Белой Бури.

Две женщины, старая и молодая, сидят посреди ледяной комнаты, покрытой тончайшим слоем первого снега. Между ними находится передающий кристалл, сверкающий тусклым зеленоватым светом. Молодая смотрит на него с испугом, кусая губы, в то время как старая остаётся невозмутимой.

— Матриарх… — наконец заговорила девушка. — Вы… вы уверены? Что если лидер секты обо всём узнает?

— Лидер секты? — прищурилась старая женщина.

— Я… я хотела сказать Нинь Гуанлин.

— Хм! Этой дрянной девчонке просто повезло достичь Королевскую стадию раньше меня. Если бы у меня было больше времени, именно я бы стала лидером! Поэтому я сама решаю, что нам делать. Она даже не осознала, кто виновен в исчезновении её ученицы. Думаешь, она поймёт, кто рассказал Храму Тысячерукой Бодхисаттвы, что она скрывает его преступников?

— Но… но ведь это…

— Я не давала своё согласие, чтобы мы приютили беглых шавок, — с отвращением сказала старуха. — Храм действительно хочет их поймать, раз готов потратить на это десять миллиардов духовных кристаллов. Им будет всё равно, даже если их укрывает «Королева Ледяного Сердца». Если она попытается их защитить, мы просто скажем, что она действует по собственной воле, и тогда Праведный альянс поможет нам от неё избавиться, а мы ударим её в спину. Если нет — покажет свою слабость. Мы уже победили, — властно проговорила старая женщина и цокнула по передающему кристаллы своим острым ногтем…

Глава 8

Влюбленный идиот

— Я хотел бы разорвать нашу помолвку, — сказал Сима и с уважением поклонился.

Гао Ли посмотрела сперва на него, затем на Лу Инь, которая неловко стояла рядом, и невозмутимо заявила:

— Ты умрёшь.

Сима криво улыбнулся.

При этом он старательно избегал смотреть на Короля, который выступал сопровождением Гао Ли. В худшем случае он мог убить Сима здесь и сейчас, считая его ответ слишком оскорбительным, или похитить, чтобы затем передать за награду одному из других принцев.

— Что ты собираешься делать? Бежать? — спросила Гао Ли.

Сима покачал головой:

— Нет, я… мы направимся в Южный регион.

— Мы? Ты понимаешь, что там тебя убьют? — спросила Гао Ли. — Тебя и её, — прибавила она и мимолётно посмотрела на Лу Инь.

— Ты сама сказала, что Чёрный император не позволит избавиться от меня в открытую. Значит, мне нужно как можно чаще оставаться на виду, — улыбнулся Сима. — И кстати говоря об этом… Несмотря на то, что я не могу взять тебя в жёны, я… нет, Поместье Второго принца вовсе не против заключить союз с достопочтенным генералом Гао Фэнем.

— Хм… — закрыв глаза протянула Гао Ли. — Я передам моему отцу твоё предложение. Если на этом всё… — сказала девушка, приподнимаясь и направляясь на выход.

— Ещё один вопрос, если можно, — вспомнил Сима в последний момент.

— Какой?

— Кхм, а как в Южном регионе обстоят дела с жемчужной картошкой?..

…

…

…

— Как вам его ответ, мастер Хэ? — спросила Гао Ли, когда приподнялась вместе со своим телохранителем, могущественным Королём, в облачную высь.

— Глупость, — спокойно заявил бородатый старец в стальной броне. — Мальчик либо жадный глупец, если считает, что сможет самостоятельно подчинить Поместье Второго принца, либо подозрительный глупец, если думает, что генерал хочет забрать себе его феод.

— Есть и третий вариант, — заметила Гао Ли.

— Третий? — Старик вскинул свою мохнатую бровь.

— Что он влюблённый глупец, который не хочет бросать свою девушку.

Мастер Хэ на мгновение замолчал, а затем покачал головой:

— Тогда это не глупость, это сумасшествие.

Гао Ли беззаботно кивнула.

Действительно, если Сима Фэй отказался брать её в жёны только потому, что хотел сохранить верность девушке, которая потеряла культивацию, его нельзя было назвать иначе как сумасшедшим. Впрочем, как и всякого влюблённого молодого человека в этом возрасте. Ослеплённые чувствами, они теряют из виду общую картину, а последняя была такова, что свадьба на дочери генерала Гао представляла собой его единственный шанс на выживание.

Собственно, именно поэтому они предложили последнюю. Земли Второго поместья были обширны и богаты на ресурсы, однако на самом деле свадьба была