Симбионт 2 - Валерий Михайлович Гуминский

— Потрошить меня приехал, — мрачно ответил я.

— Не паникуй раньше времени, — отец вздохнул. — Если же ситуация сложится таким образом, что нужно будет пойти на условия Шуйского — соглашайся. Я тебя одного не оставлю. Ритуал извлечения проведём официально, под контролем независимой стороны. У князя Шуйского больной сын, и симбионт, скорее всего, предназначался для него. Поэтому мы можем требовать от канцлера всё, что угодно. В разумных пределах, конечно…

— Я подумаю, — не хотелось разочаровывать отца. Допускаю, что Шуйский не станет потрошить меня, если я добровольно соглашусь на изъятие симбионта. Но как же тогда моё слово, данное майору Субботину? Ведь обещал найти ему «подходящее» тело, а на деле выходит — предам?

— Подумай, сын. Я на тебя не давлю, но обстоятельства требуют осторожности и разумности. Воевать с канцлером даже безумец не станет. А мы же понимаем всю серьёзность ситуации…

— Да, пап, постараюсь быть разумным, — я улыбнулся. — Спасибо за информацию.

— Держись, Мишка. Мы тут тоже не сидим на месте. Спокойной ночи…

— Спокойной ночи, — ответил я и отключился.

— Тёзка, я уже тебе говорил: если сильно прижмёт, не ломай голову и не пытайся принести в жертву свою жизнь, — прошелестел голос Субботина. — В конце концов я не умру, а всего лишь переселюсь в другое тело.

Я услышал смешок майора. Не унывает тёзка, всегда позитивен. Такое отношение к происходящему вызывает уважение.

— Главное, мы выяснили, что за нами охотится канцлер Шуйский, — ответил я, покручивая в руках огненный ятаган. Машинально выполнил «восьмёрку», и только потом спохватился, что могу попортить мебель. Перестал насыщать руку энергией, и клинок вернулся к своему первоначальному размеру. — Это серьёзный противник. Отец недаром поменял свою позицию и хочет, чтобы я сдал тебя. Но меня волнует один вопрос: а для чего тогда он готовит «ангелов»? Если судить по Луизе — программа очень дорогостоящая, требует постоянного вливания больших денег. Он же не закрыл её!

— То есть ты не хочешь отдавать меня? — поинтересовался Субботин.

— Хочу сначала встретиться с господином Галкиным, прощупать его позицию.

— А девчонок спасать будем?

— Конечно. Это даже не обсуждается.

— Отлично, а то я совсем закис, — усмехнулся майор и затих.

Наученный горьким опытом, я решил не расставаться с ножом. Он себя прекрасно чувствовал под футболкой, прикреплённый к сбруе. Да и мне спокойнее. В любой момент могу превратить ритуальный клинок в полноценное оружие, а в остальное время он не привлекает ничьего внимания.

— К Луизе схожу, — предупредил я Ваньку, который валялся на своей кровати и пялился в телефон.

— Что-то ты к ней зачастил, — Дубенский с удивлением поглядел на меня. — С Маринкой решил завязать?

— У меня с Ирмер деловые отношения, — сухо ответил я.

— Ага, деловые. Это психология, брат. Вас обоих едва не застрелили, вот на эмоциях вы и сблизились… Ладно, Мишка, не дуйся. Хочешь с Луизой встречаться, ради бога. Я же не против.

— Ладно, психолог, я ушёл.

Луиза действительно была в халате и с кружкой чая в руке. Она кивнула приветливо и посторонилась, пропуская меня в комнату.

— Я тебе варенье принёс, — показываю пол-литровую банку с малиновым вареньем.

— Отлично! — обрадовалась Луиза. — Поставь на стол. Если хочешь чай, наливай себе. Вода в чайнике горячая.

— Спасибо, меня Ванька напоил и накормил.

Я привычно сел на табурет и поглядел на аккуратно застеленную кровать Веселины. Стало немного не по себе. Хотелось верить, что девушка жива, и мы сумеем спасти её, как и других несчастных, мающихся в страхе и ужасе в подвале неизвестного нам Мустафы.

— Галкин — личный секретарь канцлера Шуйского, — сев на свою кровать, сразу же выложила результаты своих поисков Луиза.

— Я уже знаю, — улыбаюсь в ответ, хотя смешного мало. — С отцом разговаривал. Он подтвердил, что Галкин встречался не только с градоначальником Оренбурга, но и разговаривал со старшим следователем Мирским. Игорь Евсеевич ведёт моё дело по «Сакмаре-плаза». Кстати, знаешь, какое прозвище у секретаря? Басаврюк.

Луиза хмыкнула. Господина Гоголя она явно читала.

— Что-нибудь ещё интересного Александр Егорович сказал?

Я не стал говорить, что Басаврюк встречался и с Оленёвыми. Такие сведения неминуемо потянут за собой опасные расспросы. Любая неосторожная фраза про ритуал возвращения к жизни может выйти боком, и нашу семью призовут к ответу. Святая Церковь очень не любит культы и ритуалы, связанные со смертью, призывами демонов и прочей нечисти. Очень не хочется видеть, как возле нашего дома однажды появится боевой отряд монахов. В этом случае — однозначно эшафот, только после судебного разбирательства, а то и пыток. Это не шутка. Пытать будут с особым тщанием.

Луизе я доверял, но всегда следовало исходить из мудрой пословицы: что знают двое, знает и свинья.

— Отец одобрил встречу с Галкиным. Но сначала я должен убедиться, что его информация точная. Кстати, у тебя получилось проникнуть на сервер Мустафы?

— Да, удалось, и к камерам подключилась, — кивнула рыжая. — У него большой двухэтажный дом, довольно обширный внутренний двор. Есть подвал. Но вход в него, скорее всего, находится внутри дома. Очень много мужчин. Подозреваю, что это нукеры Мустафы, его личная гвардия и охрана. Атаковать усадьбу нельзя. Нас там перестреляют как куропаток. Поэтому остаётся только тот способ, что мы обсуждали. Нужно проникнуть на «Карлыгач». Кстати, а как переводится это слово?

— «Ласточка».

— Такое красивое название, а какие грязные делишки творятся на этом судне! — едва слышно скрипнула зубами Луиза, и соскочив с кровати, подошла к столу. Долила в кружку кипятка и открыла банку с вареньем. Зачерпнула ложкой гущину и отправила в рот. Застонала от удовольствия, да так, что у меня мурашки по спине пробежали. — Какая же вкуснотища! Спасибо, Миша. Это же настоящий антидепрессант!

— Угощайся на здоровье, — улыбнулся я. — А Нарбека ты не видела?

— Видела этого козла. Мелькнул один раз, но мне хватило узнать его. Значит, девочек действительно у Мустафы прячут… Миша, помнишь наш разговор на стадионе, когда я заинтересовалась твоими возросшими физическими возможностями? Я долго думала, анализировала, сопоставляла разные странности, и пришла к мысли, что ты всё же не проходил рекуперацию, но каким-то образом твоё тело модифицировали. У тебя не было ни единого