Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

Не успели вывороченные из мостовой камни опасть, как они опять взметнулись в воздух, но уже по желанию Майяри, и со свистом полетели в мужчину, чтобы опять столкнуться с невидимой стеной. Но девушка уже сделала следующий шаг. Ногой она быстро начертила печать Дрожи, землю так тряхнуло, что с крыш посыпался снег. Противник покачнулся, Майяри торопливо нарисовала в воздухе хаггаресский знак Цепей.

Этого хаги точно не ожидал. Попытавшись отступить, он лишь завалился набок, не в силах шевельнуть ни ногой, ни рукой. Но голову поднять смог, и Майяри показалось, что из-под капюшона на неё уставился пронзительный взгляд.

Мир сотрясся, и девушка, не устояв, грохнулась наземь. Недолго её Цепи продержались. Хаги медленно встал в вихре камней и промёрзлой земли и наконец показал всю свою силу. Майяри просто прижало к земле, по стенам ближайших домов побежали трещины, и девушка едва успела обратиться к своим силам, чтобы не позволить противнику погрести и её, и жителей под руинами. Уже обеими руками она нарисовала на земле хаггаресские символы Жара и Ярости и щедро добавила к силам мира и свои. Земля под ногами хаги затлела, но он просто набросил на неё собственную силу, туша ею, как водой, занимающийся пожар.

Но он отвлёкся, и Майяри смогла подняться на ноги. Брошенная карета взмыла в воздух и с грохотом обрушилась на то место, где мгновение назад стоял хаги. Мелкие осколки злым роем впились в его плащ, но мужчина раздражённо отмахнулся от них, и «осы» уже пылающими огоньками устремились к Майяри. Земля под ногами той натужно застонала, взбугрилась, и в воздух, с хрустом ломая промёрзшие слои, взмыл огромный ком. Искры-огонёчки безвредной трухой осыпались с него, но девушка не торопилась с ответным шагом.

Напряжённый противник ожидал удара с любой стороны, но скрытая за висящей в воздухе глыбой Майяри словно бы вовсе исчезла.

Ранхаш в очередной раз ударился о стену в тщетной попытке пробиться наружу. Стена мялась, но не выпускала. Шидай вместе с магом пытались что-то делать, но попытки были откровенно неудачными. Лекарь злился всё сильнее, а под ногами дрожала земля, из-за стен доносился жуткий грохот. Даже рассмотреть ничего нельзя было, и это злило ещё больше.

В стену прилетело что-то тяжелое, и от удара та дрогнула и пошла волнами, ненадолго прояснившими её поверхность и открывшими взглядам жуткую картину сражения: висящие в воздухе камни, вздыбленная земля, огонь, летящий в хаги экипаж и мрачная Майяри, под ногами которой угрожающе бугрились остатки мостовой.

— Они весь город разнесут! — прошипел Рладай.

Ранхаш опять бросился к стене. Страх заставлял его раз за разом повторять бесплодные попытки. И меньше всего он думал о сохранности города. Печати на груди запекло так сильно, словно к коже прикоснулись калёным железом, но Ранхаш не обратил на это внимания. Ему показалось, что стена поддалась ещё чуть-чуть, и он налёг сильнее, чувствуя, что действительно проваливается в вязкую густоту зачарованного воздуха. Слуха коснулся потрясённый вздох Шидая, и Ранхаш наконец-то вывалился наружу.

— Господин! — Рладай придержал покачнувшегося лекаря, и тот обессиленно навалился на него.

— Моя магия… — просипел он, — всё подчистую…

Выпав наружу, Ранхаш бухнулся на колени, но вскакивать на ноги не поспешил.

Майяри стояла под прикрытием огромной глыбы мёрзлой земли, на поверхности которой что-то очень торопливо чертила. К появлению харена девушка уже почти закончила и, нанеся последние символы, легонько толкнула глыбу вперёд. Та сорвалась с места так стремительно, словно бы её спустили с крутого склона, но хаги даже не шелохнулся. В первые несколько секунд.

Снаряд, несущий на себе несколько хаггаресских символов, легко прошил все его щиты, и мужчина всё же шарахнулся. Но поздно. Глыба рванула, будто бы её начинили взрывным порошком, и в воздух взметнулись обломки и туча пыли, на которую распался снаряд. Майяри не стала дожидаться, пока та рассеется, и топнула ногой. Дрожь в очередной раз всколыхнула покорёженную землю, но не успела она преодолеть и половины пути, как замерла, и в следующий момент Майяри просто отшвырнуло.

Девушка кувыркнулась по земле, но почти сразу же вскочила на ноги, сверкая глазами, как разъярённая кошка, и сплёвывая кровь. Ранхаш огромным усилием воли задавил страстное желание броситься к ней и перевёл взгляд на её противника, всё ещё скрытого туманом пыли. В голове начал выстраиваться план. Пока Майяри отвлекает хаги, ему, Ранхашу, нужно подобраться к нему ближе.

Пыль развеял резкий порыв ветра. Мужчина уже стоял на ногах. Плащ его был изодран осколками, а капюшон слетел с головы, открыв взорам всклоченную голову с тёмно-русыми волосами до плеч. Пряди были обрезаны очень неровно и выглядели крайне небрежно, но вряд ли бы кто-нибудь когда-нибудь обращал на это внимание. Лицо их обладателя затмевало всё.

Первая мысль, мелькнувшая в голове Майяри, когда она увидела левую половину лица противника, вызвала волну облегчения: этот посланник не от её «семьи». Они никогда бы не обратились за помощью к тем, кого презирают. По скуле мужчины к уху и дальше ниже по челюсти, прямо по очертаниям костей, тянулась светло-голубая блестящая полоса. Майяри охватила испуганная оторопь. Мужчина окончательно выпрямился и тяжело посмотрел на неё. На лбу тускло блеснуло голубоватое пятно, заползающее на бровь и вроде бы глаз: Майяри показалось, что ресницы у хаги на внешнем уголке левого глаза светлее.

Тёмный хаги.

Она ещё никогда не видела никого, похожего на него.

Чудовищная, жуткая, тёмная сила… необъятная сила! Страшная сила…

Девушка с трудом оторвала взгляд от пятен окаменевшей плоти на лице противника и вгляделась в мужчину. Сердце тяжело шевельнулась, и Майяри накрыло странное чувство узнавания. Она была уверена, что не встречала этого хаги раньше, но в его лице определённо было что-то знакомое. Высокий лоб, прямой тонкий нос, решительный подбородок, тёмно-карие глаза… Глаза!

Мужчина склонил голову набок в отчётливо знакомом жесте, и сердце Майяри ухнуло вниз.

— Тихо-тихо, — шептал брат.

Девочка знала, что если их поймают, то брату очень сильно влетит, но обережные монетки на платке позвякивали против её воли.

Тёмный коридор сменился тупиком с небольшой нишей на высоте чуть более половины сажени. Брат отдал маленький светильник сестре и, уцепившись за край ниши и помогая себе ногами, кое-как туда забрался. Несколько минут дрожащая от страха девочка слышала только неясные шорохи и вздрогнула, когда раздался скрежет. Вниз, сияя улыбкой, свесился брат. Короткие, всего-то до плеч, волосы словно платком