Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Почему… почему госпожа мать так меня не любит? — Ранхаш захлёбывался слезами и, выдавив вопрос, разрыдался пуще прежнего. — Зачем я родился, если… если… — он прерывисто вздохнул, захлебнулся и уткнулся личиком в рубашку Шидая.

Тот крепко-крепко обвил его руками и прошептал:

— Я очень счастлив, что ты родился. И дедушка Шерех, и бабушка… Твоё рождение сделало счастливыми нас.

Он запомнил. Шидай криво улыбнулся. Некогда острое и болезненное воспоминание, неизменно вызывавшее обиду за горе маленького Ранхаша, впервые отозвалось радостью. Он запомнил…

Экипаж тряхнуло и снесло в сторону. Майяри швырнуло на харена, Шидай сочно выругался, дико заржали кони, раздался оглушающий хруст, и карета, завалившись набок, впечаталась в стену ближайшего дома. Всё это произошло за какие-то несколько секунд, Майяри даже не успела испугаться, только сердце заполошно скакнуло и мелькнула мысль о щите. В следующий миг она поняла, что лежит на харене, обнимающем её обеими руками, а сверху над ними нависает господин Шидай. Мужчины одинаково настороженно прислушались, затем лекарь, лежащий сверху, распрямился и распахнул дверцу, ставшую люком в «потолке». Наружу он выскользнул так стремительно, словно и не валялся всю прошлую ночь в бреду, и через пару десятков секунд опять свесился внутрь, чтобы подхватить Майяри под мышки и вытащить из экипажа. Господин Ранхаш вылез и, ступив на мостовую, пристально осмотрелся. Майяри запоздало испугалась и невольно шагнула за спину господина Шидая.

Перепуганные кони уносились прочь по улице, волоча за собой выломанные оглобли. С мостовой, ругаясь на чём свет стоит, поднимался изрядно помятый кучер. Сам экипаж лежал за их спинами без одного из передних колёс и с треснувшей крышей. Местечко было какое-то глухое: узкая улица и ряды плотно прижатых друг к другу домов, часть из которых стояли к улице «спиной». И ни души. В окнах светились огонёчки, но, похоже, из-за мороза и уже темнеющего неба горожане предпочитали отсиживаться рядом с тёплыми очагами. Впрочем, с крыш и из проулков начали выскальзывать тёмные силуэты. Они сперва изрядно напугали Майяри, но потом она узнала среди них Рладая.

— Что здесь было? — тут же обратился к нему харен.

— Мы не знаем, господин, — оборотень выглядел обескураженным. — Ваш экипаж почему-то снесло в сторону, перевернуло и протащило. Мы никого не видели.

Никого не видели? Майяри похолодела, наконец-то почувствовав то, что игнорировать было просто нереально: силу. Чужую. Могучую. Тёмную. Вздрогнув, девушка медленно развернулась и уставилась на утопленный во тьме проход между домами.

— Майяри? — Шидай настороженно уставился туда же и принюхался.

Тьма шевельнулась, словно клубы дыма, разошедшиеся под порывом ветра, и от стены дома отделилась высокая фигура, облачённая в длиннополый кожаный плащ с капюшоном. Во рту пересохло, внутри было вскинулся ужас, но Майяри задавила его и заставила себя остаться на месте. Хаги. Перед ней был хаги. Её всё-таки нашли.

— Назад, — услышала она голос харена и бездумно повиновалась, отступив. И замерла.

Майяри словно заново увидела окружающих её оборотней, харена и господина Шидая. Осознала, что в домах рядом с ними кто-то живёт. И что эта тесная улица сейчас станет полем боя. Её «семья» никогда не думала об осторожности.

Девушка медленно выступила вперёд, поравнявшись с хареном и господином Шидаем.

— Тебе сказали назад! — прорычал лекарь, не отводя взгляда от противника.

— Это хаги. Он пришёл за мной.

Мужчины одновременно посмотрели на неё, а затем опять на мужчину — ширина плеч не давала усомниться в его поле, — остановившегося в половине сажени от стены, с которой ранее сливался.

— Ты уверена? — засомневался Шидай.

Майяри не ответила. Что ещё могло понадобиться хаги от них?

Едва уловимую дрожь она почувствовала раньше всех. Точнее, она почувствовала спущенную лавину силы, мгновенно заполонившую весь воздух и проникнувшую в землю. И выставила щит.

Тишина разорвалась странным гулом, словно бы столкнулись две волны и, отхлынув, увлекли всех присутствующих в водные глубины. В ушах зашумело и забулькало, воздух дрогнул и помутнел, и оборотни попадали наземь. Устояли только Майяри и хаги. Девушка ошарашенно моргнула. Такого сильного хаги она ещё никогда не встречала. Его сила ужасала, в какой-то миг Майяри даже подумала, что щит не выдержит, и мелькнула предательская мысль, что ей не спастись. Но её быстро вытеснила другая — им не спастись.

Бросив взгляд на напряжённо ссутулившихся господина Ранхаша и господина Шидая, Майяри быстро начертила носком сапога печать Безволия и призвала силы. Оборотней как ветром сдуло. Всех. Неумолимая сила хаги стащила их в одну кучу, кто-то из мужчин закричал, но большинство просто выругались, тут же вскочили на ноги и было бросились вперёд, но их окружила мутная, почти непрозрачная стена, на поверхности которой то тут, то там вспыхивали дымчато-алые символы.

Ранхаш сбросил с себя кого-то и метнулся к стене. Та упруго спружинила под его ладонями, но не пропустила. Мужчина в ярости застучал по ней кулаками и заорал:

— Майяри!

Сомнений в том, кто именно упёк их в эту ловушку, а точнее схрон, у него не было.

Шидай оказался рядом и сразу же начал прощупывать стену, но под его пальцами она даже не пружинилась и казалась каменно-твёрдой.

— Засранка! — не удержался лекарь и, развернувшись к остальным оборотням, спросил: — Маг есть?

Один из мужчин неуверенно поднял руку.

— Но у меня очень мало сил, — предупредил он.

— Сейчас любой сгодится, — сквозь зубы процедил Шидай. — Иди сюда.

Майяри не стала оборачиваться и смотреть на схрон, за стенами которого метались размазанные силуэты. Всё её внимание сосредоточилось на противнике.

Тот склонил голову, словно бы оценивая девушку, и та неспешно сбросила с плеч шубу. Хаги, чтобы управлять своими силами, совсем необязательно двигаться, но она же ещё и маг, и знает кое-что из хаггаресского арсенала. Пусть она слабее, но возможностей у неё больше.

Выйдя на середину улицы, чтобы за спиной не было домов, и переместив схрон, чтобы он не оказался на поле боя, Майяри замерла, выжидательно смотря на хаги. Противник немного подумал и шагнул следом за ней, словно бы принимая намечающиеся правила боя. Едва он сделал последний шаг, разворачиваясь к девушке, как брусчатка всколыхнулась и, разбрасывая снег и лёд, широкой волной взметнулась к Майяри. За миг до того, как взбесившаяся мостовая добралась до неё, девушка выставила перед собой руку и мягко будто бы прикоснулась