"Фантастика 2025-140". Компиляция. Книги 1-30 - Алекса Корр

узкие улицы. Сдается мне, дракону не проблема спикировать на королевский двор. Правда, Вас там сразу повяжут после такого. Но формально во дворец Вы попадете. Так что конкретизируйте цель, господин.

— Конкретизирую, — кивнул Ксавьер. — Мне нужен повод для официального визита во дворец. Хочу увидеть Его Величество и поговорить с ним.

— Насколько мне известно, король ни с кем не общается напрямую, милорд, — счел нужным подать голос Броснан. — Говорят, он и на Совете старших лордов присутствует исключительно тайно. Впрочем, и до коронации Леопольда Фаррела мало кто встречал.

— Король прячется? Боится, что пришибут возлюбленные подданные? — хмыкнул Крис.

— Может быть, — серьезно ответил Ксавьер, и шутка мигом перестала быть шуткой. — Он взошел на престол в самый разгар восстания. Я не был с ним знаком, но слышал, что он очень молод. Для молодого человека, взошедшего на престол во время кровавых событий, естественно опасаться за свою жизнь. Кстати, кто был его регентом?

— Королева-мать, — пояснил Броснан. — Но она умерла в прошлом году, не дожив года до совершеннолетия сына. Официального регента на один год назначать не стали. Но поговаривают, что эту роль негласно исполняет Бенджамин Вельден.

— Хм, — Ксавьер сощурился, недовольный уточнением.

— А может, король не зря опасается за свою жизнь? — сказал Амадеус, наконец, спустившийся с потолка и представший перед Ксавьером в нормальном виде. — Этот город прогнил изнутри. Разрыв между богатыми и бедными все больше, прав у людей все меньше. Рано или поздно восстание случится само по себе.

— Само по себе ничего не случается, — возразил Ксавьер.

— Ну, я неточно выразился, — пожал плечами Амадеус. — Рано или поздно кто-то из крупных шишек пожелает воспользоваться ситуацией. Так почему этим кем-то не можете быть Вы, милорд?

— Потому что не хочу быть автором еще одной бойни, — непререкаемо ответил Ксавьер. — Массовое восстание неприемлемо. Боевые вылазки я готов принять только в точечном виде и в случае, когда другие методы не дали результата.

— Да чего вы их жалеете? — возмутился Крис. — Нас-то в прошлый раз никто не пожалел! Вырезать гадов, и дело с концом! Стране только лучше станет.

— Давай без крайностей, — поморщился Леам. — Тебе Марина Игоревна на днях о чем говорила? У них ведь тоже семьи есть: жены, дети, беспомощные старики. Что, всех вырезать?

— Ну, ты нашел, кого жалеть, — возмутился Крис. — Ну и что, что старики? Это не такие старики, они всю жизнь как сыр в масле катались, наживаясь на твоих же предках. Да убить их даже мало за все то, что они творили! Тебе легко говорить — эльфов хоть как-то людьми считали из уважения к вашему великому прошлому. А вот мой народ никогда людям ровней не был.

— Согласен, — присоединился Амадеус. — Даже когда моя семья была на хорошем счету, нам приходилось жилы рвать, чтобы просто соответствовать своему статусу. В то время, как прочим все доставалось на блюдечке с голубой каемочкой только за то, что они люди. А потом, стоило нам только попытаться защитить свои права, как всех демонов просто принялись убивать без разбора — лишь оттого, что мы похожи на дьявола.

— Но убивать людей… — укорил их Леам. — А дети? Что, младенцев тоже резать будете?

— Ты давай не передергивай, — замахал когтистыми ладонями Крис. — Я, чай, не дурак, детей от взрослых отличаю.

— Ну, и где граница? — эльф скрестил руки на груди. — Этому двенадцать — его не трогаем, а вот этому двенадцать и один день — его в расход? Так, что ли?

— Слушай, ты на чьей вообще стороне? — набычился демон.

— На стороне морали, — твердо сказал Леам. — И я не вижу ни единого повода убивать тех, кто сам никого не убивал.

— Они живут и богатеют за счет магии наших народов! — уже по-настоящему сердясь, сказал Крис. — За счет наших жизней! Все эти напыщенные франты, что торгуют дорогими артефактами. Чья жизнь залита в накопители? Твоего соседа? Друга? А может, родителей Флокси? Иди, объясни ей, в какую побрякушку закачали ее детство!

— Все эти напыщенные франты — всего лишь великовозрастные дети, не знавшие нищеты и боли, — твердо сказал Леам. — Убивать их — ничем не правильнее, чем убивать младенцев. Не бери грех на душу, это не вернет погибших к жизни и не вернет силу тем, кто ослаб.

— Леам, ты слишком… верующий, — скривился Крис. — В мире должна быть хоть какая-то справедливость. Если не наказывать тех, кто творит зло, они продолжат это делать. Ты ведь с этим согласен?

— Согласен, — кивнул эльф. — Но наказание убийством — это не наказание, а бессмысленная месть, которая лишь продлит жестокость. Где твои родители, Крис? Ты лучше других знаешь чувства ребенка, который останется один после такой мести.

Демон промолчал, только кулаки стиснул так, что когти врезались в кожу и выступила кровь.

— Я считаю, что мы должны добиваться справедливости иначе, — твердо сказал Леам. — Да, безнаказанность — это не дело. Всякий, кто вершит зло, должен бояться наказания. Но в том-то и дело, что бояться, а не получать его на самом деле. Надо напугать этих зарвавшихся тварей до полусмерти.

— Верно, — кивнул Ксавьер. — Кровопролитие — не вариант. Мы все лучше других знаем, чем оно заканчивается.

В гостиной установилась тишина, полная негативных эмоций.

— А варианты-то вообще есть? — хмыкнув, спросил Уильям, вальяжно облокотившийся о дверной косяк.

— Есть… наметки, — сказал Ксавьер. — Много, но все слабые.

— Нас тоже много, — сказал Уильям. — И по отдельности мы тоже все слабые. Кстати, Леам, не зарядишь мне заготовку? Резерва малость не хватает.

— Ага, — без особого внимания к вопросу кивнул эльф и вдруг уставился на мага. Тот хмыкнул: попросить друга о помощи он мог и после обсуждения, но решил сделать это сейчас, намекая на вариант решения общей проблемы. И идея пришлась всем по вкусу.

— Так что там у Вас за наметки, Ксавьер? — тоже уловил мысль Дитрий. — Может, если раздать всем друзьям семьи Брефеда по заданию, хоть одна идея да выстрелит? А может, и многие. Отчего бы и не взяться сразу за все направления? Пусть и королевский двор,