Сиротинушка казанская - Квинтус Номен

На самом деле трудиться мужикам меньше не придется, просто труд у них другой в ТОЗах будет. Ведь чтобы повышенные урожаи получать, нужно поля удобрить, а это — тоже труд довольно непростой. И мужики, в ТОЗы не вступившие, видели, что в них народ даже больше работает, хотя и не так тяжело, так что большого наплыва сельского населения в такие «колхозы» в восьмом году не случилось, хотя численность участников ТОЗов и подросла. Почти вдвое подросла, но если «по головам» считать, то к ним меньше четверти миллиона хозяйств присоединились. Тут еще и тот фактор сработал, что Саше удалось продавить принятие царского указа о том, что выйти их ТОЗа мужик мог не ранее, чем через пять лет после вступления в него, да и то, подав заявление об этом за два года — но он этот указ «продавил» потому, что в колхозах он в следующем году запланировал «большое строительство», которое быстрее просто не окупится.

И термин «колхоз» он сумел в этот указ пропихнуть, исключительно из соображений ностальгии, но ведь он теперь собирался и «суть под термин» поменять. А так как в этих колхозах колхозники в целом должны были руководителю (тоже теперь называемому «председателем») подчиняться, то уже в начале марта довольно много мужиков получилось на задуманное строительство и мобилизовать.

В принципе, строительство не самое сложное: в деревнях и селах мужики приступили к постройке кирпичных зданий, в которых ближе к лету будут устанавливаться небольшие электростанции. А электростанции — это и свет в домах (что мужикам, как показала практика, доставляет массу удовольствия, хотя концепцию платы за электричество они воспринимали с большим трудом. А еще — это возможность создания в деревнях разных дополнительных производств. Не сразу, а в будущем, но в будущем уже обозримом…

Посевная в восьмом году прошла довольно успешно, и особенно успешно она прошла как раз в колхозах и в «переселенческих» деревнях. Даже в «киргизской степи», где все же довольно много земли успели обсадить кустами. И Саша все же узнал, как за год вырастить полутораметровую карагану: оказывается, она очень неплохо размножается черенками, и если взять черенок годовалый, то еще через год как раз такой кустик и вырастет. Но чтобы так желтую акацию выращивать массово, все же очень много народу требовалось в питомники нанимать, так что в основном ее выращивали из семян, хотя в основном именно в питомниках. А еще оказалось, что и «рассаду» из лесов очень не зря в степь возили, и теперь там можно было уже всерьез хлеб начинать выращивать, тем более что с конвейеров пошли и гусеничные трактора, в степи очень наглядно показывающие преимущества этой конструкции — но основной прирост полей пока шел в Сибири и на Дальнем Востоке. А там же, на Дальнем Востоке, и рост численности полезной (в плане пожрать) скотины самый большой наблюдался, ведь теперь можно было и все молоко на месте переработать, а потом его без проблем отправить туда, где за него люди платить готовы.

А когда есть много продуктов и рабочий у станка не думает о том, как бы ему и членам его семьи не помереть с голоду, этот рабочий может и сделать куда как больше всякого разного полезного для народного хозяйства. Например, очень недорогие, но вполне приличные винтовки…

Насчет производства винтовок Саша успел договориться еще с Мозафереддин-шахом, причем договор был о том, что компания Андрея в Иране выстроит завод по изготовления самих винтовок и еще завод уже патронный. Но пока эти заводы строились, винтовки для армии Ирана поставлялись из России, причем винтовки были несколько… непатенточистыми: раньше там использовались Манлихеры, и компания для Ирана изготавливала точно такие же, но с клеймами на фарси. А чтобы австровенгры по этому поводу не возбухали, конструкцию винтовок слегка так поменяли, «приставив» туда магазины уже от русской трехлинейки, так что строго формально винтовка эта была уже «собственной иранской конструкции».

Завод был достроен и запущен еще прошлым летом, но вот с местными рабочими там пока были серьезные трудности и оружия с него поступало в армию маловато, так что уже сын Мозафереддин-шаха Мохаммад Али Шах пописал новый контракт на дополнительную поставку в течение двух лет еще ста тысяч «русских» винтовок. У Саши с ним отношения довольно неплохие сложились: перс был сильно польщен тем, что «русский переговорщик» почти свободно говорил на фарси (со странным акцентом, но скорее забавным, нежели неприятным для персидского уха), а еще он помнил, как он же два года назад сильно помог его отцу справиться с нарастающими волнениями в столице. Причем помог не подавить их, а просто «устранить причину»: тогда этот русский господин просто пригнал в каспийский порт большой пароход с сахаром, повышение цен на который, собственно, волнения и вызвали — и народ, вместо того, чтобы поддержать жуликоватых торгашей, поддержал правительство, которое «сохранило низкие цены».

И ведь отец нынешнего шаха как раз по рекомендации Волкова назначил тогда сына «министром внутренней торговли», а Волков очень хорошо объяснил самому Мохаммаду Али, как обустроить казенные торговые точки так, чтобы простой люд их сам уже защищал. Ну и чтобы казна с них получала очень приличный доход…

В марте, когда Саша вернулся из очередной своей поездки в Тегеран, царь, мягко говоря очень недовольный тем, что в Иране творила компания Розанова, снова пригласил его к себе «на беседу» — и вот тут уже Валерий Кимович смог «продемонстрировать» свое «мастерство переговорщика»:

— Нам, Ваше величество, Персия в качестве колонии вовсе не нужна.

— Так она британской колонией станет!

— Нет, если мы поможем Персии стать государством сильным. И тогда она очень нам поможет в спорах с Англией, которая, между прочим, к нас на юге уже изрядно гадит. Персы прикроют наши южные границы, бунтов, британцами инспирируемых, уже не станет. А вообще персы — народ благодарный, они о том, что мы им поможем, не забудут. И даже напротив, при нужде и нам изрядно помочь смогут. Но это даже не главное.

— А что тогда главное?

— Сейчас в Европе назревает серьезная война, и кто против кого воевать станет, пока не очень-то и ясно. Но ясно одно: когда война такая случится, первой развалится Османская империя — и вот если Персидский залив станет полностью персидским — а без нашей помощи Мохаммад Али Шах этого сделать не сможет, то тут уже выгоды для России будут