Последняя битва-2 - Данияр Саматович Сугралинов

Минут через пятнадцать полета мы достигли места, о котором говорил Хававак. Здесь действительно воздух дрожал странными миражами, а песок казался зыбким, словно вода.

– Не нравится мне это место, – пробормотал Инфект, спрыгивая в песок с журавля. – Чувствуешь?

– Ага, странно.

Я активировал Око изначальных и присвистнул. Под песками на глубине примерно ста метров виднелись обширные пустоты – целая сеть пещер и тоннелей, уходящих еще глубже.

– Есть контакт, – сообщил я. – Под нами действительно что-то есть. Огромное.

– И как предлагаешь туда попасть? – спросил Инфект. – Копать будем?

– А что, отличная идея.

Я мог бы перенестись вниз Вездесущностью, но без Инфекта. Поэтому я призвал Акулона.

Из песка вырвался Подземный ужастень, мой старый боевой товарищ – огромная бронированная тварь, напоминающая помесь акулы и землеройки.

– Привет, дружище, – похлопал я его по тупой морде. – Есть работенка для тебя. Там внизу пустоты. Нужен проход. Выкопаешь?

Акулон понимающе мотнул своей массивной головой и тут же нырнул в песок, как в воду. Песчаная воронка начала стремительно расширяться, и нам с Инфектом пришлось отскочить подальше.

Минут через десять напряженного ожидания он вернулся. Спустившись по песчаному склону до каменной тверди, мы обнаружили широкий тоннель, уходящий под углом вниз.

– Молодец, – похвалил я Акулона. – Жди здесь, охраняй выход.

Я подхватил Инфекта и полетел вниз. Спустившись до конца, мы оказались в огромной пещере. Потолок терялся во мраке, а впереди…

– Вот это да, – выдохнул Инфект.

Перед нами раскинулся целый подземный город. Каменные здания, вырезанные прямо в скале, широкие улицы, площади с высохшими фонтанами. Все это было покрыто толстым слоем пыли и песка, но сохранность впечатляла.

Я снова активировал Око изначальных. В дальнем конце города, возле здания, выглядевшего как храм или дворец, мелькнула странная фигура. Она состояла из песка и праха, имела смутно гуманоидную форму и переливалась алым светом.

– Рамаль, бог красного песка, – пробормотал я, считывая профиль.

Но стоило мне сделать шаг в его сторону, как существо дернулось, словно почуяв опасность. На мгновение наши взгляды встретились – его пустые глазницы из спрессованного песка и мое Око. В следующий миг божок рассыпался на тысячи песчинок и исчез, просочившись сквозь трещины в полу.

– Что там? – спросил Инфект.

– Местный страж, похоже. Стихийный божок. Но очень пугливый. Наверное, именно он и кошмарил троггов, охранял богатства этого города Ушедших. Черт, жаль, что нет времени тут все изучить…

Инфект тем временем уже осматривал ближайшие строения, доставая свои археологические инструменты.

– Любопытная архитектура, – бормотал он. – Колонны с капителями в форме пальмовых листьев… барельефы с изображениями караванов… Ага, а вот и надписи!

Он склонился над каменной табличкой, очищая ее от песка специальной кистью.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил я. – Это оно? Руины Ушедших?

Инфект выпрямился, и по его лицу я понял: новости неутешительные.

– Нет, – покачал он головой. – Это не руины и не город Ушедших. Это один из городов древней Лахарии. Судя по квесту, который мне предлагают, это тот самый легендарный Кхем-Сетеп, который провалился под землю во время великой песчаной бури, последовавшей после войны с демонами Андары. Город лахарийских магов.

Я окинул взглядом мертвый город. Красиво, конечно, и наверняка полно всяких древних сокровищ, но нам сейчас не до того. Вообще не до этого!

– Бездна… – выругался я. – То есть мы зря время потеряли?

– Это легендарная цепочка квестов, Скиф! – возмутился Инфект. – Но… да, это не Руины Ушедших. Может, осмотримся еще немного?

– У нас нет времени, – отрезал я. – Каждая минута на счету. Инфект, ты уверен на сто процентов?

Он вздохнул.

– Да, уверен.

– Ладно. Валим, пока сюда не явились жрецы Бездны. Уверен, она за нами наблюдает.

Мы вернулись на поверхность, где нас терпеливо ждал Акулон. Я отозвал питомца, сел и задумался.

– И что теперь? – спросил Инфект, отряхивая песок с одежды.

– Погоди-ка, – вдруг сказал я. – Шитанак в своей песне упоминал место, «где солнце дважды заходит». Что, если это не метафора? И это место совсем не то?

– В смысле?

– Что, если есть место в пустыне, где из-за особенностей рельефа солнце действительно заходит дважды? Сначала за одну гряду, потом появляется в расщелине и заходит за вторую?

Инфект оживился.

– Это возможно! – Он открыл карту, изучил. – Так, смотри… В горных районах на границе пустыни такое вполне реально. Но как мы найдем эту точку? Ты же сам сказал, что времени в обрез. Где искать-то?

– Понятия не имею…

Вздохнув, я полез в инвентарь. Не ради чего-то конкретного, а чтобы погулять взглядом по имеющимся предметам – авось натолкнет на мысль.

И обнаружил странность.

Та самая лампа, которую я выбросил в пустыне, лежала в моем инвентаре.

– Что за… – пробормотал я.

– Что-то не так? – обеспокоился Инфект.

– Да тут… – Я достал лампу и внимательно на нее посмотрел. – По ходу, Притяжение сработало. Но почему на обычный хлам?

Ладно, раз уж так получилось… Я потер лампу, следуя классическим канонам. Ну мало ли…

– Сильнее три, – издал смешок Инфект, наблюдая за моими потугами.

– Да ну тебя к…

И в этот момент из горлышка лампы хлынул плотный дым, который тут же принял очертания гуманоидной фигуры. Высокий, мускулистый, с характерными рогами и хвостом – самый что ни на есть джинн. Только вот выглядел он не как сказочный персонаж, а как демон из Преисподней. Видел таких в легионах.

– Приветствую тебя, смертный, – произнес джинн низким баритоном. – Я Зар’Туул. За освобождение из заточения готов исполнить одно твое желание.

– Одно? – удивился я. – Не три?

Джинн кисло усмехнулся.

– Времена изменились, друг. Слишком много хитрецов научились втискивать в одно формальное желание сразу десяток разных просьб. «Хочу, чтобы все мои желания исполнялись» – и вот тебе бесконечный цикл. Да и в лампе я просидел не тысячу лет, а всего-то двадцать один год. Не настолько я щедрый, чтобы раздавать желания направо и налево.

– Ты же из Преисподней? – спросил я, с интересом разглядывая демона.

– Был из Преисподней, – мрачно поправил он. – Изгнан. А что?

Я коротко рассказал ему о судьбе его мира: о предательстве Люция, войне с демониаками, о Пекле и прорвавшихся оттуда тварях. Ну и о своей роли в этом. Правда, чтобы он поверил, пришлось ненадолго превратиться в Ааза.

– В твоих жилах на самом деле течет кровь Азмодана… – Лицо джинна потемнело. – И ты не врешь, на ложь у меня аллергия. А значит, мне больше некуда возвращаться, – тихо проговорил он. – Где, говоришь, сейчас демоны?

– На моем острове. Если хочешь, могу тебя взять с собой.