Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

— Хорошо, — как-то отстранённо отозвалась она.

— Всё, я уехал по делам. Пати, хорошо считаешь, я прямо удивлён.

— Это несложно, — смутилась она. — Вот папа, он действительно хорошо считает, а только учусь…

Колокольчик над дверью прозвенел, говоря о новом посетителе. Это был немолодой мужчина, богато одетый, но не маг. Взъерошенный, словно носился по всему городу в поисках кого-то или чего-то. Я немного посторонился, пропуская его к прилавку. Кивнул Гуин, чтобы нашла повозку для Пати. Она ответила незнакомым жестом, сложив пальцы так, словно пыталась показать кролика и загнутые когти. Затем поспешила выйти. Надо будет спросить, что означает этот знак.

Мужчина посторонился, чтобы выпустить Уни, затем подошёл к стойке.

— Милая девушка, я Вас очень прошу…

— Мази для роста волос нет, — отрезала София резковато, но быстро смягчила тон. — Действительно, нет. И не было никогда. Я её сама в глаза не видела. Госпожа Диас…

— Мне к Пресветлому Зираллу на приём попасть проще, чем к госпоже Диас, — мне показалось, что он сейчас рухнет на колени от бессилия, но не физического, а морального. — Сказали, что в ящерицу превратят, если я ещё раз на территорию академии попытаюсь войти. Не могу я два года ждать.

— Уважаемый, — решил вмешаться я, — зачем так драматизировать? Не было мази, вы ведь как-то терпели.

— Да я бы и терпел, — он вздохнул. — Но дочь у меня, после того несчастного случая… Только другой отец может понять меня. Мы через всю империю ехали, если бы вы видели тот восторг и надежду в её глазах…

— Вы из провинции? — спросил я.

— Да, — он кивнул, не спеша при этом называть имя.

— Я могу Вас понять, — улыбнулся я. — Потому и придумал эту мазь. Герцог Хаук моё имя.

— Герцог? — он округлил глаза, словно перед ним предстал сам император.

— Ваша дочь далеко?

— Ждёт меня в повозке, — ответил он.

— Вам повезло, у меня с собой есть лекарство. Познакомьте меня с ней, — я взял его под локоть, а то он мог так и стоять пару минут, то ли пытаясь поверить своим глазам, то ли наоборот.

На противоположной стороне улицы действительно обнаружилась наёмная повозка со скучающим кучером. Сидя под просторным плащом он незаметно достал бутылочку вина, приложившись к горлышку.

— Не переживайте, я действительно герцог Хаук, — сказал я, когда он оглянулся на лавку, от которой мы отходили. — А вон кровожадные асверы, которые меня сопровождают. К сожалению, я не знал, что встречу Вас, поэтому не захватил символ власти.

— Как я могу не поверить, — быстро сказал он, поймав взгляд Виеры и её напарника. — Это же сразу, почти сразу понятно. Эрна, милая…

— Сам, — я отмахнулся от приставной ступеньки, легко забираясь в открывшуюся дверь повозки. — Доброго дня.

— Здравствуйте…

В повозке сидела мила девушка лет двадцати. Сложно определить возраст, когда рядом маг, при этом достаточно сильный. Внешний вид зачастую обманывает. Прямые чёрные волосы, спускающиеся чуть ниже плеч, небольшой серебряный ободок, чтобы они не мешали и не падали на лоб.

— Это герцог Хаук, — сказал мужчина, не ставший подниматься следом. Внутри и так было тесно. — Он придумал ту самую мазь, за которой мы гоняемся все эти дни.

— Не надо, не надо, — я остановил её жестом, чтобы она не пыталась кланяться или ещё что-то в этом роде. — Ваш отец говорил, что после несчастного случая у вас проблемы.

Она кивнула и каким-то обречённым жестом потянула за прядь волос. Парик упал вместе с ободком и заколками.

— Кхм, да, — немного опешил я, видя абсолютно лысую голову. — Разрешите.

Я взял её за руку, повернул ладонью вверх. Другой рукой порылся в кармане и достал бумажный кулёк с конфетами. Хотел угостить принцесс по случаю. Одну из конфет положил на ладонь девушке, применяя заклинание.

— Это лекарство, очень вкусное, кстати, — улыбнулся я. — Вечером намажьте голову гусиным жиром. Можно повторить завтра. И волосы начнут расти через пару дней. Первое время быстро, а потом медленно, как и положено. И не отчаивайтесь, всё будет хорошо.

Девушка положила конфету в рот, прикрыла ладонью, почувствовав жгучий мятный вкус. Я кивнул ей и вышел на улицу.

— Сколько мы должны Вам за лекарство? — спросил мужчина. Немного судорожно вынул из кармана перстень с драконьим глазом.

— Дорогая вещица, — удивился я. — Оставьте. Будем считать это добрым делом и дружеским шагом. Останьтесь в городе на пять дней. Если волосы не начнут расти, то найдите меня в поместье Хаук в Новом городе. Но, уверен, всё будет хорошо. Нет, нет, перстень не возьму, не обижайте.

— Спасибо Вам, — он низко поклонился. — Спасибо.

Махнув рукой, я поспешил к своей повозке, запрыгивая внутрь, всё так же не дожидаясь ступеньки. Поняв намерение, что нужно ехать к дворцу, Ивейн прикрикнула на лошадей.

— Да уж, — вздохнул я, глядя на Диану. — Нужно быть либо откровенной сволочью, либо перестать чувствовать чужие эмоции.

— Можно закрыться, — сказала Диана.

— Нет, нет, в эту крайность я впадать не хочу. Тогда чувствуешь себя ущербным. Кажется, что тебя ослепили, лишили слуха и по голове хорошенько врезали.

— А травы для магов? — спросила она, задумчиво глядя на меня. — Ты так много для них делаешь.

По-моему, она впервые об этом спросила. Рикарде, помнится, я объяснял.

— Диана, — я пересел к ней, толкнул плечом. — Почему я слышу такие печальные нотки в твоём голосе? Но при этом совсем не слышу намерений. Травы… Травы — это способ отжать у магов немного золота. Конечно, не лунный порошок, можно жить и без него, но попробовав один раз, хватит ли у них силы воли отказаться? Для многих — это как глоток воздуха. А для нас рычаг, с помощью которого можно манипулировать. Это сейчас вы для них злобные и кровожадные твари. А пройдёт лет двадцать, и они станут вежливыми. Настолько, что будут называть тебя госпожа Диана.

— Не надо, чтобы они называли меня госпожой. Лучше будет, если они все исчезнут.

— Эти так просто не исчезнут. Их можно только измором взять. Ты лучше думай, что они и без вас неплохо справляются. Убивают себя грязной магией, превращаются в калек. Каждый раз, когда используют магию, можно порадоваться, что они расплачиваются собственным здоровьем.

— А ты… ты не перейдёшь на их сторону? — она очень серьёзно посмотрела на меня. — Я… не хочу быть на их стороне, но я ведь на твоей…

— Ну, — я обнял её за плечо, чувствуя, как она напряжена. — Нет, на их стороне я никогда не буду. Не хочу, да и не могу.