Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова

сделали… Интереса ради спрашиваю супругу, как сия речка обозначена в испанской версии путеводителя; Сара, поразмыслив, предполагает, что на испанской карте тоже «Big River», но так навскидку она не помнит, надо глянуть. Поскольку глянуть негде, откладываем на потом.

На этой самой Большой реке основатели новоземельной Конфедерации и построили свою столицу, окрестив ее Форт-Ли, в честь Седого Лиса.[347] Очередной кунштюк местной географии: себя аборигены именуют, в честь тех самых исторических конфедератов образца тыща восемьсот шестидесятого года, «южанами», а свой край, соответственно — «Конфедерацией Южных Штатов», вот только из трех американских территорий Новой Земли Конфедерация-то самая западная, поэтому технически ЗДЕСЬ никакие они не «южане», а «западенцы». А что, в принципе здешняя Америка, если глядеть очень искоса и не придираться к мелочам, вполне смахивает на Украину, разделенную на три исторических зоны: Конфедерация — это Запад, неизменные поборники незалежности и культурной самостийности; Техас — как бы Поднепровье, в данном случае «Пориограндье», широкая полоса старинного «варяжско-греческого» пути от космополитичной Одессы до столичного Киева — ага, и Невадо-Аризонская автономия вокруг Нью-Рино приходится аккурат на чернобыльскую зону; ну и АСШ — это юго-восток, сиречь тяготеющие к России индустриальный Донбасс и туристический Крым; и разумеется, каждая из этих зон истинной Украиной числит исключительно себя родимую, а прочих — так, «примазавшимися»…

Дельта Большой реки — сплошные топи, поэтому Южная дорога оставляет берег Залива в стороне и проходит севернее, через упомянутый Форт-Ли. И в этом городе наша колонна вынужденно задерживается: у транспортного парома вчера полетел движок и сейчас на трансконтинентальном «шоссе» по обе стороны Большой реки выстроилась очередь разномастных фур, которые предпочли подождать починки агрегата. Альтернатива — сухопутным маршрутом на север в Алабама-Сити, где река сужается и аборигены сумели перебросить через нее мост, и потом обратно на юг вдоль Скалистых гор. Кто вчера очень спешил, наверняка так и поехал, объезд, судя по карте, выходит верст на пятьсот, если не семьсот, дополнительно добрые сутки пути плюс расход топлива и амортизация техники… Но то вчера, а сегодня наш караван-баши, разведав обстановку, объявляет, что до переправы четыре-пять часов, соответственно давать крюка через Алабаму нужды нет; на вынужденной стоянке; остаются часовые, у остальных — «личное время по расписанию». Ну раз все отдыхают, мы что, рыжие? Так что я беру любимую под руку и веду на променад по конфедеративной столице.

Минут через пятнадцать Сара ахает.

— Да ведь тут прямо как у нас в Питере, сплошные острова!

И верно, доходит до меня, хотя от Форта-Ли до морского побережья подальше, чем в Питере, верст этак полтораста, однако общая картина похожа. Болотистый берег, два десятка соединенных мостками разнокалиберных островов и постоянный сырой ветер с моря. Сырость эта в новоземельном климате ощущается даже сейчас, глубоким летом; что тут творится зимой, в сезон дождей — не знаю и не очень хочу проверять. Лет через сто обжитые острова оденутся привозным камнем — спустят баржами по реке со Скалистых гор или даже со Сьерра-Гранде, это уж аборигенам виднее, как лучше и удобнее; за схожий срок усиленно возводимые конфедератами ирригационные дамбы снизят концентрацию влаги на берегах, и тогда в Форт-Ли наверняка станет легче дышать, но пока лично я город Седого Лиса из потенциальных запасных аэродромов вычеркиваю без тени сомнений. Супруга не возражает: с питерским климатом можно мириться, любуясь архитектурными красотами и экспонатами многочисленных галерей и музеев, чего у «южан», само собой, нет и близко. Появятся — вот тогда и посмотрим, но сомневаюсь, чтобы сие произошло до истечения вышеупомянутых ста лет.

В кафешке «с живописным видом на реку» — ага, тут еще поди отыщи место без такого вида — нам подают «настоящую южную кухню», как всегда, подразумевая под югом все те же «южные штаты». Как будто никаких других югов на свете не бывает, вот же ж народ, массаракш, обитаемый мир у них на Америке начинается и заканчивается… После второй ложки черепахового супа — густой, ароматный, с пряностями, и при этом не острый, в самую меру — я, однако, посылаю куда подальше все претензии к конфедератам: с такими кулинарными достижениями пусть зовут себя истинным и первородным югом, я не против. Сара согласно урчит, очищая свою тарелку, а потом требует добавки.

— На диету сяду завтра, — виноватым взглядом провожает она официантку.

— С диетами в твоем положении лучше повременить, — отодвигаю я собственную тарелку. Можно не мыть.

— Солнце, на положение все не спишешь, у многих на шестом месяце пузо меньше, чем у меня на втором.

— А еще у многих в шестьдесят лет мозгов меньше, чем у тебя в двадцать. И вот такое на положение действительно не спишешь.

Любимая фыркает:

— Ну мне все-таки немножко не двадцать.

— Вейзмир, таки об этом мы никому не будем докладывать, — подмигиваю я, — и пусть мне немножко завидуют еще и на этот счет.

Сара смеется.

— Я тебя люблю.

Территория Конфедерации Южных Штатов,

г. Форт-Ли

Вторник, 31/06/21 14:43

Омоновцы, сгрудившись вокруг белого «хаммера», что-то бурно и весело обсуждают. Оказывается, Клим прикупил у разносчика местную газетку «Рупор Конфедерации», где на страничке развлечений всегда есть кроссворд, но до заднего листа пока так и не добрался — весь разворот второй-третьей страницы занимает спецвыпуск «Новости с фронтов: осада Форт-Линкольна». Чтобы не лезть в толпу, заглядываю в газетный киоск сам, благо тут десять шагов, и за скромные один экю девяносто девять центов получаю экземпляр в единоличное пользование.

Ну насчет «с фронтов» некоторое преувеличение, «наш корреспондент» в столицу штата Нью-Йорк разумно прибыл в понедельник, когда стрельба уже закончилась и в городе как раз восстанавливали порядок. Зато информацию сей достойный наследник Гедеона Спилетта дал не только «по горячим следам», но и, что важнее, с оргвыводами по каждому пункту.

Останавливаюсь на разделе «Волна ограблений банков». Фортлинкольнские отделения «Дикси-банка», «Северного торгового» и незнакомых мне «Адлербанка» и «Платинового кредитного» под шумок революционных волнений неизвестные гангстеры обнесли на семьсот тысяч экю в «игральных картах» и золоте — может, конечно, кассиры чего и приписали, однако выглядит сумма разумной; Орденский и «Объединенный американский» банки нападения отбили благодаря некоей «счастливой случайности» (ага, вот, значит, как зовут нас с Демоном и Хвостом, по крайней мере в изложении то ли газетчика, то ли Ю-Эй-Би). Дело «в процессе расследования», большего полиция репортеру не сообщила, но вывод он читателям озвучивает и так: один банк мог быть самодеятельностью, а шесть попыток практически одновременно, в такой удобный момент, явно кем-то направлялись. Трудно возразить. Причем я