"Фантастика 2026-187". Компиляция. Книги 1-21 - Роман Романович

себя. Я уже знала, что я блондинка, но и предположить не могла, что у меня такие дивные синие глаза, прямой нос, высокие скулы, нежные, чётко очерченные губы. - Офиге-еть… Красивая какая, - провела пальцами по тонкому шраму у виска, впрочем, совсем не портивший картину. Тут вспомнились слова Итти о моей внешности, и я снова рассмеялась. Нет, Шайя определённо была невероятно привлекательной девушкой, да, без пышных форм, высокая, но… В моём мире она могла без особых усилий стать лицом обложки Vogue.

Настал черёд душевой, лейка забилась известковым налётом, я ковыряла её полчаса, пока не пошла нормальная струя. Кафель оттирала сантиметр за сантиметром. Несмотря на свой дар, сил приложить пришлось изрядно.

Отмыв полы, прошла в основное помещение, стянула постельное, кинула в душевую кабину, стирка шла последним пунктом. Протёрла кровати, стены, пол и смахнула пыль со шкафа.

Мокрое бельё отнесла наружу, развешала на верёвке, которую растянула между деревьями. Соплеменники смотрели на меня круглыми глазами, но вопросов не задавали.

Арра неожиданно оказался рядом, в этот раз без своего хвостика.

- Что делаешь? - мягко спросил он.

- Обустраиваю себе комнату, хочу лечь спать на кровать, прежде приняв душ.

- А можно и мне… - замялся он, - помыться?

- Конечно, - улыбнулась я и тут на Арру налетел маленький симпатичный вихрь. На меня с ревнивым прищуром уставилась Ийра.

- Ари, поговорим? Без тебя, - повернулась к мужу. Тот, замешкавшись, в итоге всё же кивнул и пошёл прочь.

Я скрестила руки перед собой и вопросительно на неё посмотрела.

- Хочешь стать второй женой моего Арры?

- Что? - опешила я.

- Я не возражаю, - добила она меня. - Ты сильная, умелая в бою, ты родишь крепких детей с Искрой. Племя от такого союза только выиграет.

Надо же, какая практичность!

- И совсем неважно, что ты страшненькая, - ввинтила она, - несмотря на это, Арре ты по душе, потому и я не против.

- Э-эм. Кхм, спасибо за предложение. Арра - замечательный воин и хороший вождь.

Ийра согласно кивнула, больше карие глаза наполнились гордостью за любимого мужчину.

- Но нет.

- Что? - растерялась она. - Но почему?

- Я не хочу быть ни первой, ни второй. Я хочу быть единственной.

- Но так неправильно!

- Кому неправильно, а кому принцип, - мне почему-то хотелось рассмеяться, ситуация на самом деле забавная. Я дитя другого мира и времени, всё, что я только что сказала, для неё дико и звучит глупо. В то же время и Ийру понять можно, она выросла в таком обществе, для неё привычно делить мужчину с другими женщинами, впрочем, ей пришлось спать с тем неандертальцем, поскольку он стал её вождём. И Арра принял её назад, ни в чём не обвиняя. А для меня… Ох, сложно всё это.

Закончив со стиркой, я вернулась в ангар, чтобы поесть. Голод буквально скрутил внутренности, настолько меня вымотала «простая» уборка.

***

Бельё, конечно же, не высохло, оно встало колом от холода, но… От него так неповторимо пахло морозной свежестью, что сердце вдруг защемило от тоски по дому. Занеся всё в ангар, подвесила неподалёку от очага, чтобы оно полностью высохло. Ворота за спиной с глухим скрежетом закрылись, отрезая наше племя от внешнего мира и его угроз. Неяра лежала неподалёку от шаманки и сыто дремала. Погладив её по голове, я пошла к аварийной лестнице.

Очутившись в комнате, вынула из шкафа запечатанный в целлофан плед, кинула его на кровать и, раздевшись, пошла мыться.

Встала под душ и открыла воду. Холодная, ледяная даже, но мне было плевать. Я, намылив мочалку, остервенело тёрла себя, стремясь смыть всю накопившуюся за многие месяцы грязь.

Как же мало человеку надо для счастья, всего-то мыло, мочалка и удобная кровать.

***

Интерлюдия

Крик слуги оборвался хрипом.

Винсент стоял в дверях отсека и смотрел, как Эрон жестоко избивает безвольно висящего на цепях человека. Удары сыпались на бедолагу почти без пауз.

Волна чужой боли накатила на Винсента, и он стиснул зубы. Рёбра заныли фантомной болью, челюсть свело. Его проклятый дар, стоило дать ему волю, транслировал на него всё, что чувствовал избиваемый: животный страх, тупую боль в треснувших рёбрах и беспросветную безнадёгу. К этому всему примешивались другие эмоции: лютый восторг Эрона, его упоение властью, животной жаждой крови.

Эрон замахнулся снова.

- Хватит, - не повышая голоса, сказал Винсент.

Брат даже не обернулся. Костяшки его пальцев были разбиты в кровь, на лице застыло выражение тупого удовольствия, глаза лихорадочно блестели.

- С чего это?

- Отец зовёт.

Враньё, отец его не звал, а гнева Эрона, когда тот обнаружит обман, Винт не боялся, давным-давно не боялся.

- Подождёт.

- Сказал, срочно.

Эрон замер на секунду, сплюнул на пол рядом с потерявшим сознание слугой и неохотно повернулся к младшему брату. Небрежно обтерев руки о штаны, двинулся к выходу. Проходя мимо Винсента, задержался.

- Ты слишком мягкий, братец. В этом твоя проблема.

Винсент подождал, пока звуки его шагов стихнут, затем приблизился к слуге. Тот с трудом приподнял голову, левый глаз заплыл, из разбитой губы текла кровь, но взгляд оставался ясным. Винт достал из кармана флягу, открутил крышку, поднёс к его рту. Мужчина пил жадно, давясь и фыркая.

- Я тебя освобожу, постарайся не попадаться Эрону на глаза, понял?

- Д-да, господ-дин, - прохрипели ему в ответ.

Винсент убрал флягу, взял ключи на столике рядом, чтобы освободить мужчину. Глубоко внутри него ворочалась злость, но он давно научился прятать свои истинные эмоции. Здесь, в бункере сто двадцать восемь, где каждый шаг отслеживался камерами и слугами, а каждое опрометчиво высказанное суждение тут же доносилось отцу, выживали лишь те, кто умел носить маску. Но маски имеют свойство прирастать к лицу, и иногда Винсент забывал, какой он на самом деле.

- Как тебя зовут?

- Трей.

- В общем, Трей, найди Диссу, она переведёт тебя на другой этаж.

- Д-да, понял, господин.

Винсент больше ничего не сказал, кинув ключ на стол, вышел в коридор. Оказавшись у себя в комнате, растянулся на кровати и уставился в серый потолок.

Отец болен, врачи дают ему месяц, может, два. После его смерти Эрон получит контроль над бункером и первое, что он сделает - это накажет тех, кто ему не нравится.

Нужно всё успеть доделать до момента, когда отец отдаст концы.

Их всего пятеро одарённых против