Право кулинарного мага - Александра Логинова

Тик-так, — он пришел за тобой. Тик-так, — тебе не сбежать. Крышка серебряных часов захлопнулась с оглушающим, почти могильным звуком.

— Ты? — граф фон Крафт сузил дрожащие веки, глядя мне за спину.

Туда, откуда подкралась дьявольская опасность! Сам воздух наполнился предвкушением смертельного исхода, содрогаясь в нетерпении. Тик-так, — минутная стрелка сделала последний шаг, и на моё плечо опустилась холодная мужская ладонь.

«Поищи себе другую цель, шакал», — Марк с нечеловеческим равнодушием очертил границу языками пламени между мной и разъяренным инженером. Шатер загорелся мгновенно! Игнорируя испуганные вопли мерзавца, барон потянул меня за рукав наружу, рисуя в воздухе запечатывающие литеры.

— Погоди, он же не сгорит?

«Не сгорит». Бр-р-р-р! Наждачные слова тесаком прошлись по мозгам, поцарапав череп изнутри. Какая гадость эта их мыслесвязь, превращающая серое вещество в холодец.

Паникующие визги взвились в воздух, стоило нам покинуть горящую юрту. Со стороны дворца мчались уставшие коллеги, на бегу обмениваясь ошарашенными взглядами — горело не студенческое пристанище, а шатер уважаемого начальника. Белая печать не даст огню перекинуться на соседние палатки, а скорая подмога вытащит Августа из пепелища. Да и сам он маг не слабый, выкрутится.

— Марк, тебя же посадят за поджог и покушение! Как ты вообще узнал, что я там?

Вместо ответа мужчина большим пальцем отогнул рукав моего платья. Вот… паразиты!

— Когда они успели на меня «жучок» повесить? Ну, Лорен, погоди у меня! Додумался же, гений… Нет, правда гений, от пары вопросов насторожился, как настоящий разведчик. Получается, ты слышал весь разговор?

— Не только он, — Грант змеем проскользнул в испуганной толпе, пристроившись слева. — Все слышали. Жюри спешно переписывает протокол, ища виноватого.

Ух, мсье фон Крафта ждет въедливое разбирательство, если его откровения записаны на артефакт. Куча свидетелей, почти пострадавшая в моем лице и признание в целой серии грязных историй, пока остающихся для меня за кулисами. Надо же, я думала, после аттестации наступит спокойная жизнь, а лепка только начинается!

Вытрясу из ушей это жуткое тиканье часов, паразитом разъедающее внутренности, и обязательно придумаю, как отомстить сволочному инженеру за пять минут нервотрепки.

— Мастер, я вам так благодарна, — сбивчивые речи посыпались горохом. — Понимаете, я даже не думала… Нет, конечно, обязана была догадаться, все же на ладони, только люди крепки задним умом. Спасибо за помощь… Ха-ха, я снова «дама в беде». Мастер?..

Барон еле заметно улыбался, лавируя вместе со мной к кулинарному остову. В чем-то он прав, оставлю благодарности на потом. Впереди уже выстроились девушки, смиренно поснимав с себя передники. Министры, секретари и прочие важные шишки прятали растерянные взгляды под насупленными бровями. Можно понять их смятение, внимание мужчин витает вокруг начальника магомолекулярной инженерии, открыто озвучившего свое влияние на жюри. А тут надо собраться и довести аттестацию до конца, приняв суверенный вид, отрицающий авторитет графа.

— А, мадам, вы как раз вовремя, — мсье Фирс смущенно покашлял в кулак. — Поздравляем, пятеро ваших студенток успешно прошли кулинарную аттестацию. Мы долго совещались о количестве баллов, но каждая из них перешагнула порог.

— Пятеро? — земля медленно уплыла из-под ног.

— Вы не подумайте! — покрасневший министр активно замахал руками. — Это вовсе не из-за графа фон Крафта. С ним будет отдельное разбирательство, гарантирую. Но и без его слова жюри единодушно пришло к выводу, что меню мадемуазель Катверон не дотягивает до стандартов кулинарной магии.

Янита, девочка моя… Прости меня.

Дернувшаяся Эсми открыла рот, но мгновенно заткнулась, получив острым локтем под ребро. Хроническая неудачница взирала на наши перекошенные лица с легкой полуулыбкой, будто заранее готовая к подобному исходу.

— Также мы были вынуждены снять несколько баллов за испорченную посуду и продуктовое расточительство, замеченное наблюдателем в процессе готовки, — извиняющимся тоном продолжил министр. — По окончании аттестации с вами должны обсудить продление трудового договора. Не думаю, что возникнут проблемы, все-таки учеба мадемуазель давно стояла под вопросом, её неудача — не ваша вина.

Моя! Тысячу раз моя. Если талантливый студент провалился на экзамене — это вина наставника, не сумевшего огранить выпавший на его долю алмаз. Как теперь смотреть в глаза пожилой садовнице и её жизнерадостной внучке?

— Ну-ка, девонька, покажи, что накашеварила.

Мать честная, что ни минута, то новые потрясения! По «коридорчику» шла целая свита во главе с графом фон Вальтером — пожилым, полностью седым мужчиной, ведомым под руку сыном. Лео не столько вел отца, сколько путался под ногами, забегая вперед и одаряя окружающих боязливо-виноватыми взглядами. Боязливыми, но в то же время крайне решительными, стоило мелькнуть желтому платью в поле зрения.

Оглядев собравшихся повелительным взглядом, мужчина самовольно отломил ложкой бисквит и вцепился в десерт крепкими, отнюдь не старческими зубами. Не смеющие пискнуть члены жюри затаили дыхание.

— Сладко. Проклятая, значит, — граф пожевал губами, одарив Яниту тяжелым взглядом. — Не было печали. Очередной уличный котенок, свалившийся на мою голову от бестолкового… Гхм. Ладно, разберемся.

Как женщина, пять минут назад избавленная от навязанного кавалера и на своей шкуре ощутившая всю тяготу чужого беспардонного «сватовства», я не могу не вмешаться.

— Ваша светлость, талантливая кулинарка — счастье в доме.

— Да? — мужчина слегка опешил, прислушиваясь к моему шепоту.

— Зуб даю. Женщина, способная без магии отделить белки от желтков и перетереть творог через сито, заслуживает вашего одобрения.

Хотя бы один роман в стенах летнего дворца должен закончиться благополучно!

Эпилог

— Так всё и было, — соврала я, не моргнув глазом, глядя на низкого плюгавого мужчину.

Королевский инспектор недоверчиво заглянул в материалы дела, сверяясь со свидетельскими показаниями. Ага, знаю я, что там понаписали: никто в целом замке и понятия не имел, чем промышлял уважаемый аристократ, все в глубоком некультурном шоке. Особенно мужчины старше семидесяти, среди которых Август ещё вчера был самым рукопожатным коллегой.

— Правильно ли я понимаю, что граф фон Крафт оказывал на вас эмоциональное давление с целью склонить к личным отношениям, руководствуясь?..

— Собственными деструктивными порывами, основанными на чувстве безнаказанности. Прошу отметить, приемы мерзкого шантажа применялись не только ко взрослым людям, но и к студентам, включая кадета Юнга.

Мрачный и воспитательно выпоротый кадет тихонько сидел в прострации, покачиваясь из стороны в сторону аки игрушечный болванчик. Сначала с нами беседовали индивидуально, потом решили допросить скопом, растягивая время до прибытия более родовитого лица, чем Август. Технически в действиях инженера нет состава преступления, максимальное наказание — мелкое дисциплинарное взыскание. Созванная комиссия по этике хотела было замять дело, но взбудораженная волна вынесла на берег любопытные подробности. За полвека карьеры начальник всех инженеров успел