Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

разлом? — спросил мистер Тилон у Альберта, но не успел тот ответить, как мастер — оружейник опустил взгляд на Этьена: — Они и в самом деле могут это сделать?

— Все, что они могут — это быстро и безболезненно умереть, — процедил одержимый.

— Ты не ответил, — констатировал Хоторн. — Все, что рассказал нам этот джентльмен, правда?

Демон молчал.

— Думаю, это и есть ответ, — проговорила я едва слышно.

— Эй, вы что, ему поверили? — удивилась Дженнет. — Вы видите его впервые в жизни и вот так просто взяли и поверили? А если он просто умалишенный?

Резонный вопрос. Я бы не отказалась услышать на него ответ, потому как успела много чего рассказать тому же магистру Виттерну, но то почему-то не спешил обличать меня своим доверием.

— Для вас, леди, я буду кем угодно, — кузен снова изобразил издевательский поклон. В любой другой ситуации, в любой другой день герцогиня бы ему ответила, да так, что мало не показалось. Но сегодня она промолчала.

— Если вы сами в это не верите, то что делаете рядом с ним? — удивленно спросила Кларисса Омули.

И второй раз за все время, что мы провели в главном зале оружейной, нас вернули в действительность. Вернули, задав такой простой вопрос, на который так сложно ответить.

— Мы… — начала Дженнет и замолчала, впервые в ее взгляде появилось что-то отчаянное и что-то обреченное.

Не имело значения, что задумал Альберт. Не имело ровно до той поры, пока мы не получим противоядия. Мы были молоды и мерили все самыми простыми категориями. Жизнь — это просто. Смерть — это сложно.

— Люди, — презрительно бросил Этьен.

— Сколько еще демонов на острове? — быстро спросил Альберт, лезвие снова прижалось к шее одержимого рыцаря.

— Отправляйся в разлом, белоголовый, — огрызнулся Этьен, а я вздрогнула, потому что именно так старая Туйма зачастую называла Ильберта.

— Может так разговор пойдет быстрее? — уточнил оружейник, протягивая затянутой в перчатку рукой узкий, похожий на стилет нож с черным лезвием. Мэри вскрикнула, как раз когда кузен взялся за рукоять. Последнее зерно изменений наполнило клинок, навсегда запоминая хозяина.

— Вы же сказали, что не расточительны? — спросила я.

— Конечно, нет. Это имущество Академикума.

— Сколько? — повторил свой вопрос железнорукий и прижал лезвие к шее Этьена. Раздалось шипение, запахло паленым мясом.

— Пятеро, — сквозь зубы процедил одержимый, и по его телу прошла дрожь.

— Какой вам отдан приказ? Что вы должны сделать?

— Убери! — взвизгнул одержимый.

— Вынужден сказать, что причиняя боль демону, ты причиняешь боль и человеку, — сказал мистер Тилон.

— Не только демон становится подвержен слабостям человеческого тела, — добавила Цецилия, — но и человек демоническим.

— А разве у нас есть выбор? — уточнил Альберт, и в его глазах снова появилось нечто, заставляющее усомниться в здравости рассудка.

— Полагаю, что нет, — ответил мастер, а Гэли испугано охнула. Мэрдок молчал, лишь его глаза, не отрывались, следили за Этьеном. Но ни один из нас не остановил кузена, когда тот, снова прижал железное лезвие к шее пленного.

— Какой вам отдан приказ?

— Найти всех, кто помогает пришельцу с Тиэры, — борясь с болью, прошипел Этьен.

— Найти и…?

— Уничтожить. Прекрати, я же отвечаю, а если ты перережешь мне голосовые связки, толку не будет.

— А самого «дорогого гостя»? — Железнорукий отвел лезвие от почерневшей и словно сожженной кожи рыцаря.

— По возможности взять живым. Но если не получится, убить.

— Это все приказы?

Демон молчал. Девы, почему я никогда раньше не замечала, каким красноречивым может быть молчание

— Говори!

Лезвие снова коснулось кожи одержимого, и тот нехотя ответил:

— Нам приказано убить потомков шестерых, — он поднял голову и посмотрел на Мэрдока. — Последних в роду, тех, кого не кем заменить.

— Хоторн и Муньер, — прошептала я, чувствуя, как от тихого голоса демона, по коже ползет холод.

— Орел и волк, — подтвердил пленный.

— А что же меня обошли августейшим вниманием? — возмутилась Дженнет.

— А ты не последняя, — с вызовом ответила ей Гэли.

— Кто наследует титул герцога Трида после вашего отца? — уточнила моя бывшая гувернантка.

— Кузен Метью, — нехотя ответила герцогиня.

— И все об этом знают, — вернула подруга фразу сокурснице, вот только торжества в голосе не было слышно.

— Назови имена, — потребовал железнорукий.

— Ты не знаешь, как их зовут? — удивился пленный, да и я тоже.

— Не изображай блаженного. Назови имена тех одержимых, что сейчас на острове.

— Магистр Олентьен, — быстро сказала я, чем заслужила злой взгляд демона.

— Отлично, мы уже знаем двоих. Кто еще? — Лезвие черного клинка кузена зашипело, соприкасаясь с кожей.

— Магистр Виттерн, — проскрежетал тот.

— Нет! — выкрикнула Гэли, опередив меня всего лишь на секунду.

— Тогда может быть Жоэл Рит? — демон не говорил, он, кажется, спрашивал.

— Он врет, — произнес Крис и сложил руки на груди.

— Уверен? — ответил Этьен.

— Говори правду, иначе… — с угрозой начал Альберт.

— Иначе «что»? — уточнил пленный. — Если я сдам вам остальных, то мне по любому не жить. А вы, в отличие от сородичей убьете только этот ученический костюмчик. Пусть это и будет больно, но сможете полюбоваться, как я тут корчусь и ору на весь Академикум. Так что режь, белоголовый, и закончим на этом, — Этьен вдруг задрал голову обнажая шею.

Не знаю, чем бы все это закончилось. Нет, наверное, просто не хочу знать, смог бы Альберт перерезать горло Этьену. Не демону, а именно ученику. Но в тот миг, когда рыцарь любезно подставил шею под нож, мы ощутили толчок. Мы настолько привыкли, что пол под ногами то и дело ходил ходуном, что даже не сразу поняли, что произошло, и почему беспорядочная дрожь перешла в ровное гудение, почему пляска острова сменилась ощущением полета.

— Мы двигаемся? — неуверенно спросила Гэли и бросилась к окну, а вместе с ней и Мэри, даже Цецилия не удержалась и подошла к герцогине.

— Двигаемся, — ответил Крис, оставаясь на месте. Я заставила себя отпустить его ладонь и тут же поймала на себе внимательный взгляд Мэрдока.

— Но куда? — напряженно