Умирать, так с музыкой - Светлана Волкова

Арлетта взревела и так махнула хвостом, что нас снесло воздушной волной. Я одна удержалась на месте и увидела сквозь дым и пар, выпущенные драконом, несколько фигур, окруживших ее. Пригляделась и высказалась куда крепче, чем до этого Флорентин.

Студенты Светлого факультета собрались, чтобы защищать своего ректора.

– Да вы издеваетесь? – Я не хотела нападать на них, хотя лично знала только Сиэля и Эсми, но они пусть и были зомбированными занудами, помогли мне однажды и, в общем-то, не были такими уж засранцами. Мы всего лишь учились на разных факультетах.

– Она сказала, что защищает своих студентов, – вспомнила я. Рядом возникли друзья. Рэнди усомнился.

– От чего бы ей их защищать? Она же сама привела их на бой.

– Наверняка это попытка отвлечь тебя, – присоединилась Мия. – Она снова соврала.

– Не похоже, – покачала я головой. – Она реально верила, что сражается ради своих подопечных.

«Ты всего лишь глупая девочка, которую обманывали так долго, что она придумала свою собственную правду».

А какая она, абсолютная правда? Есть ли она вообще?

– Плевать! – махнула я рукой. – Сможете вывести их из строя, не причиняя вреда?

Рэнди вытащил когти, Мия хрустнула всеми своими ногами, Светка расправила крылья, Ма и Чо стукнулись кулаками, Морис поправил жабо.

– Совсем без вреда не выйдет, – оскалилась Света. – Вижу там пару особо мерзких рож, которым не нравился мой кисель.

– Напомни мне с ней больше не ругаться, – громким шепотом попросил Морис.

И ребята пошли вперед.

– Стойте! – им наперерез вдруг кинулся Сорамару. И не только он: с ним пришли Ли Вэй, Айзек, призрачная девушка из озера в лесу, еще какие-то незнакомые мне люди, лица которых почему-то казались знакомыми. – Что за молодежь пошла? В наши годы никто не кидался в бой с голыми руками.

Ли Вэй согласно подпрыгнул, и мы оказались в кольце, но угрозы я не чувствовала. Напротив, стало легко и как-то спокойно.

– А как же ваш договор? – услышала я голос Лайза. Сорамару пожал плечами.

– Миллхаус сейчас не в состоянии нас контролировать, – ответил он. – Нас, связанных им душ, которые должны принести ему победу.

– Хватит трепаться, – прервал его Ли Вэй. – Времени мало.

И они все раскинули руки. В тот же миг вокруг нас образовалось светящееся кольцо, сияние ослепило, но когда я проморгалась, то почувствовала себя просто невероятно!

– Круто! – воскликнул Рэнди и, встряхнувшись, вдруг стал выше, тощее тело покрылось жгутами мышц, руки удлинились, а когти превратились в ножи, которыми можно как рыть землю в поисках пропитания, так и шинковать то, что пропитанием еще не стало. Морис выпустил сразу восемь щупалец, и они вытянулись на много метров, готовые ловить и пеленать каждого, кто рискнет приблизиться.

– Теперь мы их сделаем! – Светка поднялась на задние лапы и расправила крылья. Больше не ошибка природы, а прекрасный древний зверь. Тело Мии изменилось сильнее всего – теперь она была огромным пауком с девичьим телом.

Бламс заметила это и ринулась добивать Миллхауса, пока ее студенты выступали живым щитом, но я верила – мои друзья разберутся с ними, а потом… Потом нам всем нужно будет просто поговорить.

Наконец Миллхаус очнулся и выдал длинный столб дыма, который скрыл от нас его и Арлетту. Но также я перестала видеть и что происходило вокруг. На помощь пришло тепловое зрение, и я убедилась, что с моими друзьями все в порядке. А Дрей, обхватив лапами шею Бламс, душил ее из последних сил.

– Это нормально? Они и правда убьют друг друга?

– Разве ты не собиралась сделать с ними то же самое? – спросил Флорентин, осторожно накладывая повязки на особо поврежденные места на коже Куросаки, завернутого в его пижонский плащ. Куратор шипел, но мужественно терпел боль.

– Если они оба умрут, я так и не узнаю правды.

– Тогда кому ты хочешь помочь?

– Даже и не знаю. Они на нас напали, но это как-то неправильно.

– Ох уж эти человеческие эмоции, – вздохнул Флорентин. – Пусть сами разбираются, лезть сейчас туда – полнейшее самоубийство. Я не знаю, что происходит в голове у Бламс, но небольшая прочистка мозгов ей не повредит. Тем более силу она использовать еще минут пять не сможет.

– Из-за выстрелов?

– Ага, они блокируют энергоканалы примерно минут на пятнадцать, – инспектор проверил обойму, – а патронов больше не осталось.

К нам подошел до конца разморозившийся Лайз, принявший человеческий облик и успевший одеться, и встал рядом.

– И как теперь? – спросила я.

– Ну извини, я считал, что спасти тебя важнее, чем остановить двух обезумевших рептилий, – развел руками Флорентин, а Лайз бросил на него раздраженный взгляд. – Без обид, я не претендую.

Арлетта освободилась от захвата Миллхауса и снова вцепилась ему в шею. Он завопил и завертелся волчком, стараясь скинуть ее с себя.

– Мне кажется, она все-таки откусит ему голову, – заметил Флорентин.

– Она обещала, – подтвердил Куросаки.

– Драконы – существа очень живучие, – Лайз вглядывался во вновь заволокший поле перед нами пар.

– Если бы они стали выяснять отношения между собой, это полбеды. Но они втянули в свою разборку еще и факультеты, пострадало множество непричастных. А вот это уже преступление, – по старой привычке заключил Флорентин. – Но, к счастью, арестовывать их придется кому-то другому.

Я была с ним согласна: одно дело – один на один, а другое – когда толпа на толпу. Но вселенная явно решила, что нам не хватает острых ощущений. Кладбище ощерилось ямками, и со всех сторон полезли знакомые зеленые корешки.

– Мы окопали убежище! – доложил мне бригадир этой команды.

– Молодцы, – похвалила я корешков.

– Тогда приступаем к спасению, тудыть их! – корешок бодро нырнул вниз, и я не успела спросить, кого они собрались спасать. Однако ответ пришел сам. По драконше открыли огонь из булыжников, а потом в ход пошли надгробия. И как бы дико это ни выглядело, успешная атака матрагор дала Миллхаусу время на маневр. Его шея казалась еще более измочаленной, но он сверкал золотым пламенем, злобно дымил и, по всем признакам, умирать не собирался. Золотой дракон развернул крылья и зарычал так, что нас опять снесло в сторону.

Из клубов пара