Фантастика 2026-59 - Любовь Оболенская

хватит себя накручивать. Дети дома, Юлия Сергеевна в своей спальне, гвардейцы на постах, а Грох отдыхает на изнанке. Нужно учиться расслабляться и отпускать ситуацию.

Даже если отправлюсь на полигон и загоняю себя до смерти, сильнее я от этого не стану. Во всём нужны регулярность и контроль. Ну и дисциплина, без этого никак.

Лучше каждый день по чуть-чуть заниматься, чем за день выложиться по полной. К тому же, я регулярно тратил силы на восстановление защиты поместья. За день уже трижды мой источник восстанавливал энергию, которую я тут же тратил на «паутину», повреждённую некромансером.

Вот и сейчас я занялся порванными нитями, цедя по капле силу в нужные участки. Потратил на это больше получаса и открыл глаза только после того, как услышал голоса Бориса и Виктории. Дети спускались по лестнице, а бабушка молча сидела напротив меня.

Взгляд Юлии Сергеевны не отрывался от моего лица. Когда он наткнулся на мой, старушка вздрогнула и облизала пересохшие губы.

— Ты сможешь простить меня? — едва слышно спросила она, не оглядываясь на смех детей, доносившийся из холла.

— Возможно, — сказал я, не став ничего обещать. — Но с доверием будет сложнее.

— Я понимаю, — выдохнула она с облегчением.

Ей было достаточно того, что наши отношения вообще можно восстановить. Каким бы равнодушным ни было моё лицо, бабушка точно знала, какие эмоции я испытываю. Она чувствовала моё разочарование, злость и усталость, взвинченность и жажду силы. Уж кому, как ни ей, знать все оттенки эмоций.

Юлия Сергеевна хотела сказать что-то ещё, но в гостиную ворвались мои брат с сестрой. В комнате сразу стало шумно, и на губах бабушки появилась добрая улыбка.

Я тоже улыбнулся Боре и Вике и встал, чтобы пройти в столовую. Не успел я сделать и двух шагов, как мой телефон огласил гостиную звоном.

— Слушаю, — ответил я, не глядя на экран.

— Ваше сиятельство, это Пётр Михеев, — услышал я голос одного из гвардейцев. — Я тут на посту, что на въезде на наши земли.

— Что случилось, Пётр? — поторопил я его.

— Тут к вам гости пожаловали, — чуть тише сказал гвардеец. — Приглашения не было, от вас приказы тоже не поступали, вот я и решил спросить, что делать.

— Что за гости? — уточнил я.

— Князь Максим Борисович Давыдов с сыном, — выпалил Михеев.

Глава 22

— Князь Давыдов, значит, — я глянул на бабушку и задумался.

Мне ничего не мешало послать князя куда подальше. В свете недавних нападений я имел на это полное право. Однако, прямых доказательств у меня не было.

Разве что можно было предъявить тело бастарда князя. Но пойди ещё докажи, что он не просто умом тронулся и пошёл вырезать соседей. Ушлый князь точно найдёт, как себя оправдать, а вот мне придётся развязывать полноценное расследование с привлечением дознавателей. Оно мне вообще не нужно.

— Ладно, пропускай, — сказал я наконец гвардейцу, который явно выдохнул с облегчением. Обрадовался, что не придётся самого князя на подступах разворачивать.

Это мне, графу и стражу врат, можно что-то противопоставить аристократам, а простой народ — люди подневольные. Разозлится князь, и мало никому не покажется. Но я своих людей подставлять не собирался.

— Ужинайте без меня, — обратился я к детям, которые дожидались, пока я поговорю. — Срочные дела.

— Кто там, Костик? — поинтересовалась бабушка.

— Давыдов с сыном, хотят поздравить новоиспечённого главу рода Шаховских, — я усмехнулся. — А иначе с чего бы им в вечернее время по соседям кататься?

— Будь осторожен, — бабушка поджала губы. — Князь давно на политической арене, могут быть провокации.

— Разберусь, не впервой, — отмахнулся я и вышел из гостиной.

Встречать незваных гостей я решил на крыльце, в дом их пускать совсем не хочется. Да и время позднее, по местному этикету я могу позволить себе такие вольности. Вот если бы Давыдовы приехали с утра, было бы неприлично оставлять их на улице.

Через десять минут в ворота проехали три автомобиля. Один из них был похож на модернизированный вездеход — более плавные линии, светлые диски и молочного цвета металл вместо привычного тёмно-серого. Думаю, что и салон там отличается от обычных внедорожников, но желания проверять это у меня не было.

Первым у крыльца затормозил вездеход, из которого выскочили три гвардейца. Окинув меня взглядами, мордовороты встали рядом с хозяйским автомобилем. Вторая машина сопровождения затормозила чуть дальше, закрывая князя сзади.

Занятно тут аристократы в гости ездят. Будто к войне готовятся, а не поболтать по-соседски. Хотя, если так подумать, боятся — значит уважают. На моём лице сама собой растянулась ухмылка.

Один из гвардейцев князя открыл заднюю дверь модернизированного автомобиля, и из него вышел собственно князь Максим Борисович Давыдов. Этого мужчину я видел впервые, хотя фотографии в сети дали мне представление о его внешности.

Высокий, статный, на вид около шестидесяти, хотя для магов возраст — просто цифра. Волосы с сединой на висках и темени были уложены в пробор с левой стороны. На полном лице выделялись мясистые губы и мягкий подбородок.

А вот глаза князя, глубоко утопленные в глазницы, смотрели на меня остро и живо. Продолжая сверлить меня колючим взглядом, Давыдов изобразил подобие улыбки и сделал несколько шагов мне навстречу. И только теперь из салона вывалился с ленивой небрежностью княжич, с которым я уже встречался у стены.

— Доброго вечера, граф, — кивнул мне князь. — Рад, что нашли для меня минутку.

— И вам доброго вечера, князь, — в той же манере ответил я. — Боюсь, что вы угадали — у меня действительно не так много времени, чтобы достойно вас встретить. Время позднее, а у меня много незавершённых дел.

У князя дёрнулась щека, но он быстро взял себя в руки. Ожидал, что я буду лебезить перед ним? Ну что ж, мне не жаль его разочаровать.

— Узнаю привычную манеру Шаховских, — сухо сказал Давыдов. — Вижу, что Валерий воспитал сына под стать себе.

— Вы правы, воспитание в нашем роду стоит на первом месте, — я намеренно пропустил шпильку князя и посмотрел на него в ожидании. Он мой взгляд понял, но зачем-то продолжил тянуть время.

— Что ж, поздравляю с назначением, — неохотно проговорил князь. — Став главой рода, вы должны были получить положение о проведении испытания его императорского величества.

— Совершенно верно, — чуть улыбнулся я. — Пётр Григорьевич Лутковский об этом позаботился.

— Сам канцлер? — удивлённо переспросил князь, но тут же погасил эмоции. — Впрочем, к вымирающим родам особое отношение.

— Вы хотели что-то обсудить? — прямо спросил я, почти нарушив местный этикет.

Мне надоело стоять и изображать гостеприимного хозяина. К тому же,