"Фантастика 2026-101". Компиляция. Книги 1-26 - Виталий Конторщиков

Я не мог допустить, чтобы с ними что-то случилось.

— Что тебе от меня надо? — спросил я у старика, не скрывая своего презрения.

Внутри всё кипело. Этот урод посмел взять в заложники людей, которые стали мне дороги.

— Что же ты вот так сразу к делу? — посетовал он, качая седой головой с наигранным разочарованием. — Как же чаю попить, познакомиться, потолковать по душам? Молодёжь нынче такая нетерпеливая, всё куда-то спешит.

— Мне твои знакомства не сдались, — честно ответил я. — Особенно после всего того, что ты сделал.

— Что я сделал? — он поднял седую бровь, изображая искреннее удивление.

Так я и поверил.

— Устранил тех, кто хотел убить тебя, между прочим. Рисковал своими людьми, тратил ресурсы. Немного благодарности не помешало бы, юноша, — посетовал он.

— С чего ты взял, что имеешь право решать, кому жить?

— Почему нет? — старик развёл руками. — Мы живём в свободном мире, где каждый волен выбирать сторону, какая ему по нраву. Хочешь — сражаешься за людей до последней капли крови. Хочешь — уничтожаешь своих же. Свобода воли — это основа нашего мироздания.

Он говорил это легко. Словно речь шла о выборе блюда в ресторане, а не о предательстве всего человеческого рода.

— Так у нас разговор явно не склеится, — старик упёр руки в бока.

Все его движения выглядели уж слишком театральными. В то время как в глазах я видел холодный расчёт.

Он развернулся и направился к открытой двери. Не оглядываясь, не проверяя, иду ли я следом. Абсолютная уверенность в том, что никуда я не денусь.

И он был прав, что бесило больше всего.

Я прошёл за ним в помещение. Ведь не мог оставить свою команду с ним наедине.

Передо мной открылась огромная лаборатория. Столы с оборудованием тянулись рядами, мониторы мерцали графиками и цифрами, какие-то приборы гудели. Провода змеились по полу, уходя к центральной консоли в дальнем углу.

Вся моя команда сидела за одним из лабораторных столов. Глаза закрыты, лица расслабленные, безмятежные. Словно они спят в положении сидя.

— Видимо, твои друзья очень устали, — хмыкнул старик. — На чай не останутся.

Хотя никакого чая тут и в помине не было. Ни чайника, ни чашек, ни обещанных пирожных. Впрочем, чего ещё ожидать от человека, который триста лет водит всех за нос. Я в эту любезность с самого начала не поверил. А потому присаживаться не собирался.

— И кстати, ментальный маг может убить человека одной командой. Хоп! И мозг уже мёртв, — улыбнулся он, явно обозначая, что команда в заложниках. — А ты-то, может, чаю хочешь? — нарочито вежливо спросил он. — Меня, кстати, Михаил Илларионович зовут. Можно просто Михаил, для друзей.

Михаил Илларионович. Хах, так я и поверил!

Триста лет в бегах, и он представляется как сосед по даче. То ли настолько уверен в себе, что ему плевать. То ли имя фальшивое, как и всё остальное в этом месте. Скорее второе.

— Учитель, — сказал я. — Вот твоё имя.

Улыбка старика дрогнула, но не исчезла.

— Этот псевдоним дали мне в ФСМБ, — он поморщился, словно раскусил что-то кислое. — Он мне не нравится. Слишком приземлённо, без фантазии. Могли бы придумать что-нибудь поэтичнее!

— Знаешь, мне всегда было интересно спросить, — я решил потянуть время. Нужно было понять расклад, оценить силы, найти слабое место. — Почему такие, как ты, предают человечество? Что тебе пообещала эта тварь?

— Тварь? — он вскинул брови. — Ты про Повелителя Разума, что ли?

Я кивнул.

И тут старик рассмеялся. Его смех эхом прокатился по лаборатории.

— Ты ошибаешься, мальчик. Ты всё перепутал, — он вытер выступившие слёзы. — Не он мне пообещал, а я ему. Я его к тебе и отправил, чтобы узнать, насколько ты готов.

Если он не лжёт, то договор предателей человечества с тварями из других миров имеет совершенно другой вес.

— Оказалось, что ты вообще не готов. Придётся действовать более убедительными методами, — его холодный взгляд скользнул к моей команде. Как у мясника, выбирающего тушу на рынке.

— Ты их не тронешь, — мой голос стал ледяным. — Иначе я тебе голову отсеку.

— Вот и пошли угрозы, — тяжело вздохнул старик. — А я по-доброму хотел. По-человечески, как в старые добрые времена.

Он демонстративно присел на стул, закинул ногу на ногу, сложил руки на коленях. Всем своим видом показывал, что меня не боится.

Мы уже не раз сталкивались с ментальным влиянием и от людей, и от монстров. Я знал главное правило: устрани источник — и контроль спадёт. Марионетки придут в себя, верёвочки оборвутся.

Источник сидел передо мной. Расслабленный, самодовольный, уверенный в своей неуязвимости.

Я активировал навык без предупреждения. Круговой пространственный разрез направился прямо на шею старика.

Но лезвие врезалось в щит. В энергетический доспех, обволакивающий тело как вторая кожа. Невидимый, но непробиваемый.

Моя атака просто растворилась. Исчезла без следа, словно капля воды на раскалённой сковороде.

Старик даже не вздрогнул. А я остался в лёгком недоумении.

— Я знаю все твои приёмы, Глеб, — он снисходительно улыбнулся. — Можешь даже не пытаться — ничего не выйдет. Я наблюдал за тобой с самого начала. С того момента, как ты получил Дар, я не спускал с тебя глаз.

Он поднялся, отряхнул несуществующую пыль с колен.

— Ежели захочешь загнать меня в портал и выбросить где-нибудь в жерле вулкана — меня перехватят раньше, чем я упаду в лаву. Ты уже понял, что у меня много последователей, — улыбнулся старик.

— Понял, — процедил я. — Есть целитель, который отбирает Дары. Это как минимум.

А ещё были Чёрные ученики. Я уже давно сделал вывод, что они, несмотря на схожесть в названии, на Учителя напрямую не работали. Заключили отдельную сделку, получили силу сущности, но действовали из своих интересов.

Иначе они бы не пытались меня убить. Ведь Учитель преследовал другие интересы.

— Если ты, как говоришь, всё это время оберегал меня, — продолжил я, желая удостовериться в выводах, — то почему твоя тварь давала силу тем, кто хотел меня убить? Почему ты с ними не разобрался и оставил это мне?

— А, ты про этих горе-наёмников? — старик снова рассмеялся. Чем-то он напоминал безумного учёного из плохого кино. Только я понимал, что он играет. У него было триста лет, чтобы отточить мастерство.

— Ты так и не ответил на вопрос.

— Ты уже набрал достаточно силы, — он пожал плечами. — Я хотел посмотреть, как ты их уничтожишь.

Его улыбка стала шире. И совсем не внушала доверия, скорее вызывала неприязнь.

Он слишком много рассказывает. Слишком охотно