Фантастика 2025-196 - Кирилл Станиславович Бенедиктов

Сначала просто посидела, потом подправила макияж, причем так педантично, что только губы красила пять минут, затем посидела в телефоне, заглянула непосредственно в сам туалет, ополоснула руки…

Поняла, что занимаюсь ерундой, и если уж совсем невмоготу, то проще уйти домой. Правда, время только к восьми, а Ржевский мне ещё несколько дней назад все уши прожужжал, что уходить раньше девяти — дурной тон.

Эх, придется ещё немного поскучать. Или нет?

Как бы то ни было, отсиживаться весь этот час в туалете было глупо (да и скучно), так что я вернулась в общий зал, идя ну о-очень неспеша и старательно разглядывая обстановку, которая действительно заслуживала внимания, и только спустя минут десять поднялась наверх… Но увидела, что за столом остались лишь Савелий, Олег и Стужев, а моё место нагло оккупировано юной Наденькой, напропалую кокетиничающей с Егором.

Однако…

Они оба сидели ко мне спиной и не видели, как я подхожу, однако моё появление не ушло от внимания как минимум одного «Витязя» — Дока. Уверена, он прекрасно понял и скептичное выражение моего лица, и то, почему я поджала губы, ну а я в свою очередь прекрасно увидела, как он пнул под столом Стужева, отчего тот вскинулся…

А дальше я не смотрела, уже развернувшись и отправившись обратно. В самом деле, я ещё видами из окон не налюбовалась, там точно поинтереснее будет.

Ну не буду же я прогонять девочку со стула, правда? Как-то это глупо будет выглядеть.

Глава 28

Немного жалея, что по залу не стоят свободные диванчики, да и растений нет, ведь это ресторан «Айсберг», а не «Тропикана», тем не менее я добралась до дальнего фонтанчика, который оказался самым крупным и многоступенчатым, а ещё на его бортик спокойно можно было присесть, чтобы полюбоваться серебристыми рыбками. Что я и сделала, с интересом наблюдая за тем, как журчит вода и колышутся плавники обитателей этого крошечного водоема.

Интересно, что это за рыбки? Если бы не расцветка, я бы назвала из золотыми, но… нет. Это точно что-то другое.

— Любите рыбок?

Вопрос, заданный любезным тоном, оказался неожидан, и сначала я вскинула голову, рассматривая высокого, одетого в черный фрак, русоволосого незнакомца с глазами цвета талого льда, и только потом, подумав, кивнула. В самом деле, почему бы и не любить этих созданий?

— Это серебристые герошимы, выведены в княжеском питомнике специально для этого ресторана. Ближайшие родственники всем известных золотых рыбок и обычных карпов, которые являются их общим предком.

Ужа-асно интересно.

Нет.

— Вы разбираетесь в рыбках? — спросила, лишь бы не молчать, хотя сама бы предпочла ещё минут сорок поскучать, а потом смело идти домой.

Настроения не было совершенно.

— Нет, — неожиданно рассмеялся мужчина и присел на противоположный бортик. — Просто показалось, что это неплохой повод для начала беседы.

И зачем-то представился:

— Игорь.

Глянув на навязчивого типа без особой любезности, чтобы сам понял, что он тут не ко двору, тем не менее тоже назвалась:

— Полина.

— Кто вас обидел, Полина? — не унимался Игорь. — Неужели кавалер, с которым вы пришли?

Фи, как грубо…

— Полиночка, душа моя! — К нам торопливо шел Савелий, расставив руки и голося на половину зала. — Ну куда же вы пропали? А как же обещанный танец? В самом деле, уже третий вальс вас ищу, а вы тут с посторонними мужчинами кокетничаете. Не стыдно?

И тут, словно только заметив моего собеседника, Док чуть-чуть поумерил пыл, но всё равно сначала подошел ближе (причем ближе ко мне), а затем слегка поклонился всем корпусом.

— Добрый вечер, ваша светлость.

— Здравствуйте, Савелий Палыч, — скупо улыбнулся «светлость», пока я лихорадочно соображала, к какому титулу это относится. В голове, как назло, не было ни одной дельной мысли, хотя я точно это всё недавно читала. — Теряете хватку?

— Ну что вы, как можно, — вроде бы и вежливо, но всё же с легким ехидством произнёс «Витязь», протягивая мне руку, куда я, чуть поколебавшись, всё же вложила свою, посчитав, что знакомое зло лучше незнакомого.

Тем более Док даже не зло, а так… паяц.

— Был рад увидеться, ваша светлость, — тем временем снова откланялся Савелий, приобнимая меня за талию. — Прошу простить, но нам пора.

И увел меня прочь.

Не сопротивляясь, потому что чуть ли не в последний момент ощутила на себе чрезмерно пристальный и какой-то неприятно колючий взгляд светлости, от которого так и веяло некой, пока непонятной мне мощью, я легко изобразила «Полиночку», даже начав танцевать с Савелием, но лишь секунду через десять спросила:

— Кто это был и от чего конкретно вы меня спасали?

— Вот за что вы мне нравитесь, Полиночка, так это за здравомыслие и способность смотреть в суть, — усмехнулся Док, и тут же посерьезнел. — Княжич Долгорукий Игорь Олегович, наследник ныне правящего князя Долгорукого. Очаровательный юноша чуть за тридцать, освоивший более четырех стихий, краса и гордость рода. Служил в «Витязях».

— Служил? — уточнила недоверчиво, потому что не выглядел княжич ни пенсионером, ни инвалидом. — В прошедшем времени?

— Именно, — кивнул мой собеседник. — Был… кхм, попрошен на выход за недостойное поведение, ставящее под угрозу жизни коллег.

— О? — Я была так удивлена, что даже не сразу придумала, что сказать ещё. — Он… псих? Или как?

— М-м, нет, — качнул головой Док. — Я бы выразился иначе. Индивидуалист с единственно верной точкой зрения. Своей. И это не имея за спиной должного опыта и дара интуиции. Из-за чего неоднократно подставлял ребят, а пару раз и вовсе… — он кашлянул и тихо договорил: — до смерти.

— Понятно… — протянула потрясенно. — Его судили?

— Княжича-то? — На меня посмотрели, как на глупышку. — Полиночка, вы так мило наивны. Нет, конечно. Рапорта-то были, да только ходу им никто не дал — замяли. Семьям бойцов — откупные, Игоря — на гражданку «по состоянию здоровья». Да только те, кто в наших рядах служит, всё равно правду знают, такое в мешке не утаишь. «Витязи» кому попало спину доверять не будут, а это откровенно ненадежный товарищ.

— А вот вы говорили, что у Долгоруких тоже свой отряд есть… Это вы Игоря имели в виду?

— А вот и нет, — усмехнулся Док. — Князь, долгих лет ему жизни, мудрый мужик. Знает толк в военном деле. Игоря князь в администрацию пристроил, к бумагам поближе, от чужих жизней подальше. Да только, как по мне, сильно лучше от этого не стало. Гниль, она всюду гниль.

Я задумалась над