"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

них, когда заметил странное движение справа. Группа из нескольких человек — крепкие мужчины в потёртой одежде — двигалась в нашу сторону слишком целенаправленно.

— Внимание, — тихо сказал девушкам. — Держитесь рядом.

Лахтина мгновенно напряглась, Фирата испуганно оглянулась. Только Изольда оставалась внешне спокойной, хотя я видел, как её рука скользнула к складкам платья, где прятался нож. Засранка умудрилась их наворовать аж несколько десятков с двух поездов.

Мужчины окружили нас, когда мы проходили через менее людную часть площади. Их было шестеро — грязные, небритые, с недобрыми глазами.

— Денежки гони, капитан, — прохрипел один из них, выступая вперёд, — и цацки свои. А то девок твоих попортим.

Я усмехнулся. После некромантов, рухов, теней императора и всего остального эти оборванцы выглядели просто смешно.

— Пошли вон! — спокойно ответил. — Даю пять секунд.

— Ух ты, грозный какой! — рассмеялся главарь. — Слышь, Косой, он нас пугает!

Его товарищи загоготали. Один из них — тощий мужичок с перекошенным лицом — сделал шаг к Фирате.

— Хорошенькая, — сказал он, протягивая руку к её вуали. — Дай-ка посмотрю…

Фирата сама отшатнулась, а Лахтина молниеносным движением схватила мужчину за запястье. Раздался хруст, и он с воплем отшатнулся, держась за сломанную руку.

— Сука! — взревел главарь и бросился на меня.

Я встретил его ударом в грудь. Моя рука, усиленная кожей степного ползуна, легко пробила его защиту. Я отчётливо услышал, как треснули рёбра, а сам нападавший отлетел на два метра и рухнул на мостовую, хрипя и задыхаясь.

Остальные напали все разом. Один попытался ударить меня ножом, но я перехватил его руку и вывернул так, что лезвие вошло ему самому в бок. Другой получил удар ногой в колено. Сустав хрустнул, и мужчина повалился на землю, воя от боли.

Четвёртый попытался схватить Изольду, но она ловко увернулась и всадила свой нож ему в плечо. Пятый, видя, что дела плохи, бросился бежать, но Лахтина поставила ему подножку, и он растянулся на мостовой.

Шестой, самый здоровый из всех, решил атаковать меня сзади. Я услышал его тяжёлое дыхание и резко развернулся. Мой кулак встретился с челюстью мужика. Удар был такой силы, что бедняга взлетел на полметра и рухнул без сознания, с вывернутой под неестественным углом нижней частью лица.

Всё произошло за считаные секунды. Я даже не вспотел, и дыхание осталось ровным. А вот прохожие вокруг замерли, наблюдая за нашей молниеносной расправой с напавшими.

— В порядке? — спросил я, оглядываясь.

— Да, господин, — ответила Изольда, вытирая нож об одежду нападавшего.

Лахтина кивнула, а Фирата всё ещё дрожала, но кивнула тоже.

Вокруг собиралась толпа. Люди шептались, показывали пальцами. Кто-то побежал за жандармами, и очень скоро на площади появились представители закона.

— Что здесь происходит? — строго спросил старший по званию, глядя на разбросанные по мостовой тела.

— Капитан Магинский, — представился я, показывая документы. — На меня и моих… спутниц напали эти люди. Пришлось защищаться.

Жандарм внимательно изучил мои документы, потом перевёл взгляд на стонущих нападавших.

— Шестеро против одного, — заметил он. — И все лежат. Впечатляюще, капитан.

— Граф, — поправил его. — Магинский Павел Александрович. Сейчас я в запасе.

Он вскинул брови, но промолчал. Его напарник уже проверял карманы нападавших, доставая какие-то бумаги.

— Известные воришки, — сказал мужик, просматривая документы. — Пётр Косой, Семён Лапа, остальные тоже из этой банды. А мы как раз на них шли. Уже неделю щипают и растворяются в городе.

— Вот и поймали, — пожал я плечами.

— Капитан… То есть граф, — поправился жандарм, — вам придётся проехать с нами для дачи показаний.

Я нахмурился. Не хотелось терять время на бюрократические процедуры, когда дом уже так близко.

— Это обязательно? — спросил. — Я хотел бы добраться до Енисейска к вечеру.

Вздохнул. Только этого мне не хватало для полного счастья. Лахтина за моей спиной нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, Изольда сохраняла внешнее спокойствие, но в её глазах читалось напряжение.

— Хорошо, — кивнул я. — Но только быстро. У меня неотложные дела в Енисейске.

Жандарм хотел что-то ответить, как вдруг из толпы зевак послышался знакомый голос:

— Это он! Это тот самый капитан!

Я обернулся. К нам пробирались два знакомых лица — барон Аркадий Шмидт и его приятель с перевязанной рукой. Оба раскрасневшиеся, злые и, судя по всему, уже успевшие подкрепиться чем-то горячительным после выхода из поезда.

— Вот он! — указал на меня барон, пошатываясь. — Это он сломал руку моему другу в поезде! И теперь снова на кого-то напал!

Жандарм перевёл взгляд с аристократов на меня, его брови сошлись на переносице.

— Господин граф, вы знаете этих людей?

— К сожалению, — ответил я, не скрывая раздражения. — Они приставали к моим служанкам в поезде, несмотря на несколько предупреждений.

— Врёт! — выкрикнул барон, делая шаг вперёд. — Мы просто пригласили дам на бокал шампанского! А он… он…

— Напал на нас без причины! — подхватил его приятель, размахивая перевязанной рукой. — Я требую арестовать его! Мой отец — барон Вяземский, и он не оставит это безнаказанным!

Жандарм явно был не в восторге от происходящего. Вмешательство аристократов усложняло ситуацию. Толпа вокруг увеличивалась, люди жадно ловили каждое слово.

— Господа, прошу успокоиться, — произнёс страж порядка, пытаясь сохранить контроль. — Мы во всём разберёмся в отделении.

— В отделении? — возмутился барон. — С ним? Да вы знаете, кто мой отец?

— Знаю, — ответил жандарм сухо. — И предлагаю всем пройти в отделение для дачи показаний. Или вы предпочитаете обсудить ваши семейные связи здесь, при всех?

Барон осёкся, явно не ожидая такого отпора.

Я воспользовался паузой и извлёк из внутреннего кармана документы, которые вручил мне Ростовский — официальное освобождение от военной службы, благодарность за подписание мира и пару наград.

— Думаю, это поможет прояснить ситуацию, — протянул бумаги жандарму.

Тот взял документы и начал внимательно их изучать. Его глаза расширились, когда он увидел подпись генерала Ростовского.

— Это… — жандарм поднял взгляд на меня. — Подлинные документы?

— Абсолютно, — кивнул я. — Только что вернулся с южного фронта, где по поручению генерала Ростовского заключил мирный договор с Османской империей. За это и получил графский титул.

Толпа вокруг зашепталась. История с миром уже просочилась в газеты, но