Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Чё теперь делать? Если Марципан вкурил и уймётся, так-то лучше не трогать ничего вообще. И уж точно не ехать ни в какую Ульяновскую область. Лучше вон работу новую найти.

Но что будет на уме у Пупа? Может, чё напутал Славка-то?

Надо проверить завтра. И Пупа, и всех одноклассников. И всех вообще вокруг.

Сглотнув, Пашка повёл камеру, словно снимал панорамную фотку, по окрестностям двора. Но никто из прохожих как пользователь не определился.

То есть, игра далась прицельно гнидам из Пашкиного окружения? Зашибись.

Он нервически сглотнул и перезвонил матери.

– Соррян, я на работе. Менеджер не даёт по телефону говорить... Что?!

От слов Другой мамы всё стало хуже во сто крат.

Потому что школа на завтра отменялась. Его вызывали в полицию. Для дачи показаний и забора крови на анализ.

Затылок тут же взмок от испарины.

Но они же ничего не докажут! Не могут менты никого задержать за удаление человека из жизни. Пусть только попробуют! Сами же в дурке потом выть будут.

И анализы – они тоже Пашке так-то на руку. Его кровь дома была повсюду. Не батина.

В игре пришла «G» на боку, давшая восемьдесят пятый уровень.

Написала Зинка, спрашивала о Соколовском здоровье. Похожее сообщение пришло от Пионовой. Толик побольше слал скрины под видосами Пашкиного обсёра, которые успели заполонить половину интернета – но, хвала гению физрука, в версии намеренной акции. Толик предполагал, что завтра Пашке предстоит суровое рандеву с директрисой.

Но нет. Рандеву будет со следователем.

До глубокой ночи они с Другой мамой беседовали на кухне. Обсуждать, как всё «было» тем вечером и куда мог подеваться отец, точно ли он был в порядке и ничего ли не сказал, было сложно и почти физически больно.

Её саму Пашка тоже, перестав на время дышать, проверил. Но мама пользователем не была.

Начиналась, похоже, у Пашки мания преследования. В башку лезло, что весь мир станет пользователями. Что так наступит настоящий Армагеддон повсеместный. И его, Пашку, размажет, блин, первым.

Может, поехать на кладбище, пока не поздно? Чтобы хоть баллы были в наличии?

Потому что самым правильным сейчас казалось тырить и портить телефоны у всех, кто скачал долбанную игру. А если так казалось Пашке, то должно было прийти в голову и другим.

Их сколько, других-то?

Заснуть не получалось. Спрятавшись в комнате, он нашёл в прилоге медведя и пять «G» на боку. Нужно было с кем-то поговорить. Обсудить ситуацию.

Пашка вылез из постели и вернул туда с кровати Серёги Лавриковскую подушку. Только напрасно. Сна не было ни в одном глазу.

В полночь поступила тысяча баллов за необщение с Лосевым, не особо минусовую картину переменившая. И тут же захотелось с этим самым Лосевым встретиться. Но буянить сейчас было неразумно. Игруха вон как лихо на место ставить умеет.

Однако план сформировался. И по нему выходило, что в Ульяновскую область надо ехать сразу после ментуры. Игрой не следовало пользоваться для бытовой херни, но у Пашки должны быть баллы на случай какой пиздецовой жести. И ох как же зря он оплатил только сраные две недели! По-любому же подлянку устроят с тарификацией! Если бы он только додумался своей пустой башкой, что в пользователи мог угодить не один только Славка…

Пытаясь как-то себя усыпить, Пашка наведался в туалет и врубил порнуху. Но добился только достижения с обвинением в баранстве. Сон не шёл. К рассвету дали ещё одного медведя. А потом пришлось собираться на допрос.

И дело это Пашке вот вообще не понравилось.

Следователь Лихачёв Пётр Михайлович язвил, смотрел косо, всякое слово выхватывал из речи и сношал во всех позах, демонстрируя товарищу Соколову торжество системы правосудия. Матери, присутствующей тут же в связи с Пашкиным малолетством, не стеснялся и её тоже нагибал по полной.

Доложила, как оказалось, ментам сука-Лебедева о том, что подавать решила мать на развод. И в красках о том, как они ссорились с отцом по этому поводу у неё, Лебедевой, на лестничной клетке. Откуда-то знал следователь Лихачёв, что мать в последние дни ведёт себя странно. Похоже, расспрашивал её товарок на рынке. И что это ему не сидится на заднице?! Трупа-то нет! Во всех фильмах, блин, всегда сказано: нет тела – никто не чешется. А это что за фигня?!

В довершение Лихачёв Пашке в конце феерично загрузил долбанный видос с линейки и уточнил с ехидцей и самодовольством, что это такое было.

Другая мама в лице переменилась.

А следователь сделал внушение на предмет акций протеста, а потом пообещал в следующий раз сдать Пашку в ПДН.

И кровь у него взяли на анализ в каком-то задрипанном лабораторном кабинетике, вроде больничного, а ещё зачем-то пошерудили во рту похожей на крошечный ёршик палочкой.

Из ментовки Пашка вышел совершенно обессиленный. Глаза слипались, ноги держали плохо. Другая мама молчала. Переваривала, похоже, сыновнею «акцию».

На телефоне пестрели шесть «G», недоведённая «П» и медведь.

«Вы достигли 86-го уровня!»

А может, прокачаться до сотого и изменить тот момент, когда игруху в интернет залили? Только на кого, блин, наводить камеру?

– Паш? Идём? – позвала другая мама.

– Я… это… мне надо… в общем… я договорился с…

– Если тебе нужно идти – иди, не обязательно мне врать, если говорить не хочешь. Но я буду очень благодарна, если вечером ты мне объяснишь, что это такое случилось вчера в школе.

У Пашки запылали уши.

Другая мама выглядела очень встревоженной.

Открыв приложение такси, он загрустил. Поездка в одну сторону выходила почти в десять тысяч! Десять тысяч рублей за дорогу! Мля! За езду в машине! Это как вообще?!

Дали лису.

Учитывая, что вчера не поступило ни одного платежа от Весёлой фермы… Или что-то сбило настройку, или все бывшие Славкины прихлебатели, а не только Пуп, стали пользователями.

Шиндец, мля. Апокалипсис велком!

Не, сорить деньгами вот так напропалую точно нельзя.

Пашка мрачно потопал к дороге и поехал к автовокзалу на общественном транспорте.

Таким Макаром путь занял не четыре часа, а все восемь в одну только сторону. Сначала ждал автобус, потом трясся в нём. Всё это время писали Толик и Пионова. Школа гудела. По Пашкиному поводу провели классный час. Мать его (и отца!), оказывается, вызвали на разбирательство.