Газлайтер - Григорий Володин

ликантропы. Но есть еще один момент. Когда Ратвер провёл свою террористическую атаку на разумы оборотней в Кремле, то что-то в этом мне показалось знакомым! Конечно! Когда я в первый раз освобождал Лакомку из оков звериных инстинктов — еще при нашем знакомстве, — то на ней было применено очень схожее воздействие — не такое сильное, как у Высшего Грандмастера, но всё же, недаром она так быстро одичала. Допускаю, что ликаны связаны с Ратвером.

— Данила, как найдёшь их логово и пленных, дай знать, я тут же направлю тебе армию сватов…эээ…воинов с тяжёлым вооружением, хоть там у них и сильная магия-шмагия, но после коврового накрытия фугасами, термобарами и объёмно детонирующими боеприпасами, они будут удивлены тем, что померли. Ха-ха-ха, — потирает руки довольный Морозов.

— Когда разведчики определят их дислокацию, Вы первые об этом узнаете.

Надо Деда Досара опять поднапрячь, этот всё отыщет. Князю Юрию — жену, мне — новых подданных. А что⁈ Лакомка — принцесса, вот и коронуюсь. Буду Царь Альвов! Звучит! Никаких, блин, королей, ну их лесом западные ценности! Плюс ещё и Конунг, а это что? Правильно, это уже Империя, вот и буду всем представляться, пожимая руку: Император! Очень приятно! Император!…Мда, а если дочь Лакомки выжила, то я ещё и отцом стану. Правда, дочь в несколько раз старше меня будет. Как говорят рептилоиды — одначе!

— Ну что, Данила? — тяжело поднявшись, князь подходит к серванту и что-то достает оттуда. Обернувшись, он показывает в одной руке бутылку беленькой, а в другой — две граненые стопки. — Отпразднуем наш союз!!

* * *

Утром Маша Морозова тихонько подошла к двери отцовского кабинета. Теперь оттуда не доносилось ни звука, хотя всю ночь отец с кем-то громко смеялся и распевал пьяные песни. Маша давно не помнила, чтобы князь Морозов так буйно гулял. Кажется, после смерти мамы такого и не было ни разу. Только ближе к рассвету неизвестный гость ушел, и дом погрузился в тишину.

Княжна тихонько стучится в кабинет, но никто ей не отвечает. Она осторожно открывает дверь и заглядывает внутрь.

— Папа⁈ — Маша удивленно округляет глаза.

Стол и пол завалены пустыми бутылками водки. Сам князь спит, уронив голову на стол.

— Хмхмхммм, — неразборчиво гудит Юрий Морозов. С трудом подняв голову, он пытается сфокусировать взгляд на дочери. — Маша, ты что ли? Принеси огуречного рассола, солнце.

— Я уже послала на кухню слуг, — кивает предусмотрительная княжна. — Папа, а кто приходил? С кем ты так весело время провел?

— С кем-с кем? Да с Данилой нашим, — князь откидывается в кресле и чешет пышный, сейчас разлохмаченный как веник ус.

— С Даней⁈ — искренне удивляется Маша. Княжна окидывает взглядом кучу бутылок. — И он это всё осилил?

— Хе, еще бы! — фыркает Юрий. — У этого отрока Дар физика. Ему канистра самогона хоть бы хны. В конце концов, я не помню, как он ушел. Видимо, сдал первым.

— А какой повод отмечали? — не может не спросить Маша, и её сердце предательски вздрагивает. А почему бы сейчас и не надеяться? Даня теперь не просто граф, но к тому же иномирский конунг и Глас Царства. Отличная партия для любой благородной: хоть графини, хоть княжны.

— Повод? — князь задумывается на миг, а потом его бородатое лицо расплывается в улыбке. — Да просто Данила обещал помочь мне в одном деле. Не бери в голову, дочка, — предупреждает он готовый сорваться с уст княжны вопрос. — Пока рано об этом говорить. Но надеюсь, всё сложится наилучшим образом.

— Я тоже надеюсь, папа! — радостно восклицает княжна. Она поняла отца по-своему, хотя и была близка к правде. Ведь во время попойки обнадеженный Юрий также предложил Даниле жениться на Маше, а он обещал подумать. За это «подумать» и бахнули десятую пару стопок. Или пятнадцатую?

— Хм, — Морозов замечает листок на кожаном диване. — А что это за бумага?

Маша поднимает документ и читает вслух:

— «Соглашение о сотрудничестве между Морозовыми и Вещими-Филиновыми», — княжна опускает глаза ниже. — «Морозовы обещают финансово и военно поддерживать любые проекты Вещих-Филиновых на Той Стороне, в том числе по открытию и исследованию территорий иномирья. Взамен Морозовы войдут в число акционеров и выгодоприобретателей данных проектов. Первый транш в десять миллионов рублей будет отправлен на следующий день после даты подписания».

— Десять лимонов⁈ — вскидывается князь. — Сегодня я должен отправить деньги Даниле? Когда он успел это набросать?

— Папа, документ полностью написан твоим почерком, — замечает Маша.

— ЧТО⁈

* * *

Погостив у Морозовых, я первым делом возвращаюсь домой — помыться и позавтракать. Эта ночь выдалась трогательная. Князь изливал чувства в пьяных слезах, и мне оставалось только хлопать его по плечу да бахать с ним стопку за стопкой. В итоге я дал ему надежду найти «сестру» Лакомки. В целом раздобыть князю новую вторую половинку не такая уж и проблема, а всего лишь вопрос времени и финансов. Ну а Морозов на радостях давай карябать расписку, что теперь обязательно будет инвестировать во все мои начинания на Той Стороне. Ну а кто против? Я только поддержал Юрия Михайловича. Тем более, что пока все мои проекты действительно оказывались сверхдоходными. А значит, Морозовы только с этого выиграют, как и любые мои союзники.

Сразу после завтрака мы с Дубным отправляемся на другой конец города. Завтра-послезавтра уже вылетать за пресловутом Драконом, и надо бы успеть сделать одно дело.

— Блин, шеф, нам обязательно ехать туда? — волнуется Иван. Он касается своих острых ушей. — Я же теперь дроу. Даже не знаю, имею ли право претендовать на что-то.

— В первую очередь, ты это ты, — замечаю. — А именно — Дубный Иван. Ну и что с того, что ты сидишь в теле дроу? Вон Горнорудова тоже щеголяет не в своем теле. Ей кто-нибудь слово поперек сказал?

— Ладно, я понял тебя, — нервничает Дубный, пытаясь успокоиться.

Когда проезжаем большую транспортную развязку, из динамика над стеклопакетом раздается голос гвардейца:

— Шеф, тревога! Один из новых артефактов засек приближение сильного мага!

— Какой именно?

— Синий обелиск.

Ага, значит, что-то из трофеев Бесчлина всё же сработало. Не зря мы взяли с собой кучу этого барахла.

— Дистанционки активированы, шеф, — сообщает гвардеец.

— Отлично.

Я же принялся считать