Игра Хаоса. Плата за верность. Книга двенадцатая - Алексей Рудольфович Свадковский

— Твоя доля, — уточнил я.

Девчонка немало поспособствовала нашей победе и честно заслужила свою часть трофеев. Та, согласно кивнув, убрала протянутое к себе в сумку, а я торопливо направился к щели, скрывающей путь наверх, больше не отвлекаясь на поиски добычи. Сомневаюсь, что здесь есть, что брать. Да и не до поисков сейчас. Главная награда — это своя жизнь и возможность ее сохранить в будущем.

Нога болит и плохо слушается, несмотря на выпитые зелья, а малейшие попытки пошевелить левой рукой отзываются болью в спине — я не стал просить Тай блокировать ощущения, чтобы трезво оценивать свои возможности. Так, что у нас здесь? При ближайшем рассмотрении нужный нам проход оказался относительно неглубокой, но высокой щелью, сужающейся кверху. А в ее глубине пристроилась ажурная винтовая лестница, ползущая куда-то вверх, к едва видимой для глаз черной дыре. От одного взгляда на внешне хлипкую конструкцию и бесконечные ступени становилось дурно.

Слегка прихрамывая, не обращая внимания на боль и прочие мысли, я начал быстро карабкаться по узким неудобным ступеням. Шаг, еще шаг, Мистра не отстает, идя следом. А в сортировочном цеху тем временем развернулось целое действо: сотни мелких тварей, похожих на плохо слепленные между собой куски угля, прыснули изо всех углов просторного зала, повылазили из куч обломков и начали поглощать, втягивать в себя остатки Привратника, черной грудой высившейся в центре. Там, внизу, разгорелась нешуточная борьба, похожая на ту, что мы уже видели наверху. Прислужники быстро росли в размерах, а тут еще наконец-то прибыла и порядком подзадержавшаяся партия големов, что активно включились в общую свалку. Только на этот раз ни о каком мирном поведении речи не шло: то один, то другой уродец лишался конечностей, а то и вовсе осыпался углем, добавляя остальным энтузиазма.

Похоже, в Кузнях скоро объявится новый Привратник. Одна из тварей уже попыталась нацепить на себя пояс, но была растерзана двумя големами поменьше. Да наплевать, все, что меня волновало — это поскорее убраться отсюда.

— Рэн!!! — девушка, отвлекшись на события внизу, сделала неосторожный шаг, споткнулась и начала падать вниз, чудом зацепившись рукой за шар-навершие, что были с равными промежутками установлены на перилах. Тот неожиданно прокрутился под ее рукой, и ступеньки под нами дернулись, сами собой переместившись вверх на полвитка лестницы.

Схватив Мистру здоровой рукой, я помог той сохранить равновесие, а затем пристально уставился на шар, что привел в движение ступени. Хм, интересно… Пара манипуляций, поворот назад, мы вернулись на прежнее место, прокрутить вперед — ступени вновь поползли вверх и остановились. Отлично! Выкрутить шар до упора, чуть нажать, и лестница-эскалатор затащила нас на самый вверх, оставив далеко позади нешуточную драку между теми, кто жаждал стать главным.

Тонкая дверь-диафрагма раскрылась, стоило потянуть ручку-стопор на себя. Перед глазами показался длинный проход, обшитый безликими металлическими листами серебристого цвета. Астральный взгляд не показал ничего подозрительного, а фата в ответ на мой вопросительный жест отрицательно мотнула головой. Шаг вперед, ничего не происходит. Еще один, тишина. Уже смелее я начинаю двигаться вперед, Мистра осторожно следует за мной, так же настороженно оглядываясь по сторонам. Но со временем успокаивается, так как ничего особенного вокруг не творится, просто унылый, однообразный переход.

У меня же появляется время немного подумать. Как-то не соответствует реальность ожиданиям. Судя по рассказам про эти Кузни, тут должен быть филиал ада похлеще всей остальной Бездны. Все-таки этот домен один из старейших, а бог из мастеровых, но пройти в него оказалось как-то… до банального просто. Приветственный звон вначале, конечно, произвел впечатление, но потом все ужасы и сложности как отрезало. Я слышал, что тут в цехах должен быть изнуряющий жар и дикая аура места, такая, что даже просто идти тяжело. Ожидал, что нам придется прорываться к Гефесту или красться по миллиметру, обходя всех и вся.

А что в итоге? Нас фактически просто занесли внутрь. Ни врат, ни, будем честны с собой, серьезных стражей. В Акш’дхар, даже с учетом всей предварительной подготовки нага, проникнуть было сложнее… Да и Привратник как-то слишком иронично ухмылялся на мое утверждение, что хозяин будет рад меня видеть. А сам бой? Ленивый и неспешный, будто меня пытались отпугнуть, а потом выдали трофеи как подачку…

Додумать, чем все это нам грозит, не вышло — труба-переход закончилась. Вот просто взяла и закончилась, как будто ее обрезали огромным ножом. Вокруг еще стальные стены, а впереди какая-то глушь. Ну что ж, можно и так, мы не гордые.

Под ногами хлюпает грязь, тут и там попадаются бочаги с мутной водой, от которой тянет тиной, кочки с неопрятными пучками травы. Какие-то растения пытаются тянуться к тусклому серому небу, чахлые деревья и кусты все кривые, но с упорной желтоватой зеленью листов, даже живность с насекомыми имеется. Я заметил пару ящериц и рой комаров, попытавшихся опробовать нас на вкус, но не сумевших прокусить снаряжение. Похоже на обычное болото, по которым я не раз ходил, будучи проводником.

— Как ты думаешь, где мы? — с сомнением спросил я у фаты, также в растерянности оглядывающейся по сторонам. — Это все еще Бездна?

Может, неведомый мне бог, недовольный нашим здесь присутствием, устал терпеть и вышвырнул нас из Бездны? Или Гефест, решив не тратить на нас время, избавился таким образом от нас и своего обещания? И тогда все, что нам осталось — это лишь немного подождать, пока Двойная Спираль не притянет меня назад, а Мистру, если согласится, будет достаточно просто поместить в рабский куб… Ради такого я был бы готов сидеть в болоте хоть месяц, даже в компании комаров, они всяко лучше, чем демоны.

— Рэн, боюсь тебя огорчить, но да, это все еще Бездна, — грустно покачала головой девушка. — Я чувствую здесь ее ауру, пусть и слегка приглушенную.

— Жаль, — ответил я, с тоской смотря на такие живые, обычные деревца. Затем взглянул на небо. И если над нами оно было обыкновенным, серым, как в любой пасмурный день, то вот по краям, ближе к горизонту, довольно близкому, кстати, уже начиналась ночь, причем со всех сторон одновременно. Странно. А труба-проход и вовсе выглядела инородным куском, появившимся здесь будто