Вечно голодный студент 5 - RedDetonator

Возвращаюсь в пассажирский отсек и сажусь на своё место.

— Что говорит⁈ — спросил Щека.

— Послал нахуй! — ответил я. — И сказал, что на трассу садиться не будем, так как там какая-то хуйня разбросана!

— А-а-а, ладно! — сказал Щека.

— Пристегнись! — приказал я. — Всем пристегнуться! Будем садиться в поле!

Все остальные сразу же попристёгивались.

Раньше в пассажирском салоне были относительно удобные кресла — по словам Фазана, это был самопал, типа, колхозного тюнинга, для комфорта пассажиров.

Но затем мы демонтировали все кресла и срезали крепления для них, ради экономии веса.

Потом в салон вернули эти ебучие алюминиевые лавки с ремнями — неудобно, зато не весит почти нихрена.

А ещё специалисты Фазана ободрали нахрен внутреннюю обшивку и теплоизоляцию, чтобы дополнительно облегчить самолёт.

И если бы не вкачанный «Термоконтроль», я бы сейчас чувствовал то же, что чувствует Вин, укутавшийся в брезент — лютый холод.

Из-за разбалансировки массы, наш Ан-2 часто потряхивало, что решилось с помощью рационального рассаживания пассажиров.

«Ну, будет, что вспомнить», — подумал я, застёгивая ремень. — «Полёт на ободранном самолёте, в компании тяжёлых мужиков, сжимающих в руках свои рюкзаки и дрожащих, как осиновые листья».

Но мы, так-то, уже прилетели, и осталось только благополучно приземлиться…

Фазан, зачем-то, включил красную лампу.

Наверное, это нужно для придания драматичности тому, что будет дальше.

Ан-2 пошёл на снижение, из-за чего я очень сильно напрягся.

«Вряд ли мы сдохнем из-за аварийного приземления, но хотелось бы обойтись без травм», — подумал я. — «Хотя, если нас польёт авиационным бензином…»

Вероятность сдохнуть в результате неудачной посадки, явно, выше нуля.

Моя жопа испуганно сжалась, а я вцепился в рюкзак и посмотрел на канистры, закреплённые под лавкой на противоположной стороне салона.

Авиационный бензин Б-91/115, блин, охуенно горит, раз его заливают в самолёты…

И тут, в самый неожиданный момент, когда напряжение достигло предела, произошло касание земли и самолёт подскочил.

— БЛЯ-Я-ЯДЬ!!! — раздалось из кабины пилота.

Самолёт начало мотать из стороны в сторону, а я не сводил глаз с канистр с бензином.

— СУКА, БЛЯДЬ, НАХУЙ!!! — орал Фазан. — ПИЗДА, ПИЗДА, ПИЗДА, ПИЗДА!!!

— Он справится! — не очень уверенно выкрикнул Щека.

И, действительно, самолёт постепенно выровнялся и его перестало колбасить, а затем ход замедлился.

— ФУХ, БЛЯДЬ!!! — донёсся из кабины облегчённый возглас.

Самолёт окончательно остановился и я, наконец-то, выдохнул.

— Капец… — произнёс я и расстегнул ремень. — Не самый лучший опыт…

— Кажется, я чуть не обосрался… — поделился с нами Вин.

— А что эту у тебя ползёт по штанине? — с усмешкой спросил у него Череп.

Вин опустил взгляд, но ничего не обнаружил.

— Ха-ха, бля, — с саркастическим выражением лица изрёк он.

— Ну, господа, нахуй! — сказал Фазан, выйдя в пассажирский салон. — Вот настолько мимо пизды пролетели!

Он показал примерно полусантиметровое расстояние между указательным и большим пальцами.

— Чуть прямо в неё не залетели, но опыт, сука, тьфу-тьфу! — воскликнул он. — Что сидим, господа⁈ Надо подготовить самолёт к повторному вылету, а затем спрятать так, что сам боженька с небес не увидит! За работу!

Глава двадцать четвертая

Штурмовые действия

*Российская Федерация, Тамбовская область, в лесу, 4 октября 2027 года*

— Ты как, Фазан? — спросил я, возвращая «Грач» в кобуру.

Стрелять мне не пришлось — всё решилось благодаря Черепу, который вбил в затылок накинувшемуся на Фазана лютику бронебойное лезвие.

— Я в порядке, — ответил Фазан, поднимаясь на ноги и отряхиваясь.

— Тушите этих угольков! — крикнул Майонез. — Если начнётся пожар, нас тут же обнаружат!

Лютик пришёл к нам не один, а в составе стаи из семи голов.

Двоих я положил лично, с помощью электронитей, а остальных перебил Щека, с помощью основной способности. И во всех случаях жертвы загорелись, что грозит нам проблемами.

Подбегаю к ближайшему трупу лютика, основательно взявшемуся огнём, хватаю его за хвост и тащу к ручью.

Мы предвидели, что эти сволочи атакуют, поэтому выбрали удобную локацию для встречи. Теперь ручей послужит средством для пожаротушения.

Лютик, попавший в ручей, сразу же зашипел.

«Килокалорий дохрена, горят отлично, блин…» — подумал я, вглядываясь в белое облако пара.

Остальные стащили к ручью оставшиеся туши лютиков и тоже бросили их в воду.

— Вон там какая-то хуйня горит, — указал я на куст в паре десятков метров к югу.

— Я потушу! — вызвался Вин и побежал в ту сторону.

— Жаль, что стрелять нельзя… — посетовал Щека. — Так бы было гораздо меньше возни…

Мы, согласно карте, недалеко от Тулиновки. Сильно вряд ли, что там сейчас живут люди, потому что это практически в лесу, а тут живность кишмя кишит, но если там кто-то есть, то о стрельбе быстро узнают в Тамбове.

Нам это не нужно, поэтому мы решаем наши проблемы со зверьём с помощью способностей.

«До Тулиновки примерно километров пять», — мысленно прикинул я. — «Винтовочные выстрелы услышать можно. Да и даже просто стрелять в лесу — это такая себе идея. Так точно привлечёшь окрестных зверей и будешь стрелять ещё больше. А в небе могут быть дроны со звуковыми сенсорами».

В общем-то, мы уже близко к Тамбову — осталось не более двадцати километров.

— Заканчиваем тут, — сказал я, застёгивая кобуру с «Грачом». — Туши пусть лежат — нам недосуг возиться с мясом. Мы уже близко. За мной — след в след.

Тамбовцы знают об опасности этого леса для их обороны, поэтому иногда тут встречаются минно-растяжечные заграждения.

Кое-где можно увидеть следы сработавших мин и растяжек, в виде измочаленных взрывами деревьев и чьих-то обглоданных костей, но такие заграждения имеют обрывочный характер.

Замысел организаторов понятен — у них не было желания делать этот лес совсем непроходимым, потому что тогда звери будут слишком часто подрываться, а это лишняя шумиха и возня.

Поэтому, вместо сплошного перекрытия, они выбрали наиболее удобные для людей маршруты и перекрыли их густыми минными «насаждениями» и хитрыми растяжками.

«Не зря я взял с собой дополнительные УЗРГМки…» — похвалил я себя.

На всякий случай, чтобы было чем инициировать трофейный тротил или иную взрывчатку, которая может встретиться на моём пути, я взял с собой полтора десятка УЗРГМ-2, пять из которых имеют мгновенное действие.

Мы уже трижды останавливались у обнаруженных минно-растяжечных заслонов и я тратил время на снятие гранат и тротиловых шашек.

Суммарно, мы приватизировали около дюжины килограммов в тротиловом эквиваленте — из гранат, в основном, РГД-5, но не без Ф-1, а из шашек преобладали 200-граммовые, но не без 500-граммовых.

Гранаты, с помощью привезённых запалов, были превращены в нормальные, а потом я распространил их среди всех.