Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

после накачки Дробова, была связь с Победой, и лекция от Малого, как, что, куда и сколько, нужно вести себя с новыми зверьми. И то, что у нас не должно быть никаких болтовок — а только магазинные полуавтоматы, или вообще АВС-ки. К которым, по решению их Главы, уже делаются магазины на двадцать, и будут штучно выпускаться магазины на тридцать патронов. Как у калашматов, только и того, что тут патрон в разы мощнее.

— Ну что? — после того, как всех перевязали, задал чисто риторический вопрос, — все сухие?

— Да без «жёлтой крови», слава Богу, обошлись. Как и без солёно-вонючей. Но страшно было — просто жуть, — услышал в ответ.

— Осматривать находку будем? Хотя её нужно вначале ещё найти.

— Ты что? Кровь-то за какого лешего проливали? Раз зверь подох, то его подопечного осмотреть нужно обязательно. Иначе зачем все это?

То, что вопрос был глупым и идиотским, я понимал, но не спросить не мог — ведь это впервые, после налета наглов, у нас появились раненые, и чуть-чуть не стало убитых. Да и кто их знает, этих Экспериментаторов? Вдруг вот тут они посадили не одного, а уже двух сторожей? Вот именно — никто. И приказывать людям, тем более не в бою, где они защищают и чужую, и свою жизнь, а в узаконенной мародерке — было неправильно. Но они решение приняли. Единогласно. И, так как винтовки нашим раненым пока не нужны, отобрали их, повесив уже себе через плечо, а им достали и дали в руки их же револьверы. Хоть и толку от них минимум, но само наличие огнестрела очень здорово успокаивает. И их. И нас.

Нашли ту постройку на удивление быстро. Хотя? Чему тут удивлятся при диаметре островка всего-то в две сотни метров? Вот именно. Ни-че-му. Стояла она, как мы и думали, практически в его центре. И представляла собой не огромное, монструозное, судя по ярости охранника, здание… А обычный, деревенский, рубленный лабаз. Мы подобные уже встречали — хоть на том же четырнадцатом микро-архипелаге, где в его складском отсеке были найдены станки.

Так и тут.

Стоило только открыть нараспашку входные ворота, как все замерли… Там… Там… Там, в три стопы, от пола и до потолка, лежал тонкий, миллиметров двух, листовой металл. Правда, чуть позже, когда мы присмотрелись внимательнее, определили на взгляд — что две стопки чуть тоньше. Ну примерно… как спичка, полторы. А одна — с две, как минимум. Занимали они там практически всё свободное место, но на солнце, что смотрело прямо в проём, нам было видно — что у задней стены лежат штабелями, плотно увязанные транспортировочными стальными полосами, и уголки разного размера, и трубы, и квадратные с прямоугольными профиля. А, учитывая, что в шагах ворота были порядка шести метров, то и они были такими же.

— Ну как находка? Не даром мы свою кровь тут проливали? — смеясь глазами, но кривясь лицом от боли спросил один из раненых.

— Не даром, не даром. Это уж явно. Мы пока осмотримся внутри, там тесно, и вы можете зацепиться травмированными руками, а вы пока лучше пройдитесь вокруг — может ещё что интересное найдете?

Так и оказалось. И нам достались плюшки. И им. Хотя и не те, и не те, вроде бы, очень ценными не были. Но всё же. Хотя первые их слова нас поразили:

— Тут, сзади, почти в самом конце этой небольшой полянки, с одной стороны россыпь человеческих черепов разной степени обглоданности. А с другой — неплохой родник, диаметром почти с метр. Вода с которого промыла себе русло, и куда-то убегает.

— И сколько их там?

— Ну мы пересчитали, как смогли — от двадцати и до двадцати семи. Точнее с одной рукой малость трудновато.

— Это все?

— Не. Еще сараюшки — пристройки к задней стенке.

— А в них?

— В одном — культиватор и шикарный такой набор всяческого огороднего инструмента. У моего бати и то в разы меньше, хотя он ещё тот «Плюшкин». Там же небольшая бочка и канистра, но с чем — не знаем. А во втором — три генератора, один на колёсиках, а два небольших, переносных, один на другом стоят. Это по одной стороне. По второй — две бочки литров побольше, чем у культиватора, примерно по сотне литров. И две таких же, значит по полста. А на задней стенке, капитальной, три полки с большими автомобильными аккумуляторами. Их там по паре на каждой стоит. И всё соединено в общую систему проводами. А у вас что?

— Жилой отсек. Слева радиорубка с ламповой рацией, разные приборы и детали. За ней — продсклад, хороший такой, выбор просто шикарный, да и количество тех запасов приличное. По правую сторону — из входного тамбура душевая. В основном помещении, полки — нары их пилёного тонкомера, рассчитанные на восьмерых, стол между ними. В торце — печь, но не русская, огромная, а квадратная, но с варочной поверхностью. Много разной посуды — и кухонной и столовой. Под нижней полкой, в ящике — три Нагана, немного патронов, три двухстволки двенадцатого калибра, шесть десятков патронов латунек, и набор для переснаряжения.

— Релоадинга?

— Наверное. А ты откуда такое знаешь?

— Да дед мой Сибирский охотничает до сих пор. Ну и меня таким премудростям учил. И это всё?

— Ага. Там — всё. А в общем — нет.

— Что еще?

— Насколько я слышал, те погибшие, кто попался в зубы сторожу, после того, как зверя оприходуют, на следующий день появляются снова. И вот теперь нужно…

— Кому-то остаться, проконтролировать их, и не дать устроить тут Вавилонское столпотворение…

— Вот именно. Но ими будете совсем не вы…

Оставив одного на Находке, как мы, уже похоронив те останки и уходя дальше, назвали этот маленький островок, двинулись дальше по маршруту. А там… А там был уже ставший привычным микро-архипелаг в окружении охранного скального пояса. Шесть крупных, ну относительно конечно, скал, где были найдены следы ушедших отсюда обитателей, в виде кострищ, давно остывших. И два островка. Оба песчаные, практически безжизненные — особенно меньший, на нем вообще не было ни травинки ни былинки. И второй, размером примерно такой же, как и только что оставленная Находка, только с плавным углублением от краев к центру, где и был найден нами и его склад, и все люди, его